О козлах и вторых шансах

— вдруг спросил он. — Я вот всегда хотел быть магозоологом — как мистер Ньют Скамандер. А теперь… я думаю, что защищать людей важнее. Так что мы с Лордом тоже пойдем в Аврорат. потом, когда я вырасту.

— Мр-ря, — Лорд с сомнением покосился на хозяина. — М-ряу!

— Я бы не советовал тебе решать это вот так сгоряча, — возразил Причард. — Магозоолог — отличная профессия. А ауроры половину времени тратят на заполнение разных бумажек. Ты любишь писать?

Тони скривился. Писать он не любил — и делал это, по маминому выражению, как курица лапой. Тони тогда долго хохотал, представляя курицу, заполошно хватающую лапой перо и первым делом сажающую громадную кляксу на пергамент.

— А бумажки-то зачем писать? — спросил он. — Сколько преступников поймали? Так их просто посчитать можно. А еще лучше — сразу заавадить! — зло прищурив глаза, выпалил он. — А то их потом выпустят, а они снова придут убивать.

— Мра! — согласился Лорд.

— Применять непростительные на людях нельзя! — неожиданно жёстко и очень сурово отчеканил Причард, подавшись к мальчику. — Советую это запомнить. За это полагается пожизненный Азкабан. Впрочем, и без непростительных убивать людей нельзя тоже, — добавил он. А потом, помолчав, сказал уже совершенно обычно: — А бумажки — для дела. Отчётность, протоколы допросов и задержаний… много всего. Так что ты много раз подумай, прежде чем идти в Аврорат. Мы там людей защищаем, а не убиваем, — он сурово нахмурился.

Вообще-то кое в чём Причард был с Тони согласен. Некоторых он бы и сам с превеликим удовольствием… но увы — должность не позволяла. Но, может, мальчишка сейчас на него обидится и остынет к идее сводить его со своей мамой?

— Так это на людях! — Тони ненавидяще сверкнул глазами, до ужаса напомнив побледневшей Франческе бывшего мужа. — А те, кто пришли убивать других — уже не люди! И с ними поступать надо как с бешеными собаками!

Лорд, вздыбивший шерсть на загривке, глухо заворчал. Собак, тем более бешеных, он ненавидел, как ненавидел и того типа, который тогда вломился в Его дом и напал на Его хозяев. И Лорд был полностью согласен с Тони.

— Нельзя тебе в Аврорат с такими идеями, — сощурился Причард. — Люди — это люди. Всегда. Не можешь это понять — забудь об Аврорате навсегда. Убивать. Людей. Нельзя. Тебе ясно? — отчеканил он негромко, но очень внушительно. И добавил почти что шёпотом: — Иначе чем ты будешь отличаться от них, а, Тони?

Губы у Тони задрожали, — но он твердо посмотрел на Причарда и так же тихо сказал: — Тем, что я хочу защищать, а не убивать. Только что делать, если иначе их не остановить?

— Почему же не остановить? — возразил Причард. — Отца твоего мы утихомирили обычным Ступефаем. А за попытку убийства — вне зависимости от того, каким образом она сделана — тоже полагается Азкабан. В некоторых случаях пожизненный. Нельзя убивать людей, Тони, — твёрдо повторил Причард. — Так бывает порой в бою — случайно, или по крайней необходимости, когда ты защищаешь себя или ещё кого-то. Но это особые случаи. Ну, пойми, — он вздохнул и заговорил мягче. — Твой отец ведь тоже считал, что имеет полное право убить твою маму. Не имеет значения, почему, но он был в этом совершенно уверен. Понимаешь, Тони… если ты позволишь себе решать, кому жить — а кому умирать, ты рано или поздно станешь таким же, как он. А мне этого очень бы не хотелось.

И тут Тони наконец-то заплакал. Лорд с отчаянным мяуканьем бросился к нему, прыгнул на колени — и Тони уткнулся лицом в черную шерсть книззла.

Причард дёрнул уголком рта, но заставил себя остаться на месте. Доводить до слёз он умел — у него не то что детишки, взрослые мужики рыдали, бывало — но сейчас… пожалуй, это был уже перебор. С другой стороны, ну это-то должно на мальчишку подействовать! Неужели ему будет приятно видеть у себя в доме человека, который смеет с ним так разговаривать?

Франческа же не думала ничего — она просто обняла сына, крепко прижала к себе и прошептала:

— Ты никогда не будешь похож на него, мой хороший, — она поцеловала его макушку и рассержено поглядела на Причарда. — Вы думаете хоть иногда, что и кому говорите, мистер аурор? — спросила она сердито.

Лорд яростным шипением сначала поддержал хозяйку, но потом тихо, успокаивающе замурлыкал. Мурлыкал он редко, считая такое поведение стыдным для страшного и опасного книззла, но сейчас был особый случай.

Причард тихо отодвинул стул и, стараясь двигаться как можно бесшумнее, вышел. Чувствовал он себя неловко, и в целом ему неприятно было вот так расставаться с мальчишкой — тот ему нравился, да и книззл его вызывал у Грэхема тёплые чувства. Но лучше уж так, чем тот станет сватать его своей матери.

— Я… я правда на него не похож? — тихо спросил Тони, когда, наконец, успокоился. — На этого… Вито-Аваду?

Отцом он этого человека называть не хотел.

Лорд рассерженно фыркнул.