Ей просто хотелось отомстить, но кто знал что все сложится именно так? Знал Слендер, ибо у него оказалась книга будущего…
Добавить в моё избранное
298 мин, 7 сек 2695
— Хэй, ты чего, мне не доверяешь? — я сделала вид, что обиделась. (Автор: «Всьо-о, я обидэлась!» Не хочу никого обидеть, но избранные поймут. 2 комната, всем приветик!)
— Доверяю.
— Так чего? Давай, признавайся, кто это?
— Худи, — спокойно ответила Энн, на что Джоули покраснела до кончиков ушей.
— Ты только не говори ему! — выпалила она и как-то не уверенно добавила — Я сама все скажу.
— Обещаю.
End POV Гвен
Когда Клоки и Джилл очнулись, они висели на крепкой ветке дуба, при чем, на самой верхушке. Клоунесса уже хотела достать бензопилу, но Натали ее во время остановила. Увы, они все еще психи, хоть и живут дружной семьей. Девушки слезли и пошли искать выход из этого не знакомого им леса. (Автор: что я пишу одно и то же)))
POV Клокворк
Внезапно я почувствовала резкий, но довольно знакомый запах. Буд-то что-то гниет. Джилл, которая шла передо мной, остановилась.
— Ты тоже чувствуешь этот запах? — спросила она — Знакомый, не так ли?
Она прямо мои мысли читает!
— Ага.
Хлюп
Джилл на голову упал кусок мяса.
— Фак! — заорала она и сбросила его на землю. Признаю, что ошиблась. Это желудок. Человеческий — Кто там подохнуть на древе решил? Убью нахрен!
— Эм… Джилл, он итак мертв, — я задрала голову и увидела восемь гниющий трупов детей. У всех торчали птичьи перышки из грудной клетки, а вокруг, на одежде появилось багровое пятно. Одежда была порвана, глаза и вообще все тело было поклевано воронами. Впрочем, они и сейчас сидят и клюют трупы. Благодаря одной такой черной птичке, на мою подругу упал желудок. А те перышки… Они не обычные. Из металла наверное.
Стоило мне подумать об этом, как прямо перед носом пролетело такое же.
— Бачу, в нашому лИси появылысь шлюхи, трэбы вид них избавиться!(Вижу, в нашем лесу появились шлюхи, надо от них избавиться!) — мы посмотрели в сторону, где стоял тот, точнее та, что сказала это. Я ели поняла, о чем речь. Хотя, речью это не назовешь.
В паре метров от нас стояли две… Эм… Как бы их назвать? Девушки-мутантки? Девушки-птицы? Девушки-воробьихи? Мне аж смешно стало от их внешнего вида! Чего, с лаборатории сбежали? Тело, как у девушек, только покрыто перьями. Руки, ноги имеются, лицо с клювом, глаза черные. Из спины растут такого же, коричневого, оперения крылья. На них, как и на хвосте есть несколько перышек, точно таких же, как торчали из грудных клеток, тех детей и как то, что мимо меня пролетело.
— Какие мы тебе шлюхи, уродина?! — крикнула черноволосая.
— Что ты сказала, коза, а ну как повтори! — завизжала та, что была повыше.
— Что слышала! — о да, началось… Тут Джилл уже ник-то не остановит, она добьет пташку и украсит ее кишками Новогоднюю Елку(Автор: кстати, в средневековье н. елки украшали именно так. Какая прелесть!) Они сцепили и начали драться. Только это была не типичная драка при соре каких-то левых блондинок. Нет они не царапали друг друга гламурными ноготками со всякими миниатюрными рисунками и не выдирали волосы. Тут была эпичная драка клоунессы с бензопилой и мутирующей воробьихи с когтями, как у нашего любимого черно-белого пьяницы Кагекао.
— Вы вообще кто? — спросила я оставшейся воробьихи. Она была очень худой и ниже на голову стервозной пташки. Еще ее оперение было не совсем нормальным, чисто серого цвета. А глаза ее были не черными, а ярко-зелеными, как у Салли — И зачем вам нас убивать?
— П-просто эт-это на-наш лес и… и… Кис не лю-любит, когда тут по-по-появляются другие де-девушки, — хоть она и заикается, но хотя бы говорит чисто на русском — А мы… мы… На нас о-опыты ста-ставили и те-те-теперь м-мы такие.
— Та стерва и есть Кис? — спросила я.
— Д-да.
— Я Клокворк, а тебя как зовут? — Боже, зачем, я это спрашиваю?
— Ха-ха-ха… Ха… Харука.
— Милое имечко. Можно подойти к тебе? — если сейчас не спрошу, она разрыв сердца получит и что тогда? Не, я хочу сама эту скромняшку убить.
— Да, — Харука опустила голову.
Медленными шагами, подходя к ней, спросила:
— Ты была бы рада, больше не видеть, не слышать Кис?
— Д-да, о-она ме-меня уни… унижа… унижает… И за-заставляет вы-выполнять всю грязную ра-работу за-за нее.
— Ясно, — я уже подошла к Харуке и приобняла за плечи — я избавлю тебя от страданий.
В тот же миг в спину полу-птицы вонзился мой нож. Я начала водить им вверх-вниз, а потом вытащила хребет. Хару уже давно умерла и лежала на земле. Я обмотала хребет вокруг ее шеи и сказала:
— Как жаль, но твое время вышло. Вот тебе милый шарфик на последок, — какая милая картина!
