Фандом: Гарри Поттер. Почему УПСы такие злые были? А это их жилищный вопрос испортил. Не верите?
Добавить в моё избранное
6 мин, 16 сек 11888
— Было бы даже забавно посмотреть на встречу Милорда с Эйвери-старшим. Тоже ведь были… соратники.
— Боюсь, ничего не выйдет, — вздохнул Родольфус, а Рабастан похлопал по плечу побледневшего Эйвери. — Наш Лорд вовсе не идиот… и, в итоге, придётся играть ещё раз. Нет уж — давайте реальных претендентов.
— Ну, собственно, — Люциус Малфой оглядел собравшихся, — как раз пятеро. Я, Крэбб, Гойл, Мальсибер и Лестрейнджи… опредилились вы, наконец, кто играет? — нетерпеливо спросил он.
— Басти, — решительно ответил Родольфус. — У меня, боюсь, вообще нет шансов, — шепнул он ему, подталкивая брата к столу. — А ты, может, и проиграешь — у тебя это порой замечательно получается!
— Стойте! — возмутился Мальсибер. — А Роули с Трэверсом? Их дома чем его лордству не угодили?
— И Роули с Трэверсом, — согласно кивнул Родольфус. — А канал в другое измерение, который, по твоим словам, иногда открывается в твоем доме, — повернулся он к возмутившемуся было Трэверсу, — в нашей ситуации не минус, а плюс.
— А в покер, вообще, всемером играют? — внезапно спросил Мальсибер.
— Хоть вдесятером, — удивлённо на него глянув, ответил Родольфус. — Ты же, вроде, любишь играть? — не удержался он от вопроса.
— Да мы всегда вчетвером или впятером играли, по-моему, — несколько неуверенно ответил Мальсибер.
— А что, собственно, в правилах может помешать играть всемером? — продолжал недоумевать старший Лестрейндж. — Взять только колоду полную — да и всё.
— Так, вроде никого больше? — спросил Малфой, которому, кажется, не терпелось побыстрее разрешить вопрос. — Давайте начнём тогда. Колоду проверишь? — спросил он, протягивая ту Родольфусу.
— Чур, не пасовать! — предупредил Малфой строго. — А то сейчас все… в общем, не пасуем. Играем все обязательно.
— Ну что ты, — ласково проговорил Родольфус. — Как ты вообще мог такое о нас подумать? Любой же из нас за честь сочтёт принять у себя его лордство.
— Ну, мало ли, — усмехнулся Люциус. — Вдруг кто-нибудь… случайно, например. По привычке. Кто сдаёт?
— Мистер Руквуд! — очень вежливо обратился к бывшему невыразимцу Родольфус. — Вы не побудете сегодня нашим крупье?
— Разумеется, — кивнул тот. Не обращая внимания на лёгкое выражение досады, отразившееся на лице Малфоя, Руквуд подошёл к столу и, распечатав колоду, к вящему удивлению всех присутствующих, перетасовал её вполне профессионально.
Игра неожиданно затянулась. Торговаться закончили, лишь когда карт на руках у импровизированного крупье уже не осталось — и тогда Руквуд опять удивил своих товарищей, с вежливой улыбкой предложив им:
— Вскрывайтесь, господа.
На стол одна за другой легли семь карточных комбинаций… вернее, их отсутствия. Было похоже, что игра эта стала самой неудачной в истории: ни у одного игрока не оказалось на руках даже пары, не говоря уж о более сильных комбинациях.
— Ну что, господа, — чуть дрогнувшим голосом проговорил Малфой. — Значит, решает высшая карта… у кого что? — спросил он, слегка выдвигая вперёд пятёрку.
Высшей картой у Роули оказалась семёрка, у Трэверса — четвёрка, у слегка побледневшего Гойла — девятка, у Крэбба — шестёрка, у Мальсибера вообще двойка… Рабастан же очень виновато взглянул на брата и медленно выдвинул вперёд десятку пик.
— Что ж, поздравляю! — радостно проговорил Малфой. — Господа Лестрейнджи — вы становитесь обладателями нашего главного приза: именно вам будет принадлежать право принять у себя Тёмного Лорда.
— Мой Лорд! — восторженно произнесла Белла, глядя на Повелителя. — Окажите нам великую честь, позвольте принять вас в Лестрейндж-холле! Наш дом — ваш дом, он вполне подойдет в качестве штаба нашей Организации!
Нагини недовольно зашипела.
— Я благодарен вам, Беллатрикс, — осторожно произнес Темный Лорд, — но не могу настолько злоупотреблять вашей добротой. Вы только что вышли из Азкабана, вам надлежит думать о своем здоровье — а не о том, как разместить у себя Организацию! Пусть эта ноша ляжет на плечи тех, кто счастливо избежал тюремного заключения, — он многообещающе усмехнулся, глядя на побледневшего Малфоя. — Люциус, мой скользкий друг. Ты же не откажешь в приюте мне — и своим товарищам?
— Почту за честь, — обреченно улыбнулся Малфой.
