Фандом: Гарри Поттер. Невозможного нет, хоть тресни — Прогрессивный сегодня век: Даже парень родит на месте,Если в шапке прописан МПРЕГ!Сева может, Сева может все, что угодно,Даже Волда, даже Волда за нос водить, Сева может, Сева может быть кем угодно, Даже мамой, даже мамой он может быть! Даже мамой, даже мамой он может быть!
Добавить в моё избранное
9 мин, 54 сек 12081
Северус проснулся в своей постели.
Не один.
Привыкший за долгие годы к обилию издевательств над собой, Северус лежал, не шевелясь, и по привычке анализировал ситуацию: «Черная макушка, тощее тельце. Опять Поттер. Опять изображать неземную любовь, скрываемую за фунтом цинизма и зельем от гастрита. Обстановка знакомая… Не особняк Блэков, однозначно, значит, мои апартаменты. Хогвартс, уже лучше»
Снейп осторожно отогнул уголок одеяла и, с трудом изогнувшись, взглянул в лицо сопящего… гхм… партнера.
«Шрам вроде не покрасневший, слава Мерлину, да и щетина на пол-лица, хотя бы не студент. Значит»…
— Кости, кости, колени, еще раз кости и отвратительный запах зелья от гастрита. Снейп? — буркнул, не открывая глаз, Поттер. — Боже, как меня достали эти слешеры… Ау!
— Обезболивающего? — машинально поинтересовался Снейп.
— Стакан виски и револьвер — стреляться буду. Аве?
— Да канонный я, канонный, — поспешил успокоить Поттера Снейп.
— Слава Мерлиновым трусам, хоть неземную любовь изображать не придется. Ауч! Автор вас не обидела.
— Может, автор — мужчина? — меланхолично спросил Снейп.
Ему было все равно. Поттер отрицательно помотал головой, пытаясь сползти с кровати:
— Только девушки могут наградить вас таким инструментом, сэр. Я буду молиться маме Ро за нас.
Несмотря на то, что Снейп опять оказался в Хогвартсе, он не был счастлив.
За свою огромную карьеру в фикрайтерстве — точнее, карьеру профессора для битья — Снейп повидал многое. Его насиловали, часто. Потом на не успевшую оклематься тушку наваливались утешители Поттеры, Малфои, Лонгботтомы, стыдно сказать, и утешали всякими доступными им способами. зачастую теми же самыми. Его убивали, со вкусом, изощренно и так, походя. На нем испытывали и приписывали ему всяческие зелья: начиная от вариаций Амортенции и Фелициса и заканчивая ядами, зельями потенции и пресловутыми зельями от гастрита. Снейп «каркал», «брюзжал», «фыркал», убивал Дамблдора, насиловал магглов и маггл, соблазнял Малфоев, орал на Поттера и зачастую вел себя просто неадекватно. Но каждый раз, сварив сотый котел со «смертельным-убивающим-всех-Волдемортов-в-округе» ядом и в пятый раз отымев слабо дрыгающегося Поттера, профессор Снейп засыпал и видел во сне покой.
Да-да, так и есть, покой Снейпу только снился. Роулинг, правда, обещала, что однажды это мучение закончится — когда во всем мире вдруг перестанут писать фанфики. Все. Даже озабоченные Рикманьячки и Снейпофилки. Даже Поттероманки. Даже Невиллолюбки (такие тоже иногда встречались, но вели себя не в пример приличнее). Тогда и только тогда все канонные персонажи, выжившие после Большой битвы, обретут спокойствие и безмятежность.
Снейп, правда, понимал, что такое вряд ли случится раньше, чем через пятьдесят — сто лет. Но была хотя бы слабая надежда…
Дверь апартаментов профессора хлопнула. Снейп отложил контрольную очередного бездарного гриффиндорца и, не глядя, потянулся за виски.
— Спасибо, сэр, — достаточно вежливо поблагодарил Поттер, осушая рюмку залпом. — Закройте глаза и сделайте это для Англии.
Снейп вздохнул, закрыл глаза и получил осторожный поцелуй в губы. К счастью, сухой и быстрый.
— Поттер, вы разузнали, куда мы влипли на этот раз?
— По крайней мере, мы не умрем, — «утешил» профессора Поттер. — Обычный Постхог. Я — преподаватель Защиты.
— Без образования и диплома, — съехидничал Снейп. — Как предсказуемо.
— Что же делать, если авторы не могут придумать лучшего способа свести нас в Хогвартсе, — проворчал Поттер. — Но вы правы, все очень предсказуемо. Вы — старый засранец с сальными волосами, я — молодой красавец с оливковой бархатной кожей.
— Прекрасно, — съязвил Снейп. — Оливки бывают черные и зеленые. И в банках. То есть ты — страдающий желтухой и повышенной волосатостью фрукт.
— Ягода.
— Что?
— Оливка — ягода. Вроде. Надо спросить Помону…
— Да хоть китайский баобаб, — фыркнул Снейп. — Что еще нам известно о нашем Авторе?
Поттер аккуратно сел к Снейпу на колени:
— Не возражаешь?
— А у меня есть выбор? — трагически вздохнул Снейп.
— Стандартный девчоночий набор: сопли, слезы, признания в любви, упругие попки и неземная страсть. К счастью, фанфик заявлен как мини. Недолго нам мучиться.
— Кошмар.
За окном учительской вдруг резко потемнело и выпрыгнула упругим мячиком луна.
— Похоже, нам опять пора в кровать, сэр, — вздохнул Поттер, вставая. — Намек более, чем прозрачен.
