Фандом: Гарри Поттер. Ремус отправился с Русланом, Мастером Леса, расследовать нападения на пегасов. Гарри Поттер с новыми друзьями попал в начальную школу. Они изучают магию Природы, и, конечно, всеми силами пытаются помочь расследованию. Тем более, что жена Руслана в опасности, и только любимый может её спасти. Сириус давно и прочно определился в своих чувствах. Но кому они, в общем-то, интересны?
Добавить в моё избранное
108 мин, 0 сек 18149
Почему? Кто-то не смог или Руслан в последний момент передумал? Кто должен был быть пятым?
Рита хищно втянула носом воздух, становясь похожей на ищейку, взявшую след. Ей предстояло хорошенько разворошить этот загнивший муравейник, и начать предстояло с этой розовой сучки.
Рита была умным человеком… Любящим раскапывать всякие древние истории и скандальные хроники. Поэтому она знала, что чистокровных людей в мире довольно мало. Каждый магл — это мешанина волшебной, неволшебной… и еще кое-какой крови. Как и почти каждый волшебник. Самой ей несказанно повезло: её отец был полукровкой, и его магловская часть полностью вытеснила последние остатки от волшебных существ. Доказательство — такое малое количество волшебников, владеющих анимагией, недоступной для потомков волшебных существ. Так что Рита довольно щеголяла в анимагической форме, не позаботившись о регистрации. Теперь же её защищает сам Верховный Волшебник, а, значит, даже если она попадется, её вытащат — просто чтобы не светить участие Светлого Лидера в подобных интригах.
И теперь ей предстояло лишить эту розовую жабу репутации и места в министерстве. Конечно, Верховный Волшебник не сказал этого прямо… в конце концов, Министерство могло перехватывать почту, да и попытка защитить письмо от чужих глаз — не паранойя, а вполне допустимые предосторожности. Так что ей нужно было всего лишь «рассмотреть недостатки аквариумной жабы, дать ей лекарство, чтобы исправить проблемы с кваканьем, а по возможности, пересадить в банку».
Чтобы дискредитировать направление, взятое Амбридж, нужно было направить его против неё самой. Хорошо, что Альбус дал ей контакты Флетчера. Этот пройдоха за небольшую плату готов сделать всё, что угодно — в том числе, найти один особенный артефакт, нерекомендумый к использованию никем, кроме Министерства. Именно этот артефакт должен был показать наличие крови волшебных существ у главного расиста Волшебной Британии.
Ну, а если не покажет, всегда можно вспомнить про её мать-маглу, брата-сквиба и отца-уборщика.
Медленно наступал вечер, и тени становились длиннее и мягче. Сириус заклинанием включил свет и снова обернулся к Ариэль.
— Еще чая? — заботливо поинтересовался он.
Женщина неуверенно кивнула.
— Я, кстати, получил письмо от Гарри. Тот просит, чтобы я подстраховал Ремуса. Только… как я не настраивался, перстень не мог «схватить» координаты. Он мог сломаться?
— Давай я посмотрю?
Перстень соскользнул с пальца Сириуса в ладонь Ариэль, и их руки на короткое мгновение соприкоснулись. Они оба вздрогнули и прерывисто вздохнули. Ариэль поспешила спрятать свое замешательство за рассматриванием перстня.
— Нет, с ним всё в порядке. Но ты же знаешь, когда направленные порталы не действуют?
— Если изменилась магия объекта, на который направлен портал… Черт, завтра же полнолуние! Как я сразу не подумал?
— И я сразу не догадалась…
Ариэль заметно расстроилась, но продолжила мысль Сириуса:
— Пока он не принял свою волчью ипостась, каждое полнолуние происходит перестройка организма, и магии в том числе. Человеческая магия уходит глубже, частично засыпая.
— И значит, я не могу им помочь?
Ариэль покачала головой.
И внезапно разрыдалась.
Сквозь слёзы она бормотала про плохое предчувствие, про одиночество, на которое обречена. Она говорила, что не хочет жить, что не хочет жить так… Сириус, не выдержав, бухнулся на пол перед нею, успокаивая, гладя её по белым коленкам, частично прикрытым юбкой, промокающей от слёз; убеждая, что Руслан вернётся, что скоро выходные и она увидит Элен, что, наконец, он всегда будет рядом и готов поддержать её, что не случится.
И внезапно почувствовал, что порезался.
Он опустил глаза — от мокрого пятна на юбке по коленке расползались маленькие зелёные чешуйки.
— Ты… ты уходишь? — прошептал он.
Ариэль кивнула, пряча лицо руками.
— Нет! Нет, пожалуйста, не оставляй нас, не оставляй меня, любимая…
Он схватил её за руки, оторвав их от лица.
— Я думал, что уже никогда никого не полюблю, я думал, что моя жизнь — это только Гарри, но ты всё изменила. Пожалуйста, не уходи. Просто… просто останься.
Он неловко коснулся губами её губ, запустил руки в её длинные, роскошные волосы.
— Просто останься, — повторил он, целуя её мокрые щеки.
Он прижался лбом к её лбу и замер.
