Для обычного подростка жизнь не готовит ничего особенного просто по определению. Однако, когда ты с самого начала обладаешь довольно странными качествами, жизнь просто обязана преподнести тебе что-то крутое. Нет, не соседа в теле. Нет, не клоуна-убийцу. Нет, нет, нет, жизнь, ты слышала?
Добавить в моё избранное
278 мин, 28 сек 4299
В темноте действительно появился Тонкий, но он не передвигался так, как обычно передвигаются все существа. Он… телепортировался? Очень быстро ходил? Что?
— Ты странный, на самом деле, — счел своим долгом заметить я, когда нас отделяла всего одна кабинка.
Тонкий этого не расслышал, ну, или не захотел отвечат. Да и нечем было ему отвечать. Он как Сорвиголова, наверное, тот же был слепым, а стал супергероем. Этот вообще не имеет лица, вот и стал суперзлодеем. Или супернаемником, кто он там Джеку.
— Ты же меня спустишь отсюда, да? — страх Тонкого ушел куда-то на второй план, потому что поднялся ветер, который заставлял все сильнее дрожать от холода.
В голове внезапно вспыхнула какая-то картинка, которая совершенно не сочеталась со всем, о чем я думал до этого. Что за?
— И лучше бы спустить меня поскорее, я тут с ума сходить начинаю.
Перед глазами пронеслись еще несколько мест действия, я каким-то образом увидел, будто разговариваю с Джеком об… охоте на себя же? Это не мои мысли… Это… Тонкий так разговаривает?
— Ты… ты очень странный. Но мы уже спустимся или как?
Но потом я почувствовал, что мы обязательно спустимся. Потому что пока я смотрел картинки в голове, мои ноги уже плотно оплетали черные щупальца. Блин, а я ведь только подумал, что он не опасный.
— Черт, только не вверх головой, ну пожалуйста. У меня будет кровоизлияние в мозг, и я помру. Джек же говорил, что ты меня не убьешь, помнишь?
Что-то мне подсказывало, что если я достану и Тонкого, то двум маньякам будет, что поделить. А я приставучий, я могу (и скромный, но нужно трезво оценивать свое пагубное влияние на существ).
К счастью — странное у меня представление о счастье — щупальца обвились и вокруг рук, поднимая меня в воздух. Почти не больно.
— Фух, так лучше. Я уже говорил, какой ты охуенный?
Наверное, вы понимаете, что сказали что-то не то, когда вас покрывают матом, когда бьют полотенцем, ну или запирают под домашний арест. Наверное, в нормальных обстоятельствах у этого могут быть только такие последствия. В моем случае все было летальнее.
Щупальца дрогнули, разжимаясь, и я полетел вниз, прямо вниз, к земле, к ужасно близкой земле, без возможности раскрыть крылья, просто к земле, к земельке, к травке, я уже вижу травку, к ужасно близкой травке. Мерлин, спаси…
Грохот было сложно не услышать. Причем не только услышать грохот, но и почувствовать отдачу, как будто прогремел взрыв. Я надеюсь, у Рийо нет еще способностей плеваться бомбами? Такое достояние фауны прямо убивать будет жалко. Можно же сдать его на опыты. Потом устроиться работать ученым и пытать его каждый день. Соблазнительно. Весьма.
Поднявшись со своего места, я пошел на звук. Что-то действительно упало, потому что голова буквально взорвалась от мыслей, которые посылал Слендермен. Черт, он его угробил, что ли? Я же обещал убить его самостоятельно! Я хотел убить его самостоятельно!
Блять, придурок, только выживи, и я дам тебе второй шанс. Серьезно! Черт, он же крылатый, он же должен был выжить. Дерьмовое чувство, когда такое происходит. Впервые! Я еще никому не давал обещаний и не выполнял их. Я вообще никому не давал обещаний. Почти. Прошлого я действительно убил сам.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
… … …
Я опять поспешил с обещаниями.
Ноги болели, тело болело, болело вообще все, что можно! Я не мог понять, был ли удар об землю, умираю ли я, или все это только мне почудилось. Дышать получалось с трудом, точно так же, как и смотреть… нет, смотреть совершенно не получалось. Будто я ослеп. Или оказался в комнате без окон. Неужели именно так себя чувствуешь, когда умираешь?
Я попытался дернуться, но понял, что меня что-то крепко удерживает. Что-то, что оплелось вокруг всего тела, затрудняя дыхание и перекрывая возможность видеть. Черт возьми, он все-таки меня поймал. Фух.
— Мерлин, спасибо, — сумел выдавить я, несмотря на то, что челюсть практически не двигалась.
Хватка немного ослабла, а секунду спустя я полетел к земле. Благо, теперь до нее оставалось всего несколько метров, но нос при соприкосновении с холодной травой пронзило болью. Не хватало только сломать себе что-нибудь!
Слабо простонав, я попытался встать с травы, но пока это не представлялось возможным. Наверное, этот маньяк сжал слишком сильно. Да, точно. Вот сейчас с вероятностью в 90% окажется, что у меня сломана нога. С моим везением это будет еще удачей.
Осторожно перекатившись на бок — благо, это я смог провернуть — я подтянул колени к груди, ощупывая. Так, только легкая боль. Ничего не сломано. Фууууух, я еще легко отделался.
