Фандом: Гарри Поттер. Речь, Поттер, — это единственное, что отличает человека от животного. Всё остальное могут и они: драться из-за самки или территории, удовлетворять свои естественные потребности — голод, сон, секс, — запоминать и обходить ловушки, даже заботиться о своих детёнышах.
Добавить в моё избранное
9 мин, 8 сек 6673
Наоборот, готов всех, кого любишь, за своей спиной прятать, а сам — в огонь, под заклятья, навстречу опасности… Нет, зажигать и вдохновлять — не твоя стезя. Вот взять хотя бы сегодняшнее твоё выступление. Слышал бы ты себя: мямлил, заикался, краснел и бледнел… После чего Кингсли этак покровительственно похлопал тебя по плечу, благожелательно кивнул присутствующим и сказал своим мягким красивым баритоном: «Спасибо, Гарри, ты нам очень помог». И ты с такой радостью помчался с трибуны, утирая с лица пот, что всякому дураку стало понятно: вот он, служака, которому можно поручить выполнить дело, но ни в коем случае нельзя доверить будущее страны. И журналисты, можешь не сомневаться, так и подадут в своих заметках: Главный Аврор снова хорошо выполнил поручение Министра. И ни одному магу в голову не придёт, что в действительности именно ты разработал план операции, ты вышел на эту международную организацию, и именно ты отвоевал у Кингсли право её накрыть. Поскольку Шеклболт боялся испортить отношения с соседями, а ты орал на весь коридор, что не позволишь всякой швали хозяйничать в Британии, а «соседи» тебе ещё спасибо скажут, когда ты прищучишь всем мешающую дрянь. И в конце концов Шеклболт согласился с условием, что он умывает руки, и в случае неприятностей вся ответственность ляжет на тебя.
Малфой в задумчивости провёл пальцами по шёрстке котёнка, и тот снова благодарно затарахтел в полусне.
— Я-то это знаю только потому, что подслушал. Ты рисковал — и ты снова победил, Поттер. А предприимчивый Министр в любом случае оставался в выигрыше. И, тем не менее, он в шоколаде… э-э-э… я сейчас не про цвет кожи, если что. А ты — в загоне. Просто потому, что не умеешь себя правильно преподнести.
Тут затренькал звонок, возвещающий об окончании перерыва в заседании Визенгамота, и Малфою пришлось в срочном порядке закругляться.
— Короче, лох ты, Поттер! — выпрямившись, строго сказал он котёнку. — И карьерных перспектив у тебя никаких. Допрыгнул уже до своего потолка. Поскольку мало чем отличаешься от животного, пока не откроешь рот и не заговоришь. Имидж в мире политики — это всё.
Он аккуратно снял котёнка с коленей, посадил его на скамейку, а пока тот, выгнув спину, топтался на месте и зевал, взмахнул палочкой, очищая брюки и мантию, и зашагал к выходу из оранжереи. В дверях обернулся:
— Жаль, что у меня нет героического прошлого. Но хорошо, что у тебя нет моего умения владеть словом. Иначе я бы уже удавился от зависти. А так — все живы и относительно здоровы… Ну бывай, Поттер, увидимся.
И Малфой скрылся в коридоре.
Гарри выбрался из густых зарослей около фонтана, подошёл к скамейке поближе, склонился, внимательно разглядывая чёрного лохматого котёнка. Тот обрадованно потянулся лапой к мелькнувшему на очках блику, но Гарри уже отстранился, пробурчал:
— И не похож на меня ни капли! — и вразвалочку направился в сторону того же самого коридора, в котором исчез Малфой.
Котёнок за его спиной недоумённо мяукнул.
Остаток заседания Гарри провёл в своём углу, пристально всматриваясь в Малфоя. Тот старательно следил за ходом прений, аккуратно заносил записи в протокол и, как обычно, молчал. Он молчал весь последний год, который работал в Министерстве, только коротко кивал при встречах. И исправно выполнял свои обязанности мелкого клерка.
Сначала Гарри даже разругался с Гермионой, когда она взяла его в Отдел взаимосвязей с магическими существами, потому что не сомневался: ничего хорошего от Драко Малфоя ждать не стоит. А потом так привык к этому новому тихому Драко, что даже замечать его перестал.
И вдруг оказалось, что тот очень даже разговаривает. Правда, не с людьми, а с котами. Которых зовёт Поттерами… М-да…
Откровенно говоря, в оранжерею Гарри сбежал от стыда за самого себя.
Зная, что маги предпочитают перерыв проводить в буфете, Поттер решил в одиночестве посидеть среди зелени, приходя в себя. Ему впервые довелось выступать перед Визенгамотом в качестве Главного Аврора и вышло как-то… ну, неважно, в общем, вышло.
