Фандом: Гарри Поттер. Один проиграл последнюю битву и потерял всех, кто был дорог. У второго попытка поговорить с любимой женщиной закончилась скандалом «с отягчающими». Оба заснули с мыслью «Да пропади все пропадом!» Проснулись…«Все, как заказывали, господа! Пропало!»
Добавить в моё избранное
260 мин, 30 сек 11135
Потом села: глаза опущены, плечи поникли.
— Будут неприятности? — Родольфус кивнул на окно, за которым теперь никого не было.
Она вскинула голову, в глазах — уже знакомое упрямое выражение.
— Разберусь.
В этот раз он проводил Гермиону до самой двери дома в том магловском городке, где она жила с родителями. Красивое оказалось место: всюду цветы, даже голова закружилась от терпкого запаха. Из всей этой разноцветной флоры узнал только жимолость, и то потому, что ее ягоды в нескольких зельях используют. «А вот Невилла наверняка не затруднило бы всё назвать». За высокими деревьями все еще горел закат, призывно кричала какая-то птица. Романтический вечер, как он есть.
Родольфус поймал себя на том, что после совместной аппарации так и не выпустил ладонь Гермионы. Выглядела она опечаленной: похоже, то, что тот рыжий видел их вместе, расстроило ее куда сильней, чем хотелось бы показать.
— Все будет хорошо, — Родольфус положил руки ей на плечи, желая успокоить.
— Да… я знаю. — А голос чуть подрагивает. И из его «почти объятий» не пытается избавиться. Вот, даже чуть подалась вперед, ближе…
Обнял по-настоящему, чувствуя под тонкой тканью платья ее спину с чуть выступающими лопатками. Наклонился и коснулся мягких теплых губ. На какое-то мгновенье показалось, что она готова ответить, вот-вот, сейчас… И что он тоже мог бы провалиться, как в омут, в этот «новый» поцелуй, и забыть тот, другой…
Только показалось…
Отстранились, чуть ли не отпрыгнув друг от друга. Вид у Гермионы был обескураженный. Родольфус усмехнулся, подумав, что у него наверняка не лучше.
— Не надо было нам этого делать, — прошептала она.
«Если ты поняла то же, что и я… Возможно, и надо было».
— Извини. Завтра в пять, на окраине Хогсмида? — уточнил он.
— Да. Как договорились, — кивнула Гермиона, доставая из сумки ключ.
Почему-то Родольфусу показалось, что ей совсем не хочется приходить.
Родольфус еще не видел Алису такой счастливой. И причиной этому вряд ли был их поцелуй на мосту. Скорее то, что она с сыном помирилась: с утра только о нем и говорит. Скоро дойдет до рассказов, как тот на горшок начал ходить. Или послушать? Не так уж и много он знает об истории этого мира. А что юный Лонгботтом — часть этой истории, сомневаться не приходилось.
— … То ли из меня плохая мать, то ли он просто всегда был слишком самостоятельным, — доносилось то из одной, то из другой комнаты. — Вся их компания такая, с первого курса. Представляешь, они тогда полезли спасать философский камень от Того-кого-нельзя-называть! Вчетвером… «Мама, папа, я разговаривал с Дьявольскими силками, и они меня слушались!» — пропищала Алиса, будто кого-то передразнивая. Родольфус невольно улыбнулся.
— … Но это все ерунда, — донеслось уже из кухни. Неразборчиво, будто Алиса еще и жевать умудрялась. — Во время их второго курса по школе ползал василиск. Настоящий! И хоть бы кто-нибудь написал родителям! Конспираторы чертовы. Ладно мой, дитя двух авроров. Ладно Рон, их там семеро, наверняка отвыкают жаловаться раньше, чем научатся говорить. Но Гарри! Ни родителям, ни крестному, ни Снейпу — ни полслова! Открыли Тайную комнату и полезли туда «поговорить». — И снова тонким голоском: — Папа, ты же сам учил меня, что сперва надо попытаться по-хорошему!«— С василиском поговорить? — удивился Родольфус. — Неужели Поттер надеялся, что знание парселтанга поможет ему…»
— Знание парселтанга? Откуда Гарри его знать? Он же не потомок Слизерина.
— Но он был хоркруксом.
Алиса взглянула удивленно:
— Никогда. Хотя… В ту ночь, когда Лорд пытался убить Лили и Гарри, он действительно создал незапланированный хоркрукс. Осколок души отделился и вселился то ли в ближайшее к нему живое существо, то ли в самое беззащитное. — И вдруг ахнула: — Неужели в вашем мире это оказался Гарри?
Родольфус кивнул.
— А в вашем?
— Их кот. Поттеры очень переживали, когда это открылось и пришлось… Лили ведь с ним выросла: ее родители взяли его из приюта сразу после свадьбы. К тому времени, как она сама вышла замуж, кот был уже старый, и она забрала его себе. А тот вон еще сколько прожил!
Родольфус прикинул возраст кота: почти сорок лет. Удивительно, что это никого не насторожило. Впрочем, Уизли — те, что из его мира — тоже не сразу обратили внимание, что их крыса зажилась на свете. К фамилиарам привыкаешь, кажется, что они были и будут всегда.
— Ничего не понимаю. Кто же тогда открыл Тайную комнату? Ведь для этого надо быть змееустом?
