Фандом: Гарри Поттер. Один проиграл последнюю битву и потерял всех, кто был дорог. У второго попытка поговорить с любимой женщиной закончилась скандалом «с отягчающими». Оба заснули с мыслью «Да пропади все пропадом!» Проснулись…«Все, как заказывали, господа! Пропало!»
Добавить в моё избранное
260 мин, 30 сек 11146
И заявление в Визенгамот, о досрочном освобождении его, — кивнула в сторону Рабастана.
— И за что это ему такое счастье?
— За помощь аврорату. В моем лице.
— Твое лицо, вместе со всем остальным, стоило бы запереть на десяток замков, чтобы оно не лезло, куда не надо, — пробурчал Блэк.
— Если бы оно не лезло, куда не надо, ты бы сейчас тут не стоял. Ладно, пока! Жду отчет. — Сжала его руку и чуть тише добавила: — Держись, Бродяга, не раскисай!
Они вышли за дверь. Алиса сунула руку в карман:
— Ой! Кажется, я его потеряла!
— Что потеряла? — спросил Родольфус.
— Подсвечник ваш чертов! Который первому из Лестрейнджей Юлий Цезарь подарил! И который дороже, чем кровь тридцатилетней девственницы или мозг Фаджа!
— А почему именно… — начала Белла, но Рабастан перебил:
— Потому что первое — чрезвычайная редкость, а второго не существует. А подсвечник этот нашей бабке ее тетка подарила. Его ни потерять невозможно, ни выкинуть… к сожалению. Сейчас наверняка на прежнем месте стоит. Ну что, тут мы с вами простимся?
— Басти… — Тот рассматривал чахлый куст с белыми цветочками, будто ничего интереснее в жизни не видел. Вот повернулся с независимым видом, и вдруг всхлипнул, бросился на шею:
— Руди… придурок чертов.
Потом отодвинулся:
— Ну, давай, рассказывай. Откуда ты, такой красивый, взялся.
Второй раз рассказывать было уже легче.
— Значит, в твоем мире я покойник… — задумчиво пробормотал Басти, когда Родольфус закончил. — Ну вот… только у меня появился брат, которому на меня не плевать, оказалось, что он — пришелец из какого-то ответвления реальности.
— Думаю, твоему настоящему брату тоже было не плевать. Поэтому он и наговорил тогда тебе гадостей. Хотел, чтобы в случае его провала Лорд не отыгрался на тебе.
— Да я знать не желаю, о чем он там думал! Хотел меня выгородить, да? А кто его просил?! Ты вот своего не выгораживал, вы через все прошли вместе, всегда рядом были! Как и положено настоящим братьям!
Родольфус кивнул:
— А потом он погиб, а я остался. Знаешь, сколько раз я пожалел о том, что не поступил так, как твой?
Басти махнул рукой и собрался отойти, но Родольфус удержал его:
— Пожалуйста… постарайся его понять. Не прогоняй, когда снова к тебе придет.
— А он придет?
— Да, — сказал, и сам удивился, насколько твердо это прозвучало. Самое трудное — это решиться, так ведь?
— Тогда удачи, — кивнул Басти. — Ты со мной? — спросил Беллу. Ты взяла его за руку, улыбнулась счастливо:
— Конечно.
И в ту же секунду оба исчезли.
— Нам тоже пора, — подошла к нему Алиса.
… Заклинание, придуманное Джеймсом Поттером для поиска вечно исчезающей игрушки. («Издержки особой магии, гл. 7 ) Как выяснилось позже, могло успешно применяться для поиска людей. Но не применялось — слишком уж странно звучало.»
Здесь:
— На этот раз все получилось, — сказала Гермиона, когда они зависли в воздухе, почти касаясь высокой — едва ли меньше фута — травы.
Родольфус осторожно, чтобы не выпустить ее, попробовал подняться на ноги. Конечно, хорошо, что они не разбились, но остановка могла оказаться смертельно опасной. Что угодно, только двигаться, а они здесь, на одном месте… уже не меньше минуты?
Глаза защипало, будто туда песка насыпали. И не протрешь — руки заняты. Попросить Гермиону, что ли? Сперва улыбнулся, но тут же эта мысль перестала казаться смешной — очень уж клонило в сон. Тихонько позвал — она не откликнулась. Присмотрелся — девушка крепко спала.
Ноги подгибались, глаза закрывались сами собой. Вспышка страха мелькнула и пропала, уступив спокойствию и желанию присесть, отдохнуть… Он и так много прошел, может, хватит уже?
Спокойно смотрел, как почти неразличимые деревья по краям поляны исчезают совсем, будто прячась за огромными черными крыльями…
Ночная… смерть…
Злобный, разочарованный вой был высоким — на грани слышимости — и от того еще более противным. Заломило голову, по ушам точно «режущим» полоснуло. Но почти поглотившая их тьма отступила, исчезла с поляны, уступив место яркой вспышке. Патронус? Точно! Мерлин, и не один!
Узнал он только льва, трех остальных — зайца, оленя с ветвистыми рогами и небольшого криволапого пса — Родольфус никогда раньше не видел. Успел заметить встревоженную физиономию Невилла, а потом… потом тьма его все-таки настигла.
Открыл глаза, и на секунду показалось, что вернулся назад, в детство. В те дни, когда он, начинающий загонщик своего факультета, приходил в себя в больничном крыле чуть ли не после каждого матча. Но тогда он встречался взглядом с Басти, а не…
— Роберт?