Джилл тем временем все еще воевала со стервочкой. Наблюдая, за их поединком, я поняла что их силы не равны. Пташка однозначно сильнее.
— Джилл, я помогу!
— Нет! — крикнула подруга.
— Доверяю.
— Так чего? Давай, признавайся, кто это?
— Худи, — спокойно ответила Энн, на что Джоули покраснела до кончиков ушей.
— Ты только не говори ему! — выпалила она и как-то не уверенно добавила — Я сама все скажу.
— Обещаю.
End POV Гвен
Когда Клоки и Джилл очнулись, они висели на крепкой ветке дуба, при чем, на самой верхушке. Клоунесса уже хотела достать бензопилу, но Натали ее во время остановила. Увы, они все еще психи, хоть и живут дружной семьей. Девушки слезли и пошли искать выход из этого не знакомого им леса. (Автор: что я пишу одно и то же)))
POV Клокворк
Внезапно я почувствовала резкий, но довольно знакомый запах. Буд-то что-то гниет. Джилл, которая шла передо мной, остановилась.
— Ты тоже чувствуешь этот запах? — спросила она — Знакомый, не так ли?
Она прямо мои мысли читает!
— Ага.
Хлюп
Джилл на голову упал кусок мяса.
— Фак! — заорала она и сбросила его на землю. Признаю, что ошиблась. Это желудок. Человеческий — Кто там подохнуть на древе решил? Убью нахрен!
— Эм… Джилл, он итак мертв, — я задрала голову и увидела восемь гниющий трупов детей. У всех торчали птичьи перышки из грудной клетки, а вокруг, на одежде появилось багровое пятно. Одежда была порвана, глаза и вообще все тело было поклевано воронами. Впрочем, они и сейчас сидят и клюют трупы. Благодаря одной такой черной птичке, на мою подругу упал желудок. А те перышки… Они не обычные. Из металла наверное.
Стоило мне подумать об этом, как прямо перед носом пролетело такое же.
— Бачу, в нашому лИси появылысь шлюхи, трэбы вид них избавиться!(Вижу, в нашем лесу появились шлюхи, надо от них избавиться!) — мы посмотрели в сторону, где стоял тот, точнее та, что сказала это. Я ели поняла, о чем речь. Хотя, речью это не назовешь.
В паре метров от нас стояли две… Эм… Как бы их назвать? Девушки-мутантки? Девушки-птицы? Девушки-воробьихи? Мне аж смешно стало от их внешнего вида! Чего, с лаборатории сбежали? Тело, как у девушек, только покрыто перьями. Руки, ноги имеются, лицо с клювом, глаза черные. Из спины растут такого же, коричневого, оперения крылья. На них, как и на хвосте есть несколько перышек, точно таких же, как торчали из грудных клеток, тех детей и как то, что мимо меня пролетело.
— Какие мы тебе шлюхи, уродина?! — крикнула черноволосая.
— Что ты сказала, коза, а ну как повтори! — завизжала та, что была повыше.
— Что слышала! — о да, началось… Тут Джилл уже ник-то не остановит, она добьет пташку и украсит ее кишками Новогоднюю Елку(Автор: кстати, в средневековье н. елки украшали именно так. Какая прелесть!) Они сцепили и начали драться. Только это была не типичная драка при соре каких-то левых блондинок. Нет они не царапали друг друга гламурными ноготками со всякими миниатюрными рисунками и не выдирали волосы. Тут была эпичная драка клоунессы с бензопилой и мутирующей воробьихи с когтями, как у нашего любимого черно-белого пьяницы Кагекао.
— Вы вообще кто? — спросила я оставшейся воробьихи. Она была очень худой и ниже на голову стервозной пташки. Еще ее оперение было не совсем нормальным, чисто серого цвета. А глаза ее были не черными, а ярко-зелеными, как у Салли — И зачем вам нас убивать?
— П-просто эт-это на-наш лес и… и… Кис не лю-любит, когда тут по-по-появляются другие де-девушки, — хоть она и заикается, но хотя бы говорит чисто на русском — А мы… мы… На нас о-опыты ста-ставили и те-те-теперь м-мы такие.
— Та стерва и есть Кис? — спросила я.
— Д-да.
— Я Клокворк, а тебя как зовут? — Боже, зачем, я это спрашиваю?
— Ха-ха-ха… Ха… Харука.
— Милое имечко. Можно подойти к тебе? — если сейчас не спрошу, она разрыв сердца получит и что тогда? Не, я хочу сама эту скромняшку убить.
— Да, — Харука опустила голову.
Медленными шагами, подходя к ней, спросила:
— Ты была бы рада, больше не видеть, не слышать Кис?
— Д-да, о-она ме-меня уни… унижа… унижает… И за-заставляет вы-выполнять всю грязную ра-работу за-за нее.
— Ясно, — я уже подошла к Харуке и приобняла за плечи — я избавлю тебя от страданий.
В тот же миг в спину полу-птицы вонзился мой нож. Я начала водить им вверх-вниз, а потом вытащила хребет. Хару уже давно умерла и лежала на земле. Я обмотала хребет вокруг ее шеи и сказала:
— Как жаль, но твое время вышло. Вот тебе милый шарфик на последок, — какая милая картина!
Джилл тем временем все еще воевала со стервочкой. Наблюдая, за их поединком, я поняла что их силы не равны. Пташка однозначно сильнее.
— Джилл, я помогу!
— Нет! — крикнула подруга.
Страница 67 из 82
