Фандом: Гарри Поттер. Ремус отправился с Русланом, Мастером Леса, расследовать нападения на пегасов. Гарри Поттер с новыми друзьями попал в начальную школу. Они изучают магию Природы, и, конечно, всеми силами пытаются помочь расследованию. Тем более, что жена Руслана в опасности, и только любимый может её спасти. Сириус давно и прочно определился в своих чувствах. Но кому они, в общем-то, интересны?
Добавить в моё избранное
108 мин, 0 сек 18168
Они помолчали, и, наконец, заговорил Гарри.
— Знаете, иногда мне снятся сны. Сон, как я катаюсь на игрушечной метле. Сон, как мы с родителями в зоопарке. Сон, как я просто сижу на коленях у мамы — или у папы. Я даже благодарен, что Сириус не стал заменять мне отца — он был мне лучшим крёстным в мире, почти отец, но, скорее, как старший брат. Просто у меня уже были и мама, и папа, и я никогда не смогу их предать. Я очень часто их вспоминаю, но никто не сможет мне их заменить. И… — он замялся, выбирая слова, — я всё еще люблю их. Вы говорите, дыра… а у меня нет. У меня просто они есть, в сердце, их образы, их голоса. Наверное, дело в том, что я их по-настоящему не помню, и мне их, конечно же, не хватает… но я уже привык. Хотя иногда так хочется почувствовать мамины объятия!
Элен всхлипнула.
— Друзья, я была неправа. Простите меня.
Они обнялись еще крепче, и, просидев так несколько минут, медленно пошли в дом.
Когда они зашли в дом, взрослые недоумённо молчали. На столе сидела сипуха, и рядом с ней лежал пакет с надписью «документы на развод». Но дети этого не заметили.
Элен подошла к матери и обняла её.
— Мама, прости меня. Для меня главное, чтобы ты была жива, и мне очень хочется, чтобы ты была рядом. Даже если ты будешь с Сирусом… или кем-то другим.
— Спасибо, доченька. Видимо, папа этого тоже хотел.
Когда я увидел тебя, моя жизнь наполнилась красками. Ты была яркой, волшебной, неземной! И я восхищался твоим умой, твоей силой — только сильный человек способен отказаться от большей части своей магии, чтобы иметь возможность помогать другим.
Я знал, что твое место — среди людей. Ты расцветала в окружении благодарных больных, или когда решала сложные загадки по лечению других людей и животных.
Когда я предложил тебе поехать со мной, я даже не подозревал, что ты можешь согласиться. Ты согласилась. И моя жизнь наполнилась глубинным смыслом.
Ремус был прав. Я дорожил своими животными, и, думая о них, забывал обо всём, даже о тебе, моем сердце.
Дочка, которую ты мне подарила, наполнила мою жизнь новым счастьем. Но меня снова тянуло в лес, и я не мог ничего с тобой поделать.
Я лишил тебя работы, круга общения, ты бросила из-за меня свой дом, своих друзей, ты поменяла образ жизни…
А я оказался неспособен сделать это же для тебя.
Так получилось, что это деревня стала мне дорога. Эти люди в ней, эта женщина. И я понял, насколько был неправ, ставя животных выше моей семьи.
Я не заслуживаю твоей любви. Только сейчас, через столько лет, я понял, что мы не можем быть вместе, что мы разные.
Тебе нужен мужчина, который любит тебя больше, чем что бы то ни было. Которому нравится вращаться в дворянских кругах, к которым ты привыкла. Который умеет воспитывать детей и примет Леночку — не как свою дочку, но как важного человека в своей жизни. Который, наконец, просто сможет быть рядом, обеспечит тебя любой поддержкой.
Я чувствую, что что-то случится. Я отправил эти документы тебе, уже зная, что что-то может пойти не так. Если я умру — ты свободна; но даже если нет — эти документы делают тебя всё равно, что моей вдовой. Я провел все нужные обряды: ты теперь свободна и вольна отдавать свое сердце кому угодно, и заключать магический брак — тоже. Я отдаю этот дом и чековую книжку тебе; конечно, я бы хотел общаться с Леночкой, если ты не против. Я, скорее всего, вернусь к матери и брату, но кто знает, как оно может повернуться?
Рядом с тобой есть Сириус. Присмотрись к нему: кажется, он именно тот, кто тебе нужен. Возможно, мне показалось, что ты тоже отвечаешь ему симпатией — а возможно, и нет. Я надеюсь, ты простишь меня за такое бегство.
Любимая, ты всегда будешь для меня самым ценным, что было у меня когда-то.
Руслан
Ариэль беззвучно плакала. Сглатывая слёзы, она отдала письмо дочке, и, когда ты прочитала и села рядом с мамой, обняв её и рыдая с ней в обнимку, передала Сириусу.
Остальные дети смотрели, не понимая, что происходит.
Сириус, дочитал письмо, связался со школой и отправил туда детей — всех, кроме Гарри и Лены.
Ремус, осознав, что никто пока не собирается умирать, а он вообще-то свидетель, отправился в деревню.
А четыре человека, почти семья, сидели тихонько рядом. Сидели и боялись вздохнуть.
Наконец, Северус вышел из лаборатории.
— Оно готово.
Запела скрипка — это Гарри закрыл глаза. Посыпались лепестки роз прямо с потолка — это зажмурилась Лена.
