Помощь

Голова кружилась, на мгновение он перестал понимать, кто он, и что здесь забыл. Выбравшись из тёплой постели, пошатываясь, побрёл в ванную. Постоял несколько секунд, чтобы головокружение унялось. В треснувшем с угла зеркале он не мог узнать себя. Водя пальцами по носу, линии губ, скулам, бровям и уродливым шрамам, он старался понять, отчего лицо казалось таким непривычным и…

«… чужим».

Тихий баритон был настолько реален, что он обернулся, пытаясь найти его источник, но ничего и никого не обнаружил.

Он взглянул на своё тело в отражении. Гипнотические татуировки, меняющие форму, переливающиеся при каждом движении, покрывали его руки и спину. Голубые узоры плясали перед глазами, и он заворожено смотрел на них, ожидая, что найдёт ответ в этом странном танце. Ведь ради этого он и проснулся?

— Данила…

Память услужливо подбросила ему новое воспоминание.

— Данила, — повторил он имя, которое стояло в его документах, в паспорте, валявшемся в ящике стола.

Он встряхнул головой и сжал виски пальцами. Боль вгрызалась сквозь них так, будто кто-то решил протянуть сквозь его мозг огненную нить.

«Нить, за которую дёргает кукловод».

Пытаясь нашарить в темноте мигрени что-то, за что он мог ухватиться, Данила глотал ртом воздух и старался выплыть из трясины головокружения.

Шмыг — бес-перебежчик и его напарник в борьбе с…

«… людьми».

… демонами. Из-за этих тварей погибли…

«… Кто?»

… его жена и дети.

— Чего тебе? — голос напоминал глухой рык.

— Ты там уже час торчишь. Не, я, конечно, понимаю, чем одинокий мужчина может заниматься в ванной так долго, но у нас тут срочное дело… Срочное и неотложное.

— Сейчас выйду.

— Ага, как скажешь. Так вот…

Данила не вслушивался в слова беса, растирая покрытые яркими татуировками предплечья и пальцы. Ему казалось, будто это не краска, а…

«… кровь?»

… сама кожа лучится голубым оттенком.

— Ты куда меня привёл, адово отродье? — спросил Данила, когда Шмыг стянул повязку с его глаз.

— Спокойствие, только спокойствие, — бес уселся ему на плечо. — Помни, о чём мы договаривались.

— Мы не договаривались о том, что ты притащишь меня в город, кишащий демонами! — Данила сжал ладони в кулаки.

— Да не будь ты безрассудным фанатиком. Мир не делится на чёрное и белое. Тем более, тут живут твои возможные союзники.

— Союзники? Как эти твари могут быть моими союзниками?! — Данила пнул подвернувшуюся под ногу консервную банку.

Всевозможные рогатые и крылатые уроды взирали на него будто на диковинку. Кто бы мог подумать, что под Москвой находится целый рассадник адский тварей. И именно сюда притащил его Шмыг в поисках помощи?

— Как там люди говорят? «Враг моего врага — мой друг». Цафуран — последнее прибежище для изгоев всей Преисподней. Солдаты, отказавшиеся исполнять приказ, вольнодумцы, решившие бросить вызов устоявшимся правилам, торговцы, набравшие кредитов по «самое не балуй». Да и просто беженцы…

— Подожди-ка, беженцы? У вас там что, война?

— Кхм, это длинная история… Потом как-нибудь расскажу, — отмахнулся Шмыг. — О, смотри-ка, нас встречает сам Верокх, глава Цафурана. Он-то мне и нужен. Так, Данила, запомни: ты многозначительно молчишь и поводишь плечами, а я узнаю всё, что нам нужно.

— Угу, — кивнул Данила, рассматривая процессию, которая продвигалась по узкой улочке в их сторону.

Несколько вооружённых до зубов телохранителей и жаба-переросток — тот самый глава Цафурана. Бородавки Верокха напоминали Даниле гнойники, которые готовы были вот-вот лопнуть и забрызгать вонючей жидкостью всё вокруг.

— Как ты посмел привести сюда чужака? — голос Верокха походил на бульканье.

— Мне позарез нужна твоя помощь, о мудрейший! — протянул Шмыг. — Я ищу мастера, набившего татуировки на руках моего спутника. Прошу, изучи их и скажи, что думаешь!

— Хм… — Верокх взглянул в его сторону, прищурив омерзительные глаза без зрачков. — Допустим, я знаю, кто мог нарисовать эти узоры. Это очень ценная информация. Что я получу взамен?

Данила резко выдохнул: хорошо, что эта «жаба» не стала к нему прикасаться, иначе бы он не сдержался и врезал Верокху промеж глаз. Впрочем, сейчас, когда с татуировками происходило чёрт знает что, он в любой момент мог оказаться беспомощнее младенца.

— Взамен, почтенный, я и мой спутник покинем Цафуран, — Шмыг сдул несуществующую пылинку с когтей. — Позволь договорить, любезнейший Верокх, мы уйдём отсюда как можно скорее, пока Небезиль не пришёл за нами следом.

— Вы ведёте за собой эту тварь?! — казалось, что от возмущения Верокх раздулся в два раза.

— Не суть, мудрейший. Важно то, что Небезиль может нагрянуть сюда в любую минуту. Ты же желаешь сохранить Цафуран в целости?