Лу

Таким меня и нашел господин Джазз, и именно эта встреча, пожалуй, стоит всей моей истории. Он был из «красных», и даже моих вывернутых мозгов хватило на то, чтобы без споров пойти с представителем второго по силе класса на планете.

Он не был со мной нежен. Наверное, понял, что это мне не нужно. Просто привел в отель и всю ночь трахал, не забывая про смазку, но абсолютно не сдерживая движения. Меня столько не трахали даже в борделе. Инопланетников хватало максимум на пару раз, а дальше в ход шли игрушки, моча… Впрочем, не стоит этого перечислять.

У господина Джазза с потенцией проблем не было. Он загонял мне по самые яйца, а когда кончал, принимался дрочить до готовности к следующему разу. Не знаю уж, чего это ему стоило, но у меня под утро физическая боль перекрыла всё остальное, а через задницу, казалось, мог пролететь отряд коптеров, не нарушая строя.

Утром он не дал мне отрубиться, притащив вместо этого полуживого в кафе и поставив учиться за стойку. Молоденький мальчик, не без зависти поглядывая на синяки под моими глазами и украшавшие всю шею засосы, объяснил, как обращаться с бар-машиной. Я, честно сказать, мало что понял. Если не спать вторые сутки, из которых последний десяток часов напролет трахаться, то новую информацию станет воспринимать непросто. Даже стоять при таком раскладе — нешуточное достижение, похлеще, чем пережить порку, но я простоял там до вечера, стараясь по меньшей мере не мешать остальным.

Вечером господин Джазз меня забрал к себе домой, но в этот раз только искупал и дал провалиться в глубокий, без сновидений, сон. На следующий день все повторилось с той разницей, что мы опять всю ночь трахались. Так и спали раз в двое суток.

Как-то утром, прижимая меня к кровати, господин Джазз скомандовал: «Вставай!». А на резонное: «Как я встану, если ты меня держишь?» — прищурился хитро, как он любит, и улыбнулся:«А как тебя не держать, если ты сейчас встанешь?».

После этого я и понял, что смогу жить дальше. С ним.

Но окончательно меня от демонов избавил Марк.

Когда он спросил про работу уборщиком в кафе, я сразу понял, что передо мной инопланетник. Насчет просроченного разрешенного срока пребывания на планете тоже было ясно. Инопланетник без защиты.

Первым желанием, разумеется, было вызвать охотников — пускай отправляют его в «черный» бордель, где таким самое место.

Потом присмотрелся к бледному лицу со сжатыми губами и решил, что будет забавно посмотреть, как его нагнут у нас.

Против всех ожиданий, Марк работал на совесть, не брезгуя ни убирать в туалетах, ни вымывать самые угаженные углы на кухне. Пару раз я подстраивал грязные шутки вроде разлитого по всей стойке приторно-вонючего сиропа, частенько нагружал совершенно левой работой, но не встретил ни малейшего протеста. Нет, в нём сквозило это их «все вокруг мне должны за сам факт того, что я, такой прекрасный, родился» — или«не должны», в зависимости от контекста. Но работал он тем не менее хорошо.

Наверное, поэтому я вмешался, когда наконец представился случай посмотреть, как его нагнут. Надо признать, в зал я его частенько посылал именно с целью спровоцировать подобную ситуацию. Не мог инопланетник с приятной фигурой и личиком не нарваться. У Марка получилось протянуть очень долго. Слишком долго, пожалуй, для того, чтобы я молча смотрел, как он трясется, не поднимая голову на «черного», которому приглянулась его задница. Ясно было, что он снова винит весь окружающий мир в том, что с ним сейчас происходит, но как-то его стало жаль. Старался ведь всё-таки, вел себя прилично, с клиентами пытался поладить.

Наверное, поэтому вечером, обнаружив его на кухне похожим на сомнамбулу, я решил ему немного помочь. Объяснить пару простых истин, которые все здесь с детства знают, вроде того, что каждый сам несет ответственность за свой выбор и его последствия. Забавно, но для инопланетников это всегда новость. Ну, и пару советов дать.

Марк оказался на самом деле неплохим парнем для инопланетника. Без гнили. Идеология с воспитанием у них там, в культурных мирах, конечно, хромали, но в остальном он был приятным собеседником. Кто бы мне тогда, в борделе, сказал, что я с одним из инопланетников общаться начну — рассмеялся бы в лицо. Впрочем, через пару месяцев он уже не фонил своей чужеродностью. Внешне поведение не особо изменилось, но в голове явно произошли сдвиги в правильную сторону. Когда я узнал, что он наконец дозрел своему «светлому» позвонить — аж выдохнул от облегчения. Я, оказывается, за него всё это время беспокоился слегка. Ну, как слегка, прилично так беспокоился. Нет, это все же правильно, что у нас дети с малолетства отдельно от родителей живут, каждый день за них переживать — никаких нервов не хватило бы. Под замок бы посадили, а им ведь расти нужно и своей головой учиться думать.

Хотя бы для того, чтобы не было стыдно за свое сочинение.

А за пианино я снова сел с подачи господина Джазза.