Тропой пегасов

— Твоя задача — приманить его. Делай вид, что он тебе понравился, веди себя безмятежно. Но ни в коем случае не залезай на него верхом! Там и мне тебя спасти будет сложно.

— Дальше. Я нападу из засады. Цель — вскрыть грудину. Если тебе подвернется его грудь — не мешкай. Заклятьем стазиса владеешь?

— Да, мы все…

— Накладывай мгновенно. Готов?

Сириус кивнул.

— Вперёд. И помни: ты просто гуляешь и слегка заблудился.

Луна вышла из облаков, и окрестности наполнились мягким, ровным светом. Сириус подошел к речке, опустился на корточки и умылся. В доступности одного движения руки были и палочки, и ритуальный нож, которым перед походом снабдил его Кричер, и уздечка с чарами подчинения — на всякий случай.

Безмятежность. И непринужденность. Так надо себя вести.

Он прошел по берегу речки, следуя за течением. Непринужденность, — напомнил он себе и принялся насвистывать песенку про желтую подводную лодку, услышанную им пару лет назад.

— Хотя, должно быть, забавно выглядит: идёт человек по берегу реки ночью и насвистывает песню, — отметил он.

Сириус путешествовал вдоль реки со всем присущим ему артистизмом. Ему казалось, что из пенящихся, бурлящих волн на него кто-то посматривает.

— Перископ желтой подводной лодки, — подумал он и тихонько засмеялся.

И вот, наконец, он заметил впереди какое-то несвойственное реке движение.

Он остановился.

Черное грациозное животное стояло всего метрах в двадцати от него. Умные, Сириус даже назвал бы их разумными, глаза. Пенящаяся грива. Мускулистые ноги.

Конь медленно сделав несколько шагов, снова остановился.

Сириус, почти забыв, зачем он здесь, шагнул к кельпи.

— Такой красивый, — прошептал он.

Наконец, демон подошел к самому Сириусу. С языка мужчины чуть не сорвалась просьба прокатить, но он вовремя вспомнил, что эта удивительная нечисть с легкостью бы съела его самого, стоило ему только потерять контроль.

Он погладил животное по гриве и сделал шаг назад.

Любопытный демон снова шагнул к нему, словно приглашая покататься. И Сириус снова с трудом вспомнил, что нельзя.

И тут — почти одновременно — раздался выстрел, конь взбрыкнул и попал копытом по голове Сириуса, и тут же откуда-то сверху на кельпи упал Руслан, прижимая его к земле. Вдвоем они еле-еле повалили животное на землю, и, пока Руслан удерживал брыкающегося коня своими могучими руками, Сириус ритуальным ножом взрезал грудину и вытащил бьющееся сердце, легким взмахом палочки наложив на него заклятие стазиса.

Мужчины переглянулись с облегчением.

Конь медленно таял, и, наконец, от него осталась только пена на речном берегу.

А на глазах Руслана таяли горькие слёзы.

— Сириус, ты ранен? — Гарри не спал, явно ожидая его. От возгласа проснулась Ариэль и испуганно охнула, глядя на него; но тут же взяла себя в руки.

— Поверхностная царапина и небольшой ушиб, только крови много, — сразу сообщила она, лихо помахав палочкой.

— Руслан, тебя не задело?

— Нет, это не я же был приманкой, — он нежно обнял свою жену. — А Сириус молодец. Сумел сдержать магию коня, пока я не подошел поближе. Я даже не ожидал, — слегка удивленно добавил он.

Наутро, выспавшиеся, сытые и накупавшиеся, дети и взрослые покинули место пикника.

— Папа, — застенчиво произнесла Лена, — а когда ты уйдешь?

— Завтра, малышка, — он погладил её по голове.

— Соскучилась?

— Да, — кивнула девочка. — А можно… на следующие выходные я к тебе поеду?

Руслан задумался. Наверняка к тому времени всё разрешится, так что почему бы и нет? С пегасами пообщается, в конце концов.

— Гарри. Катя, вы тоже хотите?

Катя подумала и отказалась.

— Понимаете, — уверенно отказалась она, — это будет несправедливо к Тиме и Косте. Всё-таки мы все вместе сидели и думали над загадкой, и правильно будет если пойти, то всем вместе. Так что если мальчишки не пойдут, то и я не пойду. А Лена, Гарри, — вы идите, в конце концов там у тебя, Гарри, твой Ремус.

Руслан добродушно засмеялся.

— Я подумаю, что можно сделать.

На следующий день, когда дети снова отправились в школу, Руслан отправился в деревню в сопровождении целых трёх милицейских, один из которых принадлежал к магическому отделению.

А Сириус в своем домике принимал свою любимую учительницу. Они сидели на мягких, расслабляющих креслах и пили заботливо сваренный Кричером чай. Беседа была плавной и неторопливой, но внутри мужчины была целая буря чувств, связанная с состоянием любимого друга.

— Минерва, — начал Сириус, прерывая спокойное течение беседы. — Ты же читала статью Элфиаса Дожа?

— Из Хогвартского вестника? Да, мой подающий надежды ученик, — усмехнулась женщина.