Лежа в постели, Снейп никак не мог уснуть. Ощущение беды давило на него, лишая последних сил.
— Она не описывает секс графически, сэр, — оторвал лохматую голову от подушки Поттер. — Спите спокойно. Во всяком случае, ощутим мы только последствия.
Не один.
Привыкший за долгие годы к обилию издевательств над собой, Северус лежал, не шевелясь, и по привычке анализировал ситуацию: «Черная макушка, тощее тельце. Опять Поттер. Опять изображать неземную любовь, скрываемую за фунтом цинизма и зельем от гастрита. Обстановка знакомая… Не особняк Блэков, однозначно, значит, мои апартаменты. Хогвартс, уже лучше»
Снейп осторожно отогнул уголок одеяла и, с трудом изогнувшись, взглянул в лицо сопящего… гхм… партнера.
«Шрам вроде не покрасневший, слава Мерлину, да и щетина на пол-лица, хотя бы не студент. Значит»…
— Кости, кости, колени, еще раз кости и отвратительный запах зелья от гастрита. Снейп? — буркнул, не открывая глаз, Поттер. — Боже, как меня достали эти слешеры… Ау!
— Обезболивающего? — машинально поинтересовался Снейп.
— Стакан виски и револьвер — стреляться буду. Аве?
— Да канонный я, канонный, — поспешил успокоить Поттера Снейп.
— Слава Мерлиновым трусам, хоть неземную любовь изображать не придется. Ауч! Автор вас не обидела.
— Может, автор — мужчина? — меланхолично спросил Снейп.
Ему было все равно. Поттер отрицательно помотал головой, пытаясь сползти с кровати:
— Только девушки могут наградить вас таким инструментом, сэр. Я буду молиться маме Ро за нас.
Несмотря на то, что Снейп опять оказался в Хогвартсе, он не был счастлив.
За свою огромную карьеру в фикрайтерстве — точнее, карьеру профессора для битья — Снейп повидал многое. Его насиловали, часто. Потом на не успевшую оклематься тушку наваливались утешители Поттеры, Малфои, Лонгботтомы, стыдно сказать, и утешали всякими доступными им способами. зачастую теми же самыми. Его убивали, со вкусом, изощренно и так, походя. На нем испытывали и приписывали ему всяческие зелья: начиная от вариаций Амортенции и Фелициса и заканчивая ядами, зельями потенции и пресловутыми зельями от гастрита. Снейп «каркал», «брюзжал», «фыркал», убивал Дамблдора, насиловал магглов и маггл, соблазнял Малфоев, орал на Поттера и зачастую вел себя просто неадекватно. Но каждый раз, сварив сотый котел со «смертельным-убивающим-всех-Волдемортов-в-округе» ядом и в пятый раз отымев слабо дрыгающегося Поттера, профессор Снейп засыпал и видел во сне покой.
Да-да, так и есть, покой Снейпу только снился. Роулинг, правда, обещала, что однажды это мучение закончится — когда во всем мире вдруг перестанут писать фанфики. Все. Даже озабоченные Рикманьячки и Снейпофилки. Даже Поттероманки. Даже Невиллолюбки (такие тоже иногда встречались, но вели себя не в пример приличнее). Тогда и только тогда все канонные персонажи, выжившие после Большой битвы, обретут спокойствие и безмятежность.
Снейп, правда, понимал, что такое вряд ли случится раньше, чем через пятьдесят — сто лет. Но была хотя бы слабая надежда…
Дверь апартаментов профессора хлопнула. Снейп отложил контрольную очередного бездарного гриффиндорца и, не глядя, потянулся за виски.
— Спасибо, сэр, — достаточно вежливо поблагодарил Поттер, осушая рюмку залпом. — Закройте глаза и сделайте это для Англии.
Снейп вздохнул, закрыл глаза и получил осторожный поцелуй в губы. К счастью, сухой и быстрый.
— Поттер, вы разузнали, куда мы влипли на этот раз?
— По крайней мере, мы не умрем, — «утешил» профессора Поттер. — Обычный Постхог. Я — преподаватель Защиты.
— Без образования и диплома, — съехидничал Снейп. — Как предсказуемо.
— Что же делать, если авторы не могут придумать лучшего способа свести нас в Хогвартсе, — проворчал Поттер. — Но вы правы, все очень предсказуемо. Вы — старый засранец с сальными волосами, я — молодой красавец с оливковой бархатной кожей.
— Прекрасно, — съязвил Снейп. — Оливки бывают черные и зеленые. И в банках. То есть ты — страдающий желтухой и повышенной волосатостью фрукт.
— Ягода.
— Что?
— Оливка — ягода. Вроде. Надо спросить Помону…
— Да хоть китайский баобаб, — фыркнул Снейп. — Что еще нам известно о нашем Авторе?
Поттер аккуратно сел к Снейпу на колени:
— Не возражаешь?
— А у меня есть выбор? — трагически вздохнул Снейп.
— Стандартный девчоночий набор: сопли, слезы, признания в любви, упругие попки и неземная страсть. К счастью, фанфик заявлен как мини. Недолго нам мучиться.
— Кошмар.
За окном учительской вдруг резко потемнело и выпрыгнула упругим мячиком луна.
— Похоже, нам опять пора в кровать, сэр, — вздохнул Поттер, вставая. — Намек более, чем прозрачен.
Лежа в постели, Снейп никак не мог уснуть. Ощущение беды давило на него, лишая последних сил.
— Она не описывает секс графически, сэр, — оторвал лохматую голову от подушки Поттер. — Спите спокойно. Во всяком случае, ощутим мы только последствия.
Страница 1 из 3