— Спасибо, Мерлин, — с чувством сказал Руди, оказавшись вдвоем с братом. — Хотя Люциуса, конечно, жалко…
— Боюсь, ничего не выйдет, — вздохнул Родольфус, а Рабастан похлопал по плечу побледневшего Эйвери. — Наш Лорд вовсе не идиот… и, в итоге, придётся играть ещё раз. Нет уж — давайте реальных претендентов.
— Ну, собственно, — Люциус Малфой оглядел собравшихся, — как раз пятеро. Я, Крэбб, Гойл, Мальсибер и Лестрейнджи… опредилились вы, наконец, кто играет? — нетерпеливо спросил он.
— Басти, — решительно ответил Родольфус. — У меня, боюсь, вообще нет шансов, — шепнул он ему, подталкивая брата к столу. — А ты, может, и проиграешь — у тебя это порой замечательно получается!
— Стойте! — возмутился Мальсибер. — А Роули с Трэверсом? Их дома чем его лордству не угодили?
— И Роули с Трэверсом, — согласно кивнул Родольфус. — А канал в другое измерение, который, по твоим словам, иногда открывается в твоем доме, — повернулся он к возмутившемуся было Трэверсу, — в нашей ситуации не минус, а плюс.
— А в покер, вообще, всемером играют? — внезапно спросил Мальсибер.
— Хоть вдесятером, — удивлённо на него глянув, ответил Родольфус. — Ты же, вроде, любишь играть? — не удержался он от вопроса.
— Да мы всегда вчетвером или впятером играли, по-моему, — несколько неуверенно ответил Мальсибер.
— А что, собственно, в правилах может помешать играть всемером? — продолжал недоумевать старший Лестрейндж. — Взять только колоду полную — да и всё.
— Так, вроде никого больше? — спросил Малфой, которому, кажется, не терпелось побыстрее разрешить вопрос. — Давайте начнём тогда. Колоду проверишь? — спросил он, протягивая ту Родольфусу.
— Чур, не пасовать! — предупредил Малфой строго. — А то сейчас все… в общем, не пасуем. Играем все обязательно.
— Ну что ты, — ласково проговорил Родольфус. — Как ты вообще мог такое о нас подумать? Любой же из нас за честь сочтёт принять у себя его лордство.
— Ну, мало ли, — усмехнулся Люциус. — Вдруг кто-нибудь… случайно, например. По привычке. Кто сдаёт?
— Мистер Руквуд! — очень вежливо обратился к бывшему невыразимцу Родольфус. — Вы не побудете сегодня нашим крупье?
— Разумеется, — кивнул тот. Не обращая внимания на лёгкое выражение досады, отразившееся на лице Малфоя, Руквуд подошёл к столу и, распечатав колоду, к вящему удивлению всех присутствующих, перетасовал её вполне профессионально.
Игра неожиданно затянулась. Торговаться закончили, лишь когда карт на руках у импровизированного крупье уже не осталось — и тогда Руквуд опять удивил своих товарищей, с вежливой улыбкой предложив им:
— Вскрывайтесь, господа.
На стол одна за другой легли семь карточных комбинаций… вернее, их отсутствия. Было похоже, что игра эта стала самой неудачной в истории: ни у одного игрока не оказалось на руках даже пары, не говоря уж о более сильных комбинациях.
— Ну что, господа, — чуть дрогнувшим голосом проговорил Малфой. — Значит, решает высшая карта… у кого что? — спросил он, слегка выдвигая вперёд пятёрку.
Высшей картой у Роули оказалась семёрка, у Трэверса — четвёрка, у слегка побледневшего Гойла — девятка, у Крэбба — шестёрка, у Мальсибера вообще двойка… Рабастан же очень виновато взглянул на брата и медленно выдвинул вперёд десятку пик.
— Что ж, поздравляю! — радостно проговорил Малфой. — Господа Лестрейнджи — вы становитесь обладателями нашего главного приза: именно вам будет принадлежать право принять у себя Тёмного Лорда.
— Мой Лорд! — восторженно произнесла Белла, глядя на Повелителя. — Окажите нам великую честь, позвольте принять вас в Лестрейндж-холле! Наш дом — ваш дом, он вполне подойдет в качестве штаба нашей Организации!
Нагини недовольно зашипела.
— Я благодарен вам, Беллатрикс, — осторожно произнес Темный Лорд, — но не могу настолько злоупотреблять вашей добротой. Вы только что вышли из Азкабана, вам надлежит думать о своем здоровье — а не о том, как разместить у себя Организацию! Пусть эта ноша ляжет на плечи тех, кто счастливо избежал тюремного заключения, — он многообещающе усмехнулся, глядя на побледневшего Малфоя. — Люциус, мой скользкий друг. Ты же не откажешь в приюте мне — и своим товарищам?
— Почту за честь, — обреченно улыбнулся Малфой.
— Спасибо, Мерлин, — с чувством сказал Руди, оказавшись вдвоем с братом. — Хотя Люциуса, конечно, жалко…
Страница 2 из 2