Они встали и отошли по разные стороны от влюбленных.
Ариэль села на диване — её платье внезапно сменилась на прекрасный белоснежный наряд, а магловская одежда Сириуса, вставшего на колени, стала свадебным костюмом.
— Знаете, иногда мне снятся сны. Сон, как я катаюсь на игрушечной метле. Сон, как мы с родителями в зоопарке. Сон, как я просто сижу на коленях у мамы — или у папы. Я даже благодарен, что Сириус не стал заменять мне отца — он был мне лучшим крёстным в мире, почти отец, но, скорее, как старший брат. Просто у меня уже были и мама, и папа, и я никогда не смогу их предать. Я очень часто их вспоминаю, но никто не сможет мне их заменить. И… — он замялся, выбирая слова, — я всё еще люблю их. Вы говорите, дыра… а у меня нет. У меня просто они есть, в сердце, их образы, их голоса. Наверное, дело в том, что я их по-настоящему не помню, и мне их, конечно же, не хватает… но я уже привык. Хотя иногда так хочется почувствовать мамины объятия!
Элен всхлипнула.
— Друзья, я была неправа. Простите меня.
Они обнялись еще крепче, и, просидев так несколько минут, медленно пошли в дом.
Когда они зашли в дом, взрослые недоумённо молчали. На столе сидела сипуха, и рядом с ней лежал пакет с надписью «документы на развод». Но дети этого не заметили.
Элен подошла к матери и обняла её.
— Мама, прости меня. Для меня главное, чтобы ты была жива, и мне очень хочется, чтобы ты была рядом. Даже если ты будешь с Сирусом… или кем-то другим.
— Спасибо, доченька. Видимо, папа этого тоже хотел.
Любовь и письма
«Любимая, огонь моего сердца, свет моей души.»Когда я увидел тебя, моя жизнь наполнилась красками. Ты была яркой, волшебной, неземной! И я восхищался твоим умой, твоей силой — только сильный человек способен отказаться от большей части своей магии, чтобы иметь возможность помогать другим.
Я знал, что твое место — среди людей. Ты расцветала в окружении благодарных больных, или когда решала сложные загадки по лечению других людей и животных.
Когда я предложил тебе поехать со мной, я даже не подозревал, что ты можешь согласиться. Ты согласилась. И моя жизнь наполнилась глубинным смыслом.
Ремус был прав. Я дорожил своими животными, и, думая о них, забывал обо всём, даже о тебе, моем сердце.
Дочка, которую ты мне подарила, наполнила мою жизнь новым счастьем. Но меня снова тянуло в лес, и я не мог ничего с тобой поделать.
Я лишил тебя работы, круга общения, ты бросила из-за меня свой дом, своих друзей, ты поменяла образ жизни…
А я оказался неспособен сделать это же для тебя.
Так получилось, что это деревня стала мне дорога. Эти люди в ней, эта женщина. И я понял, насколько был неправ, ставя животных выше моей семьи.
Я не заслуживаю твоей любви. Только сейчас, через столько лет, я понял, что мы не можем быть вместе, что мы разные.
Тебе нужен мужчина, который любит тебя больше, чем что бы то ни было. Которому нравится вращаться в дворянских кругах, к которым ты привыкла. Который умеет воспитывать детей и примет Леночку — не как свою дочку, но как важного человека в своей жизни. Который, наконец, просто сможет быть рядом, обеспечит тебя любой поддержкой.
Я чувствую, что что-то случится. Я отправил эти документы тебе, уже зная, что что-то может пойти не так. Если я умру — ты свободна; но даже если нет — эти документы делают тебя всё равно, что моей вдовой. Я провел все нужные обряды: ты теперь свободна и вольна отдавать свое сердце кому угодно, и заключать магический брак — тоже. Я отдаю этот дом и чековую книжку тебе; конечно, я бы хотел общаться с Леночкой, если ты не против. Я, скорее всего, вернусь к матери и брату, но кто знает, как оно может повернуться?
Рядом с тобой есть Сириус. Присмотрись к нему: кажется, он именно тот, кто тебе нужен. Возможно, мне показалось, что ты тоже отвечаешь ему симпатией — а возможно, и нет. Я надеюсь, ты простишь меня за такое бегство.
Любимая, ты всегда будешь для меня самым ценным, что было у меня когда-то.
Руслан
Ариэль беззвучно плакала. Сглатывая слёзы, она отдала письмо дочке, и, когда ты прочитала и села рядом с мамой, обняв её и рыдая с ней в обнимку, передала Сириусу.
Остальные дети смотрели, не понимая, что происходит.
Сириус, дочитал письмо, связался со школой и отправил туда детей — всех, кроме Гарри и Лены.
Ремус, осознав, что никто пока не собирается умирать, а он вообще-то свидетель, отправился в деревню.
А четыре человека, почти семья, сидели тихонько рядом. Сидели и боялись вздохнуть.
Наконец, Северус вышел из лаборатории.
— Оно готово.
Запела скрипка — это Гарри закрыл глаза. Посыпались лепестки роз прямо с потолка — это зажмурилась Лена.
Они встали и отошли по разные стороны от влюбленных.
Ариэль села на диване — её платье внезапно сменилась на прекрасный белоснежный наряд, а магловская одежда Сириуса, вставшего на колени, стала свадебным костюмом.
Страница 29 из 31
