О долгах, ритуалах и живых покойниках

Меж тем Франко заклятием обработал третий, если Люциусу не изменяет память, кернос. Но какая же жалость, что он не может присутствовать на ритуале! Воспоминания — это не то, и, если Малфой хоть что-то понимает в людях, Северус многого не увидит: из открытого и довольно бесхитростного мальчишки вырос весьма скрытный человек, жестко дозирующий информацию. Но если судить по тому, как легко, почти играючи, вплетаются в структуру ритуальных светильников чары… Лет через двадцать, когда лорд Блэк наиграется в артефакторику, магическую Европу ожидает пришествие нового Лорда, и на этот раз не Темного. Ориентированного если не на интеграцию в магловский мир, то на более тесное сотрудничество, но и не отрицающего наследие предков. А ему, главе рода Малфоев, придется решать, с кем через эти года столкнется его преемник: с потенциальным сюзереном, деловым партнером или врагом. Малфой не верил, что его семья сможет остаться в стороне, если грянет новая буря.

Когда пятый кернос занял свое место рядом с собратьями, а гончарный круг был убран обратно в безразмерный мешочек, Франко подошел к столу, вновь растирая кончики пальцев. Он налил в кружку травяного чая и отошел к маленькому окошку. Молодой человек неторопливо пил, уставившись на затянутые паутиной и пылью потрескавшиеся стекла.

— Как здоровье леди Нарциссы?

— Благодарю вас, моя жена чувствует себя прекрасно, — практически не покривил душой Люциус. Нарцисса действительно почти оправилась — благодаря мастерству Снейпа — от последствий проклятия. В данный момент она наслаждалась теплом и солнцем столь щедрой на них в это время года Франции.

— Надеюсь, здоровье вашей супруги так же превосходно, — пройти мимо возможности выяснить матримониальный статус артефактора Малфой не мог: эта часть сведений о мастере Франко была от него скрыта.

— Я не женат, — понимающе усмехнулся молодой человек.

— Так и не смогли забыть Джиневру Маклаген?

— Не встретил достойную спутницу, — в тон ответил Франко.

Внезапно артефактор насторожился и, поставив кружку на узкий подоконник, быстро вышел за дверь. Встревоженный таким поведением Люциус встал и последовал за ним. Франко стоял в двух шагах от лачуги лицом к морю, напряженно к чему-то прислушиваясь. Сильный порыв ветра, еще утром практически неощутимого, швырнул в лицо капли мелкого холодного дождя. Погода стремительно портилась.

— Франко?

— Мистер Малфой, — артефактор повернулся к подошедшему аристократу, — я слегка ошибся в расчетах. Вам придется уйти сейчас.

Люциус кивнул: он тоже это почувствовал. Шторм, о котором говорил Франко и которого так опасались ритуалисты, приближался, и по спине аристократа бежали весьма ощутимые мурашки, предупреждая о надвигающейся опасности. Судя по всему, уже к вечеру аппарация в этом районе станет опасна. Кружка еще теплого тонизирующего отвара была весьма кстати, но это не спасло мальчишку от уничижительной реплики о путающихся под ногами балбесах, не способных к элементарным зельям.

— Мистер Фрейзер, все ли ингредиенты принес мистер Малфой утром или вам еще что-нибудь может понадобиться? — пропустив слова зельевара мимо ушей, спросил Франко.

— Из заявленного все, — Северус убавил огонь под котлом.

— А что-то сверх списка вам нужно?

— Сомневаюсь. В чем дело? — почему-то попытки быть вежливым в исполнении Франко раздражали не меньше, чем его дерзость в школе.

— К закату все виды магических перемещений станут не доступны. Если чего-либо не достает, еще есть время, чтобы это исправить, — ответил артефактор.

— Люциус? — вопросительно приподнял бровь Снейп.

— Уже ушел, — подтвердил его догадку Франко.

Зельевар допил содержимое кружки и отдал ее артефактору. За тринадцать лет Поттер все-таки научился понимать намеки и без лишних слов ушел из лаборатории. Снейп вернулся к котлу с зельем.

От переносной жаровни он отошел, закончив с третьей фазой приготовления Крови Ниалла. Аккуратно прикрыв крышкой уже отливающее багрянцем содержимое котла, Снейп позволил себе устало опереться на стену. Голова гудела, спину простреливало болью от долгого бдения над котлом, а ажурный амулет на руке ощутимо нагрелся, что чувствовалось даже сквозь плотную ткань бинта. Что ж, на ближайшие два часа он свободен…

К его удивлению, в доме никого не было. В углах большой комнаты сгущались лиловые тени, в печке светились алыми огоньками угли, на столе все так же лежали люциусовы полуразворошенные свертки. Тишину, царившую в комнате, нарушали лишь потрескивание углей, еле слышное дребезжание стекла в окнах и звук далекого прибоя. Раздосадованный Снейп уже хотел уйти обратно в подвал, но тут в окне промелькнула тень, и в бывший приют контрабандистов вошел артефактор. В помещении ощутимо посвежело, будто мальчишка принес с собой частицу моря.

— Как вы себя чувствуете, мистер Фрейзер? — спросил Франко.