Фандом: Гарри Поттер. Один проиграл последнюю битву и потерял всех, кто был дорог. У второго попытка поговорить с любимой женщиной закончилась скандалом «с отягчающими». Оба заснули с мыслью «Да пропади все пропадом!» Проснулись…«Все, как заказывали, господа! Пропало!»
Добавить в моё избранное
260 мин, 30 сек 11142
— Это здесь. Пошли в библиотеку, там карта есть.
Пока поднимались, молчали. Алиса — от удивления, а сам он наверняка не очень-то хотел с ней общаться.
В библиотеке развернул широкую, на весь стол, карту Англии.
— Надеюсь, этой хватит, — пробормотал. И вдруг повернулся, взглянул прямо в глаза: — Если, конечно, заклинание сработает.
— А почему нет?
Рабастан усмехнулся:
— Ты серьезно? Хочешь сказать, что не знаешь, что тип, с которым ты спишь, не Руди?
Алиса вздохнула:
— Я с ним не сплю. И да, я знаю, кто он. А ты давно догадался?
Он пожал плечами:
— Сразу же. Одного только не понял: почему он так расстроился, когда я его из дома выгнал? А потом и вовсе чудно: его эльф слушался! И утверждал, что это хозяин! А эльфы в таких делах не ошибаются. Но не мог же я перепутать собственного брата с каким-то типом!
— Не мог, — согласилась Алиса. — Тем более, они не очень друг с другом похожи. Слушай, ты можешь быстрее? — не выдержала она. — Заклинание сработает, даже не сомневайся. Потому что это действительно Родольфус, хоть и не… Впрочем, пусть он тебе сам все расскажет? Если, конечно, мы успеем.
Рабастан ничего не ответил, коснулся палочкой свитка. И тут же на карте загорелась алая точка.
— Вот!
— Точно!
Алиса увеличила изображение, так, чтобы точно можно было определить координаты места. Придвинула к себе один из украшавших стол помпезных подсвечников:
— Портус!
Дотронулась до него и тут же поверх ее руки легла другая.
Выгоревшая трава, речушка и несколько чахлых деревьев на берегу. И дом — старый, заброшенный. И слишком маленький — внутри наверняка не больше одной комнаты. Кажется, ей туда. Вернее, им.
— Мистер Лестрейндж, какого хре… То есть, позвольте поинтересоваться, почему вы покинули место своего домашнего ареста, нарушив условия, при которых Визенгамот определил вам именно эту меру наказания?
— Потому что не мог допустить, чтобы ты расхаживала неизвестно где с собственностью нашей семьи, — хмыкнул Рабастан, указав на подсвечник, который Алиса все еще сжимала в руке. — Этот канделябр из белого золота подарил моему предку — первому прибывшему в Британию Лестрейнджу — сам Вильгельм, прозванный маглами «Завоевателем». Если тебя прибить и продать на ингредиенты изготовителям темных зелий, то и половину его цены не дадут.
— Или потому что ты придурок, — улыбнулась Алиса. Что ни говори, а соваться в незнакомое место все-таки лучше не одной. — Ну что, будем считать, что пару лет Азкабана заработал. Идем дальше?
Он кивнул. Алиса ткнула палочкой в замочную скважину:
— Аллохомора!
Не помогло. Ну что ж…
— Присоединяйся.
Вместе наставили палочки на казавшуюся довольно хлипкой дверь. Впрочем, оба знали, что самую тонкую стену можно сделать куда крепче заклинаниями.
— Бомбарда максима! — закричали хором.
Пыль от разнесенной в щепки двери осела, открыв холл с высоким — куда выше, чем снаружи казалось — потолком и широкий коридор. По нему они и пошли, пока шагов через полсотни не уперлись в еще одну дверь.
— Тоже выносим к гоблиновой матери? — уточнил Рабастан, поднимая палочку.
Дверь открылась сама.
Здесь:
— … В душу, в мать!
Наконец-то ноги коснулись дна узкой и глубокой расселины, где Родольфус минут пять назад обнаружил Гермиону. Спускаться по почти отвесному склону было трудно, ветки так и норовили вырваться из рук, а почти незаметные бугорки земли, на которые он опирался, будто сами по себе исчезали, стоило ногу поставить.
Встал, осмотрелся и тихо выругался: ярдов через десять склон становился куда более пологим, мог и не рисковать свернуть себе шею. Но очень уж перепугался, услышав ее голос — непривычно слабый, дрожащий. И сейчас она выглядела так, будто едва сдерживается, чтобы не разрыдаться.
— Как ты здесь оказалась?
— Оступилась…
Заговорила — сбивчиво, то и дело останавливаясь, задыхаясь. Про то, как казавшееся таким плотным переплетение веток под ногами вдруг разъехалось, и она полетела вниз. Попыталась наколдовать воздушную подушку — не вышло, видимо из-за перепадов магического уровня в этом месте. Они ведь довольно близко от пещеры, поглощающей избыток магии Хогвартса.
— Вот, — протянула Родольфусу обломки своей палочки. Половинки вместе удерживала только плотная черная нить. Сердечная жила дракона. Надо же, точно как у него! — И еще нога… — голос задрожал, — больно, очень.
Нога действительно была неестественно вывернута.
Родольфус разрезал штанину ее джинсов, ослабил шнурки кроссовка. Голень опухла и покраснела.
