Фандом: Гарри Поттер. Встреча выпускников закончилась весьма неожиданно…
Добавить в моё избранное
33 мин, 1 сек 4098
Но теперь… с Поттером… да еще и на глазах у Захари… Чёрт! Майкл нервно сглотнул.
— Не, и чё — они вот прям будут целоваться? — подал, тем временем, голос Смит, недовольно нахмурившись. — При всех?
— Но это же просто игра, — резонно заметила Гермиона, сидящая практически на коленях у Нотта. Тот скупо улыбался и перебирал её волосы, не обращая внимания на зарождающийся вокруг спор.
— И что-о? — начал, было, Смит, но под несколькими явно неодобрительными взглядами стушевался: — Ну, то есть… Я не то, чтобы против, знаете… Но… на людях…
— А тебе-то что, Смит? — хмыкнул Энтони Голдстейн. — У тебя с этим проблемы? Возникаешь так, будто это тебя целоваться заставляют. Или ты такой махровый гомофоб, что только один вид такого тебя уже так задевает? — все заржали, а Смит слегка покраснел.
— Заткнись, Голдстейн! Сказал же — нет! Просто я…
— А ты отвернись, если не в силах перенести такое зрелище, — раздался полный азартного предвкушения голос Паркинсон. — Давайте, мальчики, — выкрикнула она уже выползшим на середину круга Поттеру с Корнером. — Покажите класс!
Все заулюлюкали и засвистели, поощряя парней на решительные действия, и те приблизились друг к другу, начиная наклоняться. Неожиданно Майкл слегка повернул голову, находя глазами Захари, и кинул на него непонятный взгляд, а после Поттер, взяв его за подбородок, развернул к себе и накрыл-таки его губы своими в коротком, но отнюдь не невинном поцелуе. Толпа дружно взвыла в восторге, размахивая руками и выкрикивая каждый своё — игра явно начинала всем нравиться больше и больше.
Зак мрачно наблюдал за целующейся парочкой, машинально отхлёбывая Огневиски, — глоток за глотком, словно воду, прямо из бутылки, невесть как попавшей к нему в руки, и чувствовал при этом полное замешательство. Видеть Майкла в объятиях Поттера было очень странно и… ещё раз странно. Смит замотал головой, ничего не понимая и не в силах разобраться в своих противоречивых чувствах. Это же Майкл! Тот самый Майки, с которым он жил и учился в чужой стране уже целый год, и с которым весьма сблизился за это время. Как друг, конечно. Он наблюдал его в быту, в учёбе, на спортивных тренировках университетской сборной, куда оба записались в своё время…
И вот сейчас Смиту почему-то не к месту и без всякого смысла вспоминалось, что Майкл, когда читает что-то увлекательное, всегда прикусывает губу. И что, когда он спит, то имеет привычку по-детски подкладывать руки под щёку, а когда моется в душе, то поёт (весьма фальшиво, кстати) какие-то совершенно идиотские, но заводные маггловские песенки. Раньше, в школе, Захари ничего подобного в жизни не замечал! Просто не обращал на это внимания, и ему казалось, что также продолжалось и в Академии, но… получается, нет. Когда он успел так подробно изучить все корнеровские привычки? А главное — зачем? И тем более странно было осознать это именно сейчас, среди толпы пьяных бывших сокурсников, наблюдая, как его лучший друг сосётся с Поттером, пусть всего лишь и повинуясь правилам дурацкой игры.
На мгновение Смит почувствовал какое-то иррациональное чувство злости, и что-то тяжёлое вдруг сдавило грудь, мешая дышать. Он испуганно вскинулся, приходя в себя и не понимая, что это было. Это что… ревность? Он РЕВНУЕТ Корнера?! Нет, это бред, быть не может! Хотя… возможно, и да, но только как друга! Точно, ему просто обидно за Майки — что он так попал и вынужден лобзаться с парнем, когда сам