Семейство МакДугалл, или Яблочко от яблоньки

Глава 7

1980 год

Констанция сидела в саду, в плетеном кресле. Мораг, которой уже минуло четыре месяца, спала рядом в колыбельке, раздетая, в одной только рубашечке. Рэкс, утомленный необыкновенной даже для августа жарой, лежал у ног хозяйки, рядом с ним устроился черный полукниззл Кристофер, который время от времени поднимал голову и к чему-то прислушивался, навострив уши, потом принимался лизать сонного Рэкса — и опять засыпал.

Мистер МакДугалл был на работе, Трой — в гостях у своего приятеля, а к Изабелле пришли три девочки, ее ровесницы. Всем им уже скоро предстояло ехать в Хогвартс.

Мораг зашевелилась и зевнула, но продолжала спать. Констанция подумала: «А не пора ли домой? Уж очень жарко, как бы она не перегрелась… А от охлаждающих чар в жаркий день недолго и простудиться»… Она осторожно завернула Мораг в простынку, позвала эльфа, велела ему отнести колыбельку в спальню и медленно направилась к дому.

Уложив так и не проснувшуюся дочку, Констанция пошла взглянуть, что поделывают Изабелла и ее гостьи. Возле столовой она услышала голоса — видимо, девчонки из комнаты Изабеллы переместились туда.

— Я так хочу попасть на Гриффиндор! Мерлин! Везет же некоторым — у Лайзы там вся родня училась, так и она наверняка туда попадет. А у меня родители — оба с Хаффлпаффа, — с сожалением сказала Розамунд Стоун.

Вторая девочка, Лайза Броклхерст, возразила:

— Родня — это еще не гарантия. Может, я вообще попаду на Слизерин, к змеям. Ой, не дай Мерлин!

— Скажешь тоже — Слизерин, — рассмеялась Рози.

— А мне все равно, только хорошо бы нам быть всем вместе… — промурлыкала Кэтрин Барроу. — У меня мама с Хаффлпаффа, а папа — с Рэйвенкло. И брат на Рэйвенкло учится.

— Я надеюсь, что буду на Рэйвенкло, как мама и папа, — произнесла Изабелла.

Констанция вошла в столовую.

— Девочки, кто хочет холодного сока с печеньем? Я сейчас вам принесу.

От угощения никто не отказался, и миссис МакДугалл направилась на кухню. Когда она снова подошла к двери в столовую, неся на подносе кувшин с апельсиновым соком, стаканы и вазочку с печеньем, то чуть замешкалась у порога. И тут снова послышался голос Розамунд Стоун.

— Изабел… а ведь твой жених, Лестрейндж — он же со Слизерина. У них вся семья там училась.

— Ну и что?

— Ты не боишься?

— А почему я должна бояться?

— На Слизерине учатся темные маги.

— То есть, если поступил на Слизерин — все, ты темный маг? Интересно… Ведь они в той же школе учатся, у них те же предметы. Почему Гриффиндор — это хорошо, а Слизерин — плохо?

— Между прочим, про Лестрейнджей я слышала, что они служат тому самому… ну, Сами-Знаете-Кому, — вмешалась Лайза.

Констанция у дверей замерла, прислушиваясь к разговору.

— А интересно, что будет, если его по имени назвать? — задумчиво спросила Изабелла.

— Ты что?! Не вздумай! Нельзя! — завопили на два голоса Рози и Лайза.

— Нет, правда — что будет? Он явится и всех убьет? — Изабеллу явно разбирало жгучее любопытство.

«Ох, — подумала Констанция, — хоть бы и впрямь не вздумала его назвать… Хотя никто не знает, почему нельзя произносить его имя, и что будет, но мало ли»…

Она решительным шагом вошла в столовую.

— Изабелла, хватит, прошу тебя. Не пугай своих гостей и меня. Вот, пейте сок, ешьте печенье, девочки.

— А я его называла… — тоненьким голоском вдруг сказала Кэтрин.

— Китти! Ты дура?! — вскрикнула Лайза.

— И что было? — у Изабеллы голос дрожал от волнения.

— Да ничего не было, — Кэтрин обиженно шмыгнула носом. — Я ночью, тихонько, шепотом сказала. И сама испугалась — вдруг правда придет? А он не пришел.

— Все равно ты дура, — отрезала Рози. — Даже Министр его по имени не называет, а ты что, думаешь, умнее всех?

— Не надо больше так делать, Китти, — укоризненно покачала головой миссис МакДугалл.

Она вышла в коридор и направилась в спальню, но на полдороге ее догнала Кэтрин.

— Миссис МакДугалл… А можно на ребеночка посмотреть?

— Можно, — улыбнулась Констанция. — Только она спит. Пойдем.

Они вошли в спальню, и Констанция подвела Кэтрин к колыбельке.

— Ой, она совсем маленькая! — восхищенно прошептала Китти. — Какая она хорошенькая!

Констанции была приятна эта простодушная похвала.

— Разве ты никогда малышей не видела? — спросила она.

— Нет, — вздохнула Кэтрин. — У меня только брат, и он старший, школу в этом году заканчивает. Еще двоюродные братья есть, но они такие, как я.

Когда Кэтрин, насмотревшись, повернулась, чтобы уйти, Констанция сказала:

— Ты все же не называй его имя, Китти. Вдруг это все-таки опасно…

— Я не буду больше, — заверила ее девочка.

«Ох, как я устала…