Фандом: Мстители. Метки, которые однажды появлялись практически у каждого, были не слишком заметны — угольно-чёрный рисунок на внутренней стороне запястья, напоминающий отпечаток пальца и почти столь же уникальный. «Почти» — потому что каждому на земле была предназначена пара. Люди с совпадающими метками находили друг друга, плотно прижимали одно обнажённое запястье к другому, меткой к метке, и рисунок исчезал.
Добавить в моё избранное
23 мин, 39 сек 14437
Видимо, раньше метки были у всех. А потом всё изменилось.
Человечество лишилось их, как лишаются рецессивного гена, или же, по версии Тора, в тот момент, когда в метки перестали верить, они поблекли и просто исчезли подобно семи чудесам света.
Тони фыркнул.
— Это нелепая и ненаучная теория. Александрийская библиотека исчезла не потому, что люди перестали верить в книги.
— Это аллегория, — нахмурился Тор.
Впрочем, Стив считал, что раз когда-то метки были у всех, они вряд ли были рецессивным геном. В конце концов, в старших классах преподавали законы Менделя — даже в 1930-х в Бруклине. В новостях говорили то же самое; круглосуточные каналы вновь и вновь ссылались на антропологию и мнение экспертов в области медицины, освещая странный феномен без перерыва на рекламу.
— Наверное, это как недоразвитые хвосты, — Тор потёр подбородок. — У людей ведь и их больше нет.
Стив вздохнул. Он считал, могло быть хуже. Тони поймал его взгляд и рассмеялся, и Стив понял, что он подумал о том же.
— Представь себе счета за их удаление, — сказал Старк, и Стив выдавил улыбку в ответ.
Метки, которые однажды появлялись практически у каждого, были не слишком заметны — угольно-чёрный рисунок на внутренней стороне запястья, напоминающий отпечаток пальца и почти столь же уникальный. «Почти» — потому что каждому на земле была предназначена пара. Люди с совпадающими метками находили друг друга, плотно прижимали одно обнажённое запястье к другому, меткой к метке, и рисунок исчезал, а за исчезновением, по их словам, следовал небывалый наплыв эмоций. Любовь. Совпадение означало, что ты нашёл свою родственную душу.
— Чушь, — пробормотал Тони. — Грёбаный магический бред.
— Вообще-то это очень древняя магия, — заметил Тор с намёком. — Не стоит сбрасывать её со счетов как какой-то «бред».
Его выступление подпортил внешний вид: голос Тора звучал торжественно, а рот и борода были покрыты сахарной пудрой от пончика.
— Это как обручальные кольца наоборот, — сказал Клинт. — Если у человека нет метки, значит, он занят.
— Или, может, её замазали косметикой, чтобы почувствовать, как мурашки бегут по коже. Или нарисовали Шарпи-маркером ради интрижки, — предположил Тони.
Вот только нарисовать метку было бы крайне трудно, хотя современный тату-мастер, пожалуй, мог бы создать приличную копию, попадись ему настойчивый клиент. Когда человек терял предназначенную ему любовь при несчастных обстоятельствах, метка появлялась снова — но только если он действительно готов был двигаться дальше. Да и люди без метки, похоже, уже не хотели изменять: влюблённые и те, кто был счастлив в отношениях, чувствовали, как крепнет их связь с исчезновением метки. Менее счастливые пары неизменно становились счастливее, а когда метка показывала, что рядом с ними — их родственная душа, предпочитали пойти к психотерапевту (порой всё дело было в том, что оба сомневались, любит ли их другой человек). Что касается пар, не предназначенных друг другу… что ж, тут могли возникнуть проблемы.
— Ничего страшного, Тони, — сказала Пеппер, когда они соединили запястья, а их метки остались абсолютно чёрными. — Ну, то есть, похоже, мы больше не вместе.
— Но, Пепп, — Тони нахмурился.
— В любом случае, ты считаешь, что всё это бред, — она легонько толкнула его локтём и закатила глаза. — Родственные души.
— Это и есть бред, абсолютный бред, — настаивал Тони. — В самом деле, биологическая предопределённость? Да ладно. И… мы прекрасно провели вместе несколько лет.
— Верно, — она кивнула в ответ и сжала его плечи, пока их взгляды не встретились. — Это не значит, что наши отношения были пустой тратой времени.
— Я знаю, — сказал Тони. — Конечно, не были.
— Ты не пытался проделать это с ДЖАРВИС-ом? — глаза Пеппер сверкнули. — Ты можешь сделать ДЖАРВИС-у запястье?
— Ой, заткнись, — ответил Тони, прижав палец к её губам. — Не будь смешной.
Это же смешно, правда?
---
После долгих выходных Клинт вернулся без метки. Наташа открыла бутылку водки, чтобы отпраздновать это событие вместе с ним, но она была единственной, кто знал о случившемся. Клинт стал носить напульсник Adidas или браслет Fitbit, если не был в костюме Соколиного Глаза, и никогда не выдавал себя.
У Тора не было метки, потому что он был богом, а не человеком. У Джейн Фостер не было метки, и она не имела ничего против, потому что была учёным.
— Тор мне дорог, — сказала она Дарси. — И неважно, родственная душа он мне или нет.
Дарси кивнула:
— У него отличная задница. Меня бы тоже было плевать.
