У этого арлекина десятки мёртвых душ на счету, но убивать эту девушку он не будет, хотя очень хочется ощутить пульсации её маленького сердечка в своей ладони.
75 мин, 15 сек 9467
Это очень опечалило Линду, девушка ведь так ждала этих разноцветных дурачков. Порой она такой ребёнок, несмотря на свои двадцать с половиной.
Закончилось всё через полтора часа. Подруги вышли из шатра, затем Джилл с хмурым взглядом подошла к афише, что весела на входе.
— Написано же чёрным по белому, что арлекиновская нечисть обязательно явится. Что за очередное надувалово? — Да, конопатая не очень любит клоунов, но ради подруги настроилась их терпеть, однако тех не было.
— Да ладно тебе. Ярмарка здесь на всю неделю. Может, в следующий раз… — картавая брюнетка пожала плечами, натянув улыбку. На этой ноте Миллер (Джилл) немного успокоилась, смотря на подругу, и они вполне довольные пошли дальше гулять по парку, даже не подозревая, кто наблюдает за ними из-за углов, и тихо… тихо смеётся…
23:15. Линда, звонко смеясь, присела с Джилл на скамью, что находилась в дубовой аллеи парка «Янтарные дожди». Своё название этот парк получил из-за того, что при восходе и закате солнца его лучи просачиваются сквозь листья крон деревьев, что выглядит соответствующе названию.
— Так и знала, что нельзя есть те ход-доги. Видела, как потом позеленела та девчонка? — Спросила брюнетка у подруги, сделав своеобразный жест у своего лица рукой.
— Хах, да. Мне стало её жалко… — Ответила Джилл, переведя взгляд на только что присевшую на противоположенную лавочку пару. Девушке было лет шестнадцать, а парню — примерно восемнадцать. Они мило улыбались друг другу, держась за руки и нежно воркуя. Видимо, они вместе не очень долго. Русоволосая потускнела в лице, а глаза стали темнее обычного и не из-за времени суток, а другого. Линда, заметив это, так же убрала со своего лица ровную улыбку и приобняла её за плечи.
— Джилл… Найдёшь ещё своё счастье, у тебя вся жизнь впереди, — как можно нежнее проговорила картавая.
— Ох, — Миллер тяжело выдохнула, — конечно, найду. Конечно…
Неделю назад Джилл пережила болезненный разрыв со своим молодым человеком, Уильямом Гилбертом. Он был очень хорошим парнем, без вредных привычек, весёлым и умным. Его отец погиб в автокатастрофе: парню пришлось переехать в другой город страны со своей матерью, которая была больна неврозом, а после смерти мужа её положили в психиатрию. Весь мир Уилла поменялся, как и его душа: сначала алкоголь, затем сигареты, клубы, наркотики. Среди подобных ему он нашёл себе новую девушку, а сам позабыл имя той, что была частью его сердца.
Девушки просидели примерно полчаса. Уокер пыталась всячески взбодрить кареглазку, это у неё получалось нелегко. После посиделок они отправились к дому конопатой. Линда проводила Джилл, пообещав прийти завтра к ней в гости, а потом сама направилась домой. А домой ли? Нет. Ей не хотелось ни спать, ни есть. Ей хотелось погулять по дубовому парку и ненароком заглянуть в сосновый лес, где гулять да думать, думать да гулять. Было ли ей жутко или страшно? Нет, голова не была забита такими вещами, а зря.
1:34. Месяц всё так же возвышается вместе со звёздами над густым чёрным лесом. Надо сказать, что тут не так уж и холодно, если, конечно, как следует побегать и поискать дорогу в город. Брюнетку больше всего пугало то, что тут не ловит связь, да и телефон за весь день успел посадить батарейку. По окончанию сил девушка подошла к первой попавшейся сосне и присела у неё, не боясь разного рода ползающей по земле и дереву твари. Она тяжело дышала, смотря куда-то в чащу. Из-за пустоты в голове ей в мозг начали лезть разнообразные нехорошие мысли, заставляющие покрыться кожу многочисленными мурашками и кривящие губы в нервной «улыбке».
Закончилось всё через полтора часа. Подруги вышли из шатра, затем Джилл с хмурым взглядом подошла к афише, что весела на входе.
— Написано же чёрным по белому, что арлекиновская нечисть обязательно явится. Что за очередное надувалово? — Да, конопатая не очень любит клоунов, но ради подруги настроилась их терпеть, однако тех не было.
