Жилищный вопрос

— Ну что? — поинтересовался Родольфус Лестрейндж, оглядывая собравшихся. — Начнем?

— Монетку бросим? — деловито предложил Гойл.

— Только, чур, без палочек! — поддержал приятеля Крэбб. — А то есть у нас тут мастера по левирату.

— По чему? — сузил глаза Рабастан.

— По левитации, — со смехом расшифровал слова Крэбба Мальсибер.

— А я чо сказал? — изумился Крэбб.

— Левират, — невозмутимо просветил его Родольфус, — это обычай, по которому вдова имеет право выходить снова замуж только за близкого родственника своего умершего мужа. То есть, если бы у нас был левират, и я умер бы, то Белла могла бы выйти замуж только за Рабастана, — совсем упростил он.

— Я тебе «умру»! — тут же сквозь смех пригрозил Рабастан.

— Но у нас левирата нет, — успокоил его Родольфус. — Хотя, как по мне, это было бы забавно…

— Не отвлекаемся! — нервно оборвал его Малфой. — Давайте решать уже.

— Идея с монеткой не очень удачная, — кивнул Родольфус. — У монеты есть только аверс и реверс… Ну и еще ребро, хотя я бы его не рассматривал. А нас куда больше.

— Давайте кости бросать! — тут же предложил Роули. — Кто больше выбросит — тот и гостеприимный хозяин, — он достал из кармана мантии бархатный мешочек и гордо водрузил его на стол. — Вот они, родимые.

— Это не те, которые твои предки из убитых врагов делали? — полюбопытствовал непривычно вменяемый Трэверс.

— Ага, — кивнул Роули. — Часть костей на гадальные пустили, часть на игральные. У нас ничего зря не пропадало, все в дело шло.

— Тогда их бросать не стоит, — усмехнулся Трэверс.

— Это еще почему? — оскорбился Роули.

— Необъективно, — коротко ответил вместо Трэверса старший Лестрейндж.

— Существует высокий риск постоянного выпадения минимального набора очков для мистера Роули как законного владельца, — проинформировал собравшихся Руквуд.

— Спасибо, Августус, — кивнул ему Родольфус. — Итак, есть предложение бросить монетку, есть предложение бросить кости — но не фамильный набор Роули, а самые обычные, купленные в Косом переулке. Что-то еще?

— Кости Роули — это, конечно, хорошо, — недовольно поморщился Малфой, — но что-то мне подсказывает, что Роули на них будет стабильно выбрасывать две шестёрки… или две единицы — как договоримся. Нет уж. Давайте вообще без костей.

— В карты можно сыграть, — высказался Трэверс.

— На Лорда, — заржал Роули. — Победитель получает Круцио!

— Так проиграют все, — удивился Крэбб. — На какого драккла нам Круцио?

— Все не проиграют, — ответил приятелю Гойл. — Кто-то да выиграет.

— Хорошо. Давайте карты возьмём, — предложил Малфой, доставая новую, запечатанную ещё колоду. — Кто вытянет самую старшую — тому и принимать Лорда.

— А чего это только мы будем тянуть? — вдруг возмутился Крэбб. — А где Снейп, Долохов, Макнейр? Пусть они тоже участвуют!

— Рехнулся? — очень удивился Гойл. — Ты у Макнейра был когда-нибудь? Дом в одну комнату на фамильном болоте. Лорд за такое жилье и его сразу заавадит, и нам не поздоровится!

— А Снейп вообще живет среди магглов, — вздохнул старший Лестрейндж. — Так что здесь собрались только те, кто может принять у себя Милорда — ну и остальных наших товарищей, которые по разным причинам своего жилья не имеет, вроде Долохова. Играем, господа Пожиратели!

— В карты на проигрыш? — очень удивился Мальсибер. — А давайте! В смысле, да, — засмеявшись, тут же поправился тот. — Давайте сыграем — а на кон выставим честь принимать у себя самого Лорда. Бессрочно. Во что будем играть?

— Покер? — предложил Рабастан.

— Да вы вечно в покер выигрываете, — фыркнул Роули. — Лучше в преферанс.

— Ты еще трик-трак предложи, — проворчал Трэверс. — Покер так покер.

— Покер-покер! — поддержал Трэверса Малфой.

Родольфус только вздохнул. По известной поговорке, в картах ему должно было везти — и, как правило, так и было. Однако выигрывать в данный момент ему хотелось всего лишь немногим больше, нежели, например, вернуться в спешно покинутый Азкабан — но и отказываться уже было и бессмысленно, и неловко.

— Так, — деловито проговорил Малфой. — Надо определиться с участниками. Сколько нас получается? Я, — начал считать он, — Руди, Басти…

— Почему это мы вдвоём? — возмутился сразу же Рабастан. — Один дом — один человек, а нас двое! Нечестно! Так шанс на выигрыш возрастёт вдвое — и…

— … мы не можем вести себя так бесчестно по отношению к нашим товарищам, — посмеиваясь, закончил за брата Родольфус. — Так что от нас будет кто-то один играть — мы сейчас решим, кто.

— Ладно, — очень неохотно согласился Малфой. — Тогда просто «Лестрейнджи», — продолжил он счёт. — Крэбб, Гойл, Мальсибер, Эйвери… хотя Эйвери нет, — одёрнул он сам себя.

— Ну а что, — глубокомысленно проговорил Мальсибер.