Пара Марии Хилл работала в Щ. И.Т. — какой-то компьютерщик. Фьюри согласовал их графики работы, и Мария оценила это куда больше, чем смогла выразить, так что она просто порывисто обняла его и тем самым явно поставила в неловкое положение.
Человечество лишилось их, как лишаются рецессивного гена, или же, по версии Тора, в тот момент, когда в метки перестали верить, они поблекли и просто исчезли подобно семи чудесам света.
Тони фыркнул.
— Это нелепая и ненаучная теория. Александрийская библиотека исчезла не потому, что люди перестали верить в книги.
— Это аллегория, — нахмурился Тор.
Впрочем, Стив считал, что раз когда-то метки были у всех, они вряд ли были рецессивным геном. В конце концов, в старших классах преподавали законы Менделя — даже в 1930-х в Бруклине. В новостях говорили то же самое; круглосуточные каналы вновь и вновь ссылались на антропологию и мнение экспертов в области медицины, освещая странный феномен без перерыва на рекламу.
— Наверное, это как недоразвитые хвосты, — Тор потёр подбородок. — У людей ведь и их больше нет.
Стив вздохнул. Он считал, могло быть хуже. Тони поймал его взгляд и рассмеялся, и Стив понял, что он подумал о том же.
— Представь себе счета за их удаление, — сказал Старк, и Стив выдавил улыбку в ответ.
Метки, которые однажды появлялись практически у каждого, были не слишком заметны — угольно-чёрный рисунок на внутренней стороне запястья, напоминающий отпечаток пальца и почти столь же уникальный. «Почти» — потому что каждому на земле была предназначена пара. Люди с совпадающими метками находили друг друга, плотно прижимали одно обнажённое запястье к другому, меткой к метке, и рисунок исчезал, а за исчезновением, по их словам, следовал небывалый наплыв эмоций. Любовь. Совпадение означало, что ты нашёл свою родственную душу.
— Чушь, — пробормотал Тони. — Грёбаный магический бред.
— Вообще-то это очень древняя магия, — заметил Тор с намёком. — Не стоит сбрасывать её со счетов как какой-то «бред».
Его выступление подпортил внешний вид: голос Тора звучал торжественно, а рот и борода были покрыты сахарной пудрой от пончика.
— Это как обручальные кольца наоборот, — сказал Клинт. — Если у человека нет метки, значит, он занят.
— Или, может, её замазали косметикой, чтобы почувствовать, как мурашки бегут по коже. Или нарисовали Шарпи-маркером ради интрижки, — предположил Тони.
Вот только нарисовать метку было бы крайне трудно, хотя современный тату-мастер, пожалуй, мог бы создать приличную копию, попадись ему настойчивый клиент. Когда человек терял предназначенную ему любовь при несчастных обстоятельствах, метка появлялась снова — но только если он действительно готов был двигаться дальше. Да и люди без метки, похоже, уже не хотели изменять: влюблённые и те, кто был счастлив в отношениях, чувствовали, как крепнет их связь с исчезновением метки. Менее счастливые пары неизменно становились счастливее, а когда метка показывала, что рядом с ними — их родственная душа, предпочитали пойти к психотерапевту (порой всё дело было в том, что оба сомневались, любит ли их другой человек). Что касается пар, не предназначенных друг другу… что ж, тут могли возникнуть проблемы.
— Ничего страшного, Тони, — сказала Пеппер, когда они соединили запястья, а их метки остались абсолютно чёрными. — Ну, то есть, похоже, мы больше не вместе.
— Но, Пепп, — Тони нахмурился.
— В любом случае, ты считаешь, что всё это бред, — она легонько толкнула его локтём и закатила глаза. — Родственные души.
— Это и есть бред, абсолютный бред, — настаивал Тони. — В самом деле, биологическая предопределённость? Да ладно. И… мы прекрасно провели вместе несколько лет.
— Верно, — она кивнула в ответ и сжала его плечи, пока их взгляды не встретились. — Это не значит, что наши отношения были пустой тратой времени.
— Я знаю, — сказал Тони. — Конечно, не были.
— Ты не пытался проделать это с ДЖАРВИС-ом? — глаза Пеппер сверкнули. — Ты можешь сделать ДЖАРВИС-у запястье?
— Ой, заткнись, — ответил Тони, прижав палец к её губам. — Не будь смешной.
Это же смешно, правда?
---
После долгих выходных Клинт вернулся без метки. Наташа открыла бутылку водки, чтобы отпраздновать это событие вместе с ним, но она была единственной, кто знал о случившемся. Клинт стал носить напульсник Adidas или браслет Fitbit, если не был в костюме Соколиного Глаза, и никогда не выдавал себя.
У Тора не было метки, потому что он был богом, а не человеком. У Джейн Фостер не было метки, и она не имела ничего против, потому что была учёным.
— Тор мне дорог, — сказала она Дарси. — И неважно, родственная душа он мне или нет.
Дарси кивнула:
— У него отличная задница. Меня бы тоже было плевать.
Пара Марии Хилл работала в Щ. И.Т. — какой-то компьютерщик. Фьюри согласовал их графики работы, и Мария оценила это куда больше, чем смогла выразить, так что она просто порывисто обняла его и тем самым явно поставила в неловкое положение.
Страница 1 из 7