Охладив водой из фонтана до сих пор горящее лицо, Гарри присел на валун и пригорюнился. Но не успел в подробностях заново пережить свой позор, растравляя сам себя, как услышал шаги. А потом и голос. Аккуратно высунувшись из засады, Поттер заметил светлый затылок и затаился — встретиться сейчас с Драко Малфоем ему совсем не улыбалось…
«Надо признать, — размышлял сейчас Гарри, глядя на старательного белобрысого секретаря, — что хорь во многом прав. Наверное, быть Главным Аврором — это всё же не то же самое, что просто аврором, только не тебя посылают на задания, а ты сам себя посылаешь куда считаешь нужным. Пожалуй, действительно не худо бы обратить внимание на всякое там… ну, что в мире о нас пишут… Да и говорить как-нибудь поскладнее не помешало бы, конечно… Вон как Локхарта все обожали, в огонь и воду за него готовы были прыгнуть, даже Гермиона.
Малфой в задумчивости провёл пальцами по шёрстке котёнка, и тот снова благодарно затарахтел в полусне.
— Я-то это знаю только потому, что подслушал. Ты рисковал — и ты снова победил, Поттер. А предприимчивый Министр в любом случае оставался в выигрыше. И, тем не менее, он в шоколаде… э-э-э… я сейчас не про цвет кожи, если что. А ты — в загоне. Просто потому, что не умеешь себя правильно преподнести.
Тут затренькал звонок, возвещающий об окончании перерыва в заседании Визенгамота, и Малфою пришлось в срочном порядке закругляться.
— Короче, лох ты, Поттер! — выпрямившись, строго сказал он котёнку. — И карьерных перспектив у тебя никаких. Допрыгнул уже до своего потолка. Поскольку мало чем отличаешься от животного, пока не откроешь рот и не заговоришь. Имидж в мире политики — это всё.
Он аккуратно снял котёнка с коленей, посадил его на скамейку, а пока тот, выгнув спину, топтался на месте и зевал, взмахнул палочкой, очищая брюки и мантию, и зашагал к выходу из оранжереи. В дверях обернулся:
— Жаль, что у меня нет героического прошлого. Но хорошо, что у тебя нет моего умения владеть словом. Иначе я бы уже удавился от зависти. А так — все живы и относительно здоровы… Ну бывай, Поттер, увидимся.
И Малфой скрылся в коридоре.
Гарри выбрался из густых зарослей около фонтана, подошёл к скамейке поближе, склонился, внимательно разглядывая чёрного лохматого котёнка. Тот обрадованно потянулся лапой к мелькнувшему на очках блику, но Гарри уже отстранился, пробурчал:
— И не похож на меня ни капли! — и вразвалочку направился в сторону того же самого коридора, в котором исчез Малфой.
Котёнок за его спиной недоумённо мяукнул.
Остаток заседания Гарри провёл в своём углу, пристально всматриваясь в Малфоя. Тот старательно следил за ходом прений, аккуратно заносил записи в протокол и, как обычно, молчал. Он молчал весь последний год, который работал в Министерстве, только коротко кивал при встречах. И исправно выполнял свои обязанности мелкого клерка.
Сначала Гарри даже разругался с Гермионой, когда она взяла его в Отдел взаимосвязей с магическими существами, потому что не сомневался: ничего хорошего от Драко Малфоя ждать не стоит. А потом так привык к этому новому тихому Драко, что даже замечать его перестал.
И вдруг оказалось, что тот очень даже разговаривает. Правда, не с людьми, а с котами. Которых зовёт Поттерами… М-да…
Откровенно говоря, в оранжерею Гарри сбежал от стыда за самого себя.
Зная, что маги предпочитают перерыв проводить в буфете, Поттер решил в одиночестве посидеть среди зелени, приходя в себя. Ему впервые довелось выступать перед Визенгамотом в качестве Главного Аврора и вышло как-то… ну, неважно, в общем, вышло.
Охладив водой из фонтана до сих пор горящее лицо, Гарри присел на валун и пригорюнился. Но не успел в подробностях заново пережить свой позор, растравляя сам себя, как услышал шаги. А потом и голос. Аккуратно высунувшись из засады, Поттер заметил светлый затылок и затаился — встретиться сейчас с Драко Малфоем ему совсем не улыбалось…
«Надо признать, — размышлял сейчас Гарри, глядя на старательного белобрысого секретаря, — что хорь во многом прав. Наверное, быть Главным Аврором — это всё же не то же самое, что просто аврором, только не тебя посылают на задания, а ты сам себя посылаешь куда считаешь нужным. Пожалуй, действительно не худо бы обратить внимание на всякое там… ну, что в мире о нас пишут… Да и говорить как-нибудь поскладнее не помешало бы, конечно… Вон как Локхарта все обожали, в огонь и воду за него готовы были прыгнуть, даже Гермиона.
Страница 2 из 3
