Наша простая странная жизнь

Знаешь же, что мне сказать, а.

— На самом деле, — вернулся я к разговору о чувствах. — Я сам ещё ничего толком не понимаю. Во мне это не оформилось в конкретную форму.

— Да ты просто боишься принять это, вот и всё.

— Вовсе нет! Ну… то есть… немного, может быть.

Ангелина снисходительно взъерошила мои волосы:

— Что бы ты ни решил, я на твоей стороне, — произнесла минуты через две молчания.

Но мне показалось, что она хотела сказать что-то совсем другое.

Пока пытался заснуть, в голове надоедливым писклявым голоском крутилась строчка из известной песни: «А что скажет мама, а что скажет папа, когда будем вместе гулять?». С трудом заставив себя «выключить» идиотскую мелодию в голове я всё же кое-как заснул.

Телефон зазвонил, как мне показалось, ровно через пять минут после того, как я закрыл глаза. Но будильник показывал половину девятого утра, а у меня складывалось стойкое ощущение, что я не ложился вообще.

— Да?

— Подъём в танковых войсках, Крайнов!

Я поморщился от бессовестно бодрого голоса своего начальника, который отдавался в голове подобно звону огромного колокола.

— Чего тебе надобно, старче? Что ты честным людям в их единственный выходной спать не даёшь?

— Хватит дрыхнуть, ну. Я имею право, ты вчера сам предложил мне свои услуги.

— Какие такие услуги? — попытался вспомнить я, не открывая глаз.

— Вот так вот… все вы, мужчины, одинаковые, — шутливо надулся на том конце провода Роман. — Сначала: «Давай завтра ещё погуляем», а потом делаете вид, что не было такого!

— Ты охренел? — спросил я напрямую. — Что за утренники такие взбрели тебе в голову, скажи?! Погулять можно и в обед!

— Я хочу завтрак в Макдоналдсе, — обезоруживающе честно признался Рома, явно сдерживая смех. — Тысячу лет их не ел, знаешь? Да и к тому же — чем больше спишь, тем больше хочется. Так что давай, через час я жду тебя в Маке. И не смей мне сопротивляться — уволю!

Последние слова вызывали у меня желание свернуть этому наглому шантажисту шею, но я лишь сбросил звонок и, страдальчески застонав, сполз с кровати.

Квартира была тихой и пустой. Непривычное ощущение. Обычно в комнате сестры играет j-рок какой-нибудь, который я категорически отказываюсь понимать. Впрочем, остальные японские и даже корейские песни, которые сестрёнка качает гигабайтами, для меня более или менее удобоваримы, есть даже парочка любимых, которыми я проникся, слушая их через стену во время приготовления обеда. Линка никогда не утруждала себя заботой о соседях и музыка у неё могла грохотать как с утра пораньше, так и днём и глубокой ночью, что зависело сугубо от её настроения.

Сейчас же было тихо-тихо. С улицы доносился приглушённый и ворчливый рокот автомобилей. Об оконные стёкла бились колючие снежинки, а тусклый серый свет от пасмурного утра растекался по квартире, как пролитое молоко.

Январь заканчивался удивительно снежной погодой, хотя ещё в Новогодние дни тротуары пестрели островками сухого асфальта. Но вот как только праздники отгремели, снег повалил на город так, словно его весь декабрь что-то сдерживало там, на небе.

На кухонном столе стояла вазочка со свежеиспечёнными булочками с глазурью. Лина вообще очень любила печь, потому могла это делать так же, как и слушать музыку — в любое время дня и ночи. Вот и сегодня, видимо, встала рано и решила нас побаловать.

Рядом с вазочкой лежала записка: «Ушла на сходку. Буду поздно, так что не жди. И не страдай, Ромео. Целуюлюблю ♥. Я».

Улыбнувшись, я включил чайник и достал баночку растворимого кофе. Варить, как сестра, не умел. К хорошему привыкаешь слишком быстро. Портить священный напиток своим неумением я тоже не хотел, потому за неимением прекрасного, пил то, что было.

Потягивая кофе и задумчиво жуя булочку, я долго стоял у окна и думал, как же вести себя с Ромой сегодня? Ничего путного не надумалось, потому я привычно решил, что буду действовать по обстоятельствам. И вообще, кажется, я слишком сильно забил себе голову этими мыслями!

— Я же ясно сказал. Мне всё равно как… главное, что бы сделали в сроки. Да называй как хочешь, честное слово… Да. Хорошо… До свидания, Марина Владимировна!

— Что, даже по воскресеньям от нашей дамы никуда не деться? — с усмешкой спросил я, садясь за столик напротив Ромы.

Тот недовольно поморщился, взглядом давая мне понять, что он обо всём этом думает и жадно цапнул от двойного Фреш МакМаффина нехилый кусок.

— Будешь что-нибудь заказывать? — поинтересовался у меня, когда еда поддалась разжёвыванию.

— Нет, спасибо, я дома позавтракал. Лина испекла свои фирменные булочки, — похвастался я, прекрасно зная, как мой друг их любит.

— Вот ты задница, Виталий Олегович. Заставляешь начальство есть всякий отвратительный фастфуд, а сам лакомишься исключительно домашней выпечкой!