— Похоже на перелом.
— Ты бы мог его срастить?
Он покачал головой. Небольшие ранки, треснувшие кости — с этим бы он справился. Но сломанные…
Пока поднимались, молчали. Алиса — от удивления, а сам он наверняка не очень-то хотел с ней общаться.
В библиотеке развернул широкую, на весь стол, карту Англии.
— Надеюсь, этой хватит, — пробормотал. И вдруг повернулся, взглянул прямо в глаза: — Если, конечно, заклинание сработает.
— А почему нет?
Рабастан усмехнулся:
— Ты серьезно? Хочешь сказать, что не знаешь, что тип, с которым ты спишь, не Руди?
Алиса вздохнула:
— Я с ним не сплю. И да, я знаю, кто он. А ты давно догадался?
Он пожал плечами:
— Сразу же. Одного только не понял: почему он так расстроился, когда я его из дома выгнал? А потом и вовсе чудно: его эльф слушался! И утверждал, что это хозяин! А эльфы в таких делах не ошибаются. Но не мог же я перепутать собственного брата с каким-то типом!
— Не мог, — согласилась Алиса. — Тем более, они не очень друг с другом похожи. Слушай, ты можешь быстрее? — не выдержала она. — Заклинание сработает, даже не сомневайся. Потому что это действительно Родольфус, хоть и не… Впрочем, пусть он тебе сам все расскажет? Если, конечно, мы успеем.
Рабастан ничего не ответил, коснулся палочкой свитка. И тут же на карте загорелась алая точка.
— Вот!
— Точно!
Алиса увеличила изображение, так, чтобы точно можно было определить координаты места. Придвинула к себе один из украшавших стол помпезных подсвечников:
— Портус!
Дотронулась до него и тут же поверх ее руки легла другая.
Выгоревшая трава, речушка и несколько чахлых деревьев на берегу. И дом — старый, заброшенный. И слишком маленький — внутри наверняка не больше одной комнаты. Кажется, ей туда. Вернее, им.
— Мистер Лестрейндж, какого хре… То есть, позвольте поинтересоваться, почему вы покинули место своего домашнего ареста, нарушив условия, при которых Визенгамот определил вам именно эту меру наказания?
— Потому что не мог допустить, чтобы ты расхаживала неизвестно где с собственностью нашей семьи, — хмыкнул Рабастан, указав на подсвечник, который Алиса все еще сжимала в руке. — Этот канделябр из белого золота подарил моему предку — первому прибывшему в Британию Лестрейнджу — сам Вильгельм, прозванный маглами «Завоевателем». Если тебя прибить и продать на ингредиенты изготовителям темных зелий, то и половину его цены не дадут.
— Или потому что ты придурок, — улыбнулась Алиса. Что ни говори, а соваться в незнакомое место все-таки лучше не одной. — Ну что, будем считать, что пару лет Азкабана заработал. Идем дальше?
Он кивнул. Алиса ткнула палочкой в замочную скважину:
— Аллохомора!
Не помогло. Ну что ж…
— Присоединяйся.
Вместе наставили палочки на казавшуюся довольно хлипкой дверь. Впрочем, оба знали, что самую тонкую стену можно сделать куда крепче заклинаниями.
— Бомбарда максима! — закричали хором.
Пыль от разнесенной в щепки двери осела, открыв холл с высоким — куда выше, чем снаружи казалось — потолком и широкий коридор. По нему они и пошли, пока шагов через полсотни не уперлись в еще одну дверь.
— Тоже выносим к гоблиновой матери? — уточнил Рабастан, поднимая палочку.
Дверь открылась сама.
Здесь:
— … В душу, в мать!
Наконец-то ноги коснулись дна узкой и глубокой расселины, где Родольфус минут пять назад обнаружил Гермиону. Спускаться по почти отвесному склону было трудно, ветки так и норовили вырваться из рук, а почти незаметные бугорки земли, на которые он опирался, будто сами по себе исчезали, стоило ногу поставить.
Встал, осмотрелся и тихо выругался: ярдов через десять склон становился куда более пологим, мог и не рисковать свернуть себе шею. Но очень уж перепугался, услышав ее голос — непривычно слабый, дрожащий. И сейчас она выглядела так, будто едва сдерживается, чтобы не разрыдаться.
— Как ты здесь оказалась?
— Оступилась…
Заговорила — сбивчиво, то и дело останавливаясь, задыхаясь. Про то, как казавшееся таким плотным переплетение веток под ногами вдруг разъехалось, и она полетела вниз. Попыталась наколдовать воздушную подушку — не вышло, видимо из-за перепадов магического уровня в этом месте. Они ведь довольно близко от пещеры, поглощающей избыток магии Хогвартса.
— Вот, — протянула Родольфусу обломки своей палочки. Половинки вместе удерживала только плотная черная нить. Сердечная жила дракона. Надо же, точно как у него! — И еще нога… — голос задрожал, — больно, очень.
Нога действительно была неестественно вывернута.
Родольфус разрезал штанину ее джинсов, ослабил шнурки кроссовка. Голень опухла и покраснела.
— Похоже на перелом.
— Ты бы мог его срастить?
Он покачал головой. Небольшие ранки, треснувшие кости — с этим бы он справился. Но сломанные…
Страница 63 из 75