Черт, увидел эти глаза и на секунду испугался, что все-таки вернулся.
Испугался?! Да, черт возьми.
— И за что это ему такое счастье?
— За помощь аврорату. В моем лице.
— Твое лицо, вместе со всем остальным, стоило бы запереть на десяток замков, чтобы оно не лезло, куда не надо, — пробурчал Блэк.
— Если бы оно не лезло, куда не надо, ты бы сейчас тут не стоял. Ладно, пока! Жду отчет. — Сжала его руку и чуть тише добавила: — Держись, Бродяга, не раскисай!
Они вышли за дверь. Алиса сунула руку в карман:
— Ой! Кажется, я его потеряла!
— Что потеряла? — спросил Родольфус.
— Подсвечник ваш чертов! Который первому из Лестрейнджей Юлий Цезарь подарил! И который дороже, чем кровь тридцатилетней девственницы или мозг Фаджа!
— А почему именно… — начала Белла, но Рабастан перебил:
— Потому что первое — чрезвычайная редкость, а второго не существует. А подсвечник этот нашей бабке ее тетка подарила. Его ни потерять невозможно, ни выкинуть… к сожалению. Сейчас наверняка на прежнем месте стоит. Ну что, тут мы с вами простимся?
— Басти… — Тот рассматривал чахлый куст с белыми цветочками, будто ничего интереснее в жизни не видел. Вот повернулся с независимым видом, и вдруг всхлипнул, бросился на шею:
— Руди… придурок чертов.
Потом отодвинулся:
— Ну, давай, рассказывай. Откуда ты, такой красивый, взялся.
Второй раз рассказывать было уже легче.
— Значит, в твоем мире я покойник… — задумчиво пробормотал Басти, когда Родольфус закончил. — Ну вот… только у меня появился брат, которому на меня не плевать, оказалось, что он — пришелец из какого-то ответвления реальности.
— Думаю, твоему настоящему брату тоже было не плевать. Поэтому он и наговорил тогда тебе гадостей. Хотел, чтобы в случае его провала Лорд не отыгрался на тебе.
— Да я знать не желаю, о чем он там думал! Хотел меня выгородить, да? А кто его просил?! Ты вот своего не выгораживал, вы через все прошли вместе, всегда рядом были! Как и положено настоящим братьям!
Родольфус кивнул:
— А потом он погиб, а я остался. Знаешь, сколько раз я пожалел о том, что не поступил так, как твой?
Басти махнул рукой и собрался отойти, но Родольфус удержал его:
— Пожалуйста… постарайся его понять. Не прогоняй, когда снова к тебе придет.
— А он придет?
— Да, — сказал, и сам удивился, насколько твердо это прозвучало. Самое трудное — это решиться, так ведь?
— Тогда удачи, — кивнул Басти. — Ты со мной? — спросил Беллу. Ты взяла его за руку, улыбнулась счастливо:
— Конечно.
И в ту же секунду оба исчезли.
— Нам тоже пора, — подошла к нему Алиса.
… Заклинание, придуманное Джеймсом Поттером для поиска вечно исчезающей игрушки. («Издержки особой магии, гл. 7 ) Как выяснилось позже, могло успешно применяться для поиска людей. Но не применялось — слишком уж странно звучало.»
Здесь:
— На этот раз все получилось, — сказала Гермиона, когда они зависли в воздухе, почти касаясь высокой — едва ли меньше фута — травы.
Родольфус осторожно, чтобы не выпустить ее, попробовал подняться на ноги. Конечно, хорошо, что они не разбились, но остановка могла оказаться смертельно опасной. Что угодно, только двигаться, а они здесь, на одном месте… уже не меньше минуты?
Глаза защипало, будто туда песка насыпали. И не протрешь — руки заняты. Попросить Гермиону, что ли? Сперва улыбнулся, но тут же эта мысль перестала казаться смешной — очень уж клонило в сон. Тихонько позвал — она не откликнулась. Присмотрелся — девушка крепко спала.
Ноги подгибались, глаза закрывались сами собой. Вспышка страха мелькнула и пропала, уступив спокойствию и желанию присесть, отдохнуть… Он и так много прошел, может, хватит уже?
Спокойно смотрел, как почти неразличимые деревья по краям поляны исчезают совсем, будто прячась за огромными черными крыльями…
Ночная… смерть…
Злобный, разочарованный вой был высоким — на грани слышимости — и от того еще более противным. Заломило голову, по ушам точно «режущим» полоснуло. Но почти поглотившая их тьма отступила, исчезла с поляны, уступив место яркой вспышке. Патронус? Точно! Мерлин, и не один!
Узнал он только льва, трех остальных — зайца, оленя с ветвистыми рогами и небольшого криволапого пса — Родольфус никогда раньше не видел. Успел заметить встревоженную физиономию Невилла, а потом… потом тьма его все-таки настигла.
Открыл глаза, и на секунду показалось, что вернулся назад, в детство. В те дни, когда он, начинающий загонщик своего факультета, приходил в себя в больничном крыле чуть ли не после каждого матча. Но тогда он встречался взглядом с Басти, а не…
— Роберт?
Черт, увидел эти глаза и на секунду испугался, что все-таки вернулся.
Испугался?! Да, черт возьми.
Страница 67 из 75