Подняв глаза, я увидел перед собой морду Тонкого. Он специально так соблазнительно наклонился, чтобы я мог по ней ударить? Только подумать, отпустить меня на такой высоте.
— Ты странный, на самом деле, — счел своим долгом заметить я, когда нас отделяла всего одна кабинка.
Тонкий этого не расслышал, ну, или не захотел отвечат. Да и нечем было ему отвечать. Он как Сорвиголова, наверное, тот же был слепым, а стал супергероем. Этот вообще не имеет лица, вот и стал суперзлодеем. Или супернаемником, кто он там Джеку.
— Ты же меня спустишь отсюда, да? — страх Тонкого ушел куда-то на второй план, потому что поднялся ветер, который заставлял все сильнее дрожать от холода.
В голове внезапно вспыхнула какая-то картинка, которая совершенно не сочеталась со всем, о чем я думал до этого. Что за?
— И лучше бы спустить меня поскорее, я тут с ума сходить начинаю.
Перед глазами пронеслись еще несколько мест действия, я каким-то образом увидел, будто разговариваю с Джеком об… охоте на себя же? Это не мои мысли… Это… Тонкий так разговаривает?
— Ты… ты очень странный. Но мы уже спустимся или как?
Но потом я почувствовал, что мы обязательно спустимся. Потому что пока я смотрел картинки в голове, мои ноги уже плотно оплетали черные щупальца. Блин, а я ведь только подумал, что он не опасный.
— Черт, только не вверх головой, ну пожалуйста. У меня будет кровоизлияние в мозг, и я помру. Джек же говорил, что ты меня не убьешь, помнишь?
Что-то мне подсказывало, что если я достану и Тонкого, то двум маньякам будет, что поделить. А я приставучий, я могу (и скромный, но нужно трезво оценивать свое пагубное влияние на существ).
К счастью — странное у меня представление о счастье — щупальца обвились и вокруг рук, поднимая меня в воздух. Почти не больно.
— Фух, так лучше. Я уже говорил, какой ты охуенный?
Наверное, вы понимаете, что сказали что-то не то, когда вас покрывают матом, когда бьют полотенцем, ну или запирают под домашний арест. Наверное, в нормальных обстоятельствах у этого могут быть только такие последствия. В моем случае все было летальнее.
Щупальца дрогнули, разжимаясь, и я полетел вниз, прямо вниз, к земле, к ужасно близкой земле, без возможности раскрыть крылья, просто к земле, к земельке, к травке, я уже вижу травку, к ужасно близкой травке. Мерлин, спаси…
Грохот было сложно не услышать. Причем не только услышать грохот, но и почувствовать отдачу, как будто прогремел взрыв. Я надеюсь, у Рийо нет еще способностей плеваться бомбами? Такое достояние фауны прямо убивать будет жалко. Можно же сдать его на опыты. Потом устроиться работать ученым и пытать его каждый день. Соблазнительно. Весьма.
Поднявшись со своего места, я пошел на звук. Что-то действительно упало, потому что голова буквально взорвалась от мыслей, которые посылал Слендермен. Черт, он его угробил, что ли? Я же обещал убить его самостоятельно! Я хотел убить его самостоятельно!
Блять, придурок, только выживи, и я дам тебе второй шанс. Серьезно! Черт, он же крылатый, он же должен был выжить. Дерьмовое чувство, когда такое происходит. Впервые! Я еще никому не давал обещаний и не выполнял их. Я вообще никому не давал обещаний. Почти. Прошлого я действительно убил сам.
— Ты гребаный придурок! А я еще считал тебя лапушкой!
… … …
Я опять поспешил с обещаниями.
Ноги болели, тело болело, болело вообще все, что можно! Я не мог понять, был ли удар об землю, умираю ли я, или все это только мне почудилось. Дышать получалось с трудом, точно так же, как и смотреть… нет, смотреть совершенно не получалось. Будто я ослеп. Или оказался в комнате без окон. Неужели именно так себя чувствуешь, когда умираешь?
Я попытался дернуться, но понял, что меня что-то крепко удерживает. Что-то, что оплелось вокруг всего тела, затрудняя дыхание и перекрывая возможность видеть. Черт возьми, он все-таки меня поймал. Фух.
— Мерлин, спасибо, — сумел выдавить я, несмотря на то, что челюсть практически не двигалась.
Хватка немного ослабла, а секунду спустя я полетел к земле. Благо, теперь до нее оставалось всего несколько метров, но нос при соприкосновении с холодной травой пронзило болью. Не хватало только сломать себе что-нибудь!
Слабо простонав, я попытался встать с травы, но пока это не представлялось возможным. Наверное, этот маньяк сжал слишком сильно. Да, точно. Вот сейчас с вероятностью в 90% окажется, что у меня сломана нога. С моим везением это будет еще удачей.
Осторожно перекатившись на бок — благо, это я смог провернуть — я подтянул колени к груди, ощупывая. Так, только легкая боль. Ничего не сломано. Фууууух, я еще легко отделался.
Подняв глаза, я увидел перед собой морду Тонкого. Он специально так соблазнительно наклонился, чтобы я мог по ней ударить? Только подумать, отпустить меня на такой высоте.
Страница 23 из 76