— Да ладно тебе. Ярмарка здесь на всю неделю. Может, в следующий раз… — картавая брюнетка пожала плечами, натянув улыбку. На этой ноте Миллер (Джилл) немного успокоилась, смотря на подругу, и они вполне довольные пошли дальше гулять по парку, даже не подозревая, кто наблюдает за ними из-за углов, и тихо… тихо смеётся…
Мирный долгий вечер
Тёмно-синее небо огромным одеялом лежало над лесистой местностью, усыпанное сахарными звёздами, а ясный месяц гордо возвышался среди них. Умел бы он улыбаться… Шум ярмарки постепенно начал затихать: сначала закрылись аттракционы, за ними последовали прилавки со сладостями и разными вкусностями, а последним погас центральный шатёр. Людей уже практически не было, и остались лишь влюблённые парочки, которых было не так уж и много. Девушки успели «попробовать на вкус» все аттракционы. К их небольшому разочарованию желаемого эффекта после притока в кровь адреналина они не получили, зато было смешно наблюдать, как двое пьяных мужчин неуклюже дрались за последний солёный початок кукурузы в прилавке. А можно ли было это назвать дракой? Их движения скорее напоминали утренние потягушки в кровати после хорошего сна.23:15. Линда, звонко смеясь, присела с Джилл на скамью, что находилась в дубовой аллеи парка «Янтарные дожди». Своё название этот парк получил из-за того, что при восходе и закате солнца его лучи просачиваются сквозь листья крон деревьев, что выглядит соответствующе названию.
— Так и знала, что нельзя есть те ход-доги. Видела, как потом позеленела та девчонка? — Спросила брюнетка у подруги, сделав своеобразный жест у своего лица рукой.
— Хах, да. Мне стало её жалко… — Ответила Джилл, переведя взгляд на только что присевшую на противоположенную лавочку пару. Девушке было лет шестнадцать, а парню — примерно восемнадцать. Они мило улыбались друг другу, держась за руки и нежно воркуя. Видимо, они вместе не очень долго. Русоволосая потускнела в лице, а глаза стали темнее обычного и не из-за времени суток, а другого. Линда, заметив это, так же убрала со своего лица ровную улыбку и приобняла её за плечи.
— Джилл… Найдёшь ещё своё счастье, у тебя вся жизнь впереди, — как можно нежнее проговорила картавая.
— Ох, — Миллер тяжело выдохнула, — конечно, найду. Конечно…
Неделю назад Джилл пережила болезненный разрыв со своим молодым человеком, Уильямом Гилбертом. Он был очень хорошим парнем, без вредных привычек, весёлым и умным. Его отец погиб в автокатастрофе: парню пришлось переехать в другой город страны со своей матерью, которая была больна неврозом, а после смерти мужа её положили в психиатрию. Весь мир Уилла поменялся, как и его душа: сначала алкоголь, затем сигареты, клубы, наркотики. Среди подобных ему он нашёл себе новую девушку, а сам позабыл имя той, что была частью его сердца.
Девушки просидели примерно полчаса. Уокер пыталась всячески взбодрить кареглазку, это у неё получалось нелегко. После посиделок они отправились к дому конопатой. Линда проводила Джилл, пообещав прийти завтра к ней в гости, а потом сама направилась домой. А домой ли? Нет. Ей не хотелось ни спать, ни есть. Ей хотелось погулять по дубовому парку и ненароком заглянуть в сосновый лес, где гулять да думать, думать да гулять. Было ли ей жутко или страшно? Нет, голова не была забита такими вещами, а зря.
А что же Вы дадите мне взамен?
«Ох, да что же это? Я точно помню, что пришла сюда именно по этой тропе! Или же…, — нервно у себя в голове рассуждала Линда, внимательно осматривая каждое дерево, вспоминая каждый пенёк, каждый кустик или лежащую шишку, которые видела по дороге в сосновую рощу. Да, девушка заблудилась, и это было вполне предсказуемо. Она переехала в этот город не так давно, поэтому в глубины леса ни разу не ходила, тем более без сопровождения. И что же её так потянуло пойти туда ночью и без кого-либо? Неизвестно…»1:34. Месяц всё так же возвышается вместе со звёздами над густым чёрным лесом. Надо сказать, что тут не так уж и холодно, если, конечно, как следует побегать и поискать дорогу в город. Брюнетку больше всего пугало то, что тут не ловит связь, да и телефон за весь день успел посадить батарейку. По окончанию сил девушка подошла к первой попавшейся сосне и присела у неё, не боясь разного рода ползающей по земле и дереву твари. Она тяжело дышала, смотря куда-то в чащу. Из-за пустоты в голове ей в мозг начали лезть разнообразные нехорошие мысли, заставляющие покрыться кожу многочисленными мурашками и кривящие губы в нервной «улыбке».
Страница 2 из 20