Как получилось, что он стал бедным? Война, война, и уже семь лет Элфиас пытался восстановить растраченные на драконьи мантии и специалистов по защите средства.
Он был аналитиком, а не воином.
Рита хищно втянула носом воздух, становясь похожей на ищейку, взявшую след. Ей предстояло хорошенько разворошить этот загнивший муравейник, и начать предстояло с этой розовой сучки.
Рита была умным человеком… Любящим раскапывать всякие древние истории и скандальные хроники. Поэтому она знала, что чистокровных людей в мире довольно мало. Каждый магл — это мешанина волшебной, неволшебной… и еще кое-какой крови. Как и почти каждый волшебник. Самой ей несказанно повезло: её отец был полукровкой, и его магловская часть полностью вытеснила последние остатки от волшебных существ. Доказательство — такое малое количество волшебников, владеющих анимагией, недоступной для потомков волшебных существ. Так что Рита довольно щеголяла в анимагической форме, не позаботившись о регистрации. Теперь же её защищает сам Верховный Волшебник, а, значит, даже если она попадется, её вытащат — просто чтобы не светить участие Светлого Лидера в подобных интригах.
И теперь ей предстояло лишить эту розовую жабу репутации и места в министерстве. Конечно, Верховный Волшебник не сказал этого прямо… в конце концов, Министерство могло перехватывать почту, да и попытка защитить письмо от чужих глаз — не паранойя, а вполне допустимые предосторожности. Так что ей нужно было всего лишь «рассмотреть недостатки аквариумной жабы, дать ей лекарство, чтобы исправить проблемы с кваканьем, а по возможности, пересадить в банку».
Чтобы дискредитировать направление, взятое Амбридж, нужно было направить его против неё самой. Хорошо, что Альбус дал ей контакты Флетчера. Этот пройдоха за небольшую плату готов сделать всё, что угодно — в том числе, найти один особенный артефакт, нерекомендумый к использованию никем, кроме Министерства. Именно этот артефакт должен был показать наличие крови волшебных существ у главного расиста Волшебной Британии.
Ну, а если не покажет, всегда можно вспомнить про её мать-маглу, брата-сквиба и отца-уборщика.
Медленно наступал вечер, и тени становились длиннее и мягче. Сириус заклинанием включил свет и снова обернулся к Ариэль.
— Еще чая? — заботливо поинтересовался он.
Женщина неуверенно кивнула.
— Я, кстати, получил письмо от Гарри. Тот просит, чтобы я подстраховал Ремуса. Только… как я не настраивался, перстень не мог «схватить» координаты. Он мог сломаться?
— Давай я посмотрю?
Перстень соскользнул с пальца Сириуса в ладонь Ариэль, и их руки на короткое мгновение соприкоснулись. Они оба вздрогнули и прерывисто вздохнули. Ариэль поспешила спрятать свое замешательство за рассматриванием перстня.
— Нет, с ним всё в порядке. Но ты же знаешь, когда направленные порталы не действуют?
— Если изменилась магия объекта, на который направлен портал… Черт, завтра же полнолуние! Как я сразу не подумал?
— И я сразу не догадалась…
Ариэль заметно расстроилась, но продолжила мысль Сириуса:
— Пока он не принял свою волчью ипостась, каждое полнолуние происходит перестройка организма, и магии в том числе. Человеческая магия уходит глубже, частично засыпая.
— И значит, я не могу им помочь?
Ариэль покачала головой.
И внезапно разрыдалась.
Сквозь слёзы она бормотала про плохое предчувствие, про одиночество, на которое обречена. Она говорила, что не хочет жить, что не хочет жить так… Сириус, не выдержав, бухнулся на пол перед нею, успокаивая, гладя её по белым коленкам, частично прикрытым юбкой, промокающей от слёз; убеждая, что Руслан вернётся, что скоро выходные и она увидит Элен, что, наконец, он всегда будет рядом и готов поддержать её, что не случится.
И внезапно почувствовал, что порезался.
Он опустил глаза — от мокрого пятна на юбке по коленке расползались маленькие зелёные чешуйки.
— Ты… ты уходишь? — прошептал он.
Ариэль кивнула, пряча лицо руками.
— Нет! Нет, пожалуйста, не оставляй нас, не оставляй меня, любимая…
Он схватил её за руки, оторвав их от лица.
— Я думал, что уже никогда никого не полюблю, я думал, что моя жизнь — это только Гарри, но ты всё изменила. Пожалуйста, не уходи. Просто… просто останься.
Он неловко коснулся губами её губ, запустил руки в её длинные, роскошные волосы.
— Просто останься, — повторил он, целуя её мокрые щеки.
Он прижался лбом к её лбу и замер.
Шесть часов до. Выбор
Элфиас Дож, поглаживая своего книзла Барсика, пересчитывал количество галлеонов, оставшихся ему на неделю. На этой неделе ему придется готовить самому — хватит разве что на пару вылазок в Дырявый котёл.Как получилось, что он стал бедным? Война, война, и уже семь лет Элфиас пытался восстановить растраченные на драконьи мантии и специалистов по защите средства.
Он был аналитиком, а не воином.
Страница 10 из 31