— Или уметь хорошо подражать звукам. У Рона Уизли это всегда получалось замечательно. Том Риддл — именно он оказался хозяином змеи — рассказал им, как открыть комнату. Знал бы он, с какой компанией связался!
И снова исчезла.
Надо же, чуть не прослушал про третий курс!
— Будут неприятности? — Родольфус кивнул на окно, за которым теперь никого не было.
Она вскинула голову, в глазах — уже знакомое упрямое выражение.
— Разберусь.
В этот раз он проводил Гермиону до самой двери дома в том магловском городке, где она жила с родителями. Красивое оказалось место: всюду цветы, даже голова закружилась от терпкого запаха. Из всей этой разноцветной флоры узнал только жимолость, и то потому, что ее ягоды в нескольких зельях используют. «А вот Невилла наверняка не затруднило бы всё назвать». За высокими деревьями все еще горел закат, призывно кричала какая-то птица. Романтический вечер, как он есть.
Родольфус поймал себя на том, что после совместной аппарации так и не выпустил ладонь Гермионы. Выглядела она опечаленной: похоже, то, что тот рыжий видел их вместе, расстроило ее куда сильней, чем хотелось бы показать.
— Все будет хорошо, — Родольфус положил руки ей на плечи, желая успокоить.
— Да… я знаю. — А голос чуть подрагивает. И из его «почти объятий» не пытается избавиться. Вот, даже чуть подалась вперед, ближе…
Обнял по-настоящему, чувствуя под тонкой тканью платья ее спину с чуть выступающими лопатками. Наклонился и коснулся мягких теплых губ. На какое-то мгновенье показалось, что она готова ответить, вот-вот, сейчас… И что он тоже мог бы провалиться, как в омут, в этот «новый» поцелуй, и забыть тот, другой…
Только показалось…
Отстранились, чуть ли не отпрыгнув друг от друга. Вид у Гермионы был обескураженный. Родольфус усмехнулся, подумав, что у него наверняка не лучше.
— Не надо было нам этого делать, — прошептала она.
«Если ты поняла то же, что и я… Возможно, и надо было».
— Извини. Завтра в пять, на окраине Хогсмида? — уточнил он.
— Да. Как договорились, — кивнула Гермиона, доставая из сумки ключ.
Почему-то Родольфусу показалось, что ей совсем не хочется приходить.
Глава 14
Там:Родольфус еще не видел Алису такой счастливой. И причиной этому вряд ли был их поцелуй на мосту. Скорее то, что она с сыном помирилась: с утра только о нем и говорит. Скоро дойдет до рассказов, как тот на горшок начал ходить. Или послушать? Не так уж и много он знает об истории этого мира. А что юный Лонгботтом — часть этой истории, сомневаться не приходилось.
— … То ли из меня плохая мать, то ли он просто всегда был слишком самостоятельным, — доносилось то из одной, то из другой комнаты. — Вся их компания такая, с первого курса. Представляешь, они тогда полезли спасать философский камень от Того-кого-нельзя-называть! Вчетвером… «Мама, папа, я разговаривал с Дьявольскими силками, и они меня слушались!» — пропищала Алиса, будто кого-то передразнивая. Родольфус невольно улыбнулся.
— … Но это все ерунда, — донеслось уже из кухни. Неразборчиво, будто Алиса еще и жевать умудрялась. — Во время их второго курса по школе ползал василиск. Настоящий! И хоть бы кто-нибудь написал родителям! Конспираторы чертовы. Ладно мой, дитя двух авроров. Ладно Рон, их там семеро, наверняка отвыкают жаловаться раньше, чем научатся говорить. Но Гарри! Ни родителям, ни крестному, ни Снейпу — ни полслова! Открыли Тайную комнату и полезли туда «поговорить». — И снова тонким голоском: — Папа, ты же сам учил меня, что сперва надо попытаться по-хорошему!«— С василиском поговорить? — удивился Родольфус. — Неужели Поттер надеялся, что знание парселтанга поможет ему…»
— Знание парселтанга? Откуда Гарри его знать? Он же не потомок Слизерина.
— Но он был хоркруксом.
Алиса взглянула удивленно:
— Никогда. Хотя… В ту ночь, когда Лорд пытался убить Лили и Гарри, он действительно создал незапланированный хоркрукс. Осколок души отделился и вселился то ли в ближайшее к нему живое существо, то ли в самое беззащитное. — И вдруг ахнула: — Неужели в вашем мире это оказался Гарри?
Родольфус кивнул.
— А в вашем?
— Их кот. Поттеры очень переживали, когда это открылось и пришлось… Лили ведь с ним выросла: ее родители взяли его из приюта сразу после свадьбы. К тому времени, как она сама вышла замуж, кот был уже старый, и она забрала его себе. А тот вон еще сколько прожил!
Родольфус прикинул возраст кота: почти сорок лет. Удивительно, что это никого не насторожило. Впрочем, Уизли — те, что из его мира — тоже не сразу обратили внимание, что их крыса зажилась на свете. К фамилиарам привыкаешь, кажется, что они были и будут всегда.
— Ничего не понимаю. Кто же тогда открыл Тайную комнату? Ведь для этого надо быть змееустом?
— Или уметь хорошо подражать звукам. У Рона Уизли это всегда получалось замечательно. Том Риддл — именно он оказался хозяином змеи — рассказал им, как открыть комнату. Знал бы он, с какой компанией связался!
И снова исчезла.
Надо же, чуть не прослушал про третий курс!
Страница 57 из 75
