Поиграем?!

Злат в ответ фыркнул, пробравшись мне под руку, обнюхивая тот самый стол, на котором до этого была шкатулка. Постойте-ка!

— Злат, ты же тигр! Сможешь найти одну штуку по запаху?

«Ты же тигр» посмотрел на меня, как на последнего дурака. Вот точно, у него совершенно человеческие глаза, которые могут показать весь спектр презрения к человеческому существу. Но если долго пялиться в чьи-то глаза, можно и не такие эмоции увидеть, так что я поспешил отвернуться и вернуться к поискам. Ну нет, так нет. До этого без кошек жили, вот и сейчас найдем…

— Может спросить у Лиама? Ну правда, вдруг он зашел ночью, увидел, что меня нет, потом увидел красивую штучку на столике и…

Увидев стоящие рядом с дверью кроссовки, я быстро их натянул, выбегая из вагончика. Так. Где искать Лиама?

Через час я снова оказался в вагончике. Опросил всех кого мог, но почему-то вообще никто не слышал ни о какой шарманке, которая лежала на моем столе. И, черт возьми, как такое вообще могло быть?!

Неужели и правда Джек решил поиздеваться? Ну, как кот играется с мышкой, играется, а потом… ее ест…

И что я ему скажу? Что потерял шкатулку? Чтобы он подождал еще? Возместить ее цену явно не получится, он меня из-за нее убить хотел, тут и миллиарда не хватит, наверно. Мамочка, почему же я ввязался во все это? Разве я сделал что-то плохое? Я же просто «следовал за мечтой», как это настойчиво требовала реклама. А тут…

Надеюсь, Джек сыграет в хорошего копа. Ну еще один раз. Последний. Или все еще не поздно начать «скрываться»? Теперь-то со мной этой шкатулки нет, вряд ли он сможет меня так же быстро найти.

Оглянувшись, я посмотрел на повозки и вагончики циркачей. Труппа спокойно собиралась в дорогу, ведь сегодня последние выступления закончились, а после завтра цирк уже должен был расположиться в другом городе. Наверное, это последний шанс.

— Эй, ты чего стоишь?

Я едва не подпрыгнул, когда ко мне подошел кто-то со спины. Оказалось, это была Аза, о существовании которой я уже и забыл. Еще бы, с такой ночью вспомнить какую-то управляющую цирка — едва ли возможно.

— Эм, я… просто дышу воздухом…

— Слышала, ты очень упорно дышишь воздухом, расспрашивая всех про какую-то шкатулку.

— Она у тебя? — невольно вырвался вздох облегченный, прежде чем я понял, что Аза отрицательно покачала головой. Черт… а счастье было так близко.

— С чего бы ей быть у меня? Я даже понятия не имею, как она выглядит.

А счастье все дальше и дальше…

— Так ты еще не передумал оставаться у нас?

Девушка излишне внимательно меня осмотрела, даже неуютно стало от такого внимания.

— Ну, да, конечно…

— Помни о том, что тебе действительно придется работать. Возможны травмы, трабблы с полицией…

— Ты пытаешься меня испугать?

— Предупредить, скорее. Не хочу, чтобы такой милашка внезапно сломал руку, а потом еще и не смог выступать.

И тут она улыбнулась. И мне сразу же показалось, что стало холодно. Жутко холодно. Так же жутко, какой была ее улыбка. Еще хуже, чем у Джека. В разы.

— Я… ну… не передумал… — смог выдавить я, ежась под ее взглядом.

Ужасная женщина. Где мой безопасный Джек?

— Вот и прекрасно, — похлопала меня по плечу Аза, а потом пошла в противоположную сторону, насвистывая.

Бр… добрый-милый-хороший Джек. Теперь ему совершенно не страшно сказать, что потерял шкатулку.

— Потерял. Шкатулку.

Я упорно смотрел в пол, сидя на кровати, закутавшись во все три одеяла. Я так и не понял, как Злат появился у меня в вагончике, но сейчас его пушистый бок за спиной успокаивал. Коул тоже сегодня куда-то пропал, совсем как шкатулка. Но, раз тигр спокоен, то с ним вряд ли что-то случилось. Злат не похож на того, кто отпустит «свое».

— Прости… То есть… я действительно думал, что она на столе… а ее не было на столе…

Я все еще не смотрел на Джека, пытаясь воспроизвести в голове жуткий вид Азы, чтобы Джек снова начал казаться безобидным младенцем на ее фоне. Но получалось плохо.

— Ты не мог ее потерять. Если бы ее взял кто-то кроме тебя, я бы узнал первым.

Джек явно собрался подойти ко мне, не обращая ровным счетом никакого внимания на предупреждающее рычание тигра. Злат, милый, родной, не дай меня в обиду.

Я еще сильнее вжался в шкуру тигра, как Джек резко схватил меня за волосы, заставляя смотреть себе в глаза.

Вскрикнув от боли, я привстал, чтобы оставить давление на несчастные волосы, корни которых уже готовы были оторваться. Прямо передо мной горели злым огнем два совершенно сумасшедших глаза, принадлежащих действительно маньяку. Это существо я называл милым. Я идиот.

— Отпусти, Джек… — пискнул я, замечая, что рычание усилилось.

— Не смей меня так называть, — рявкнул «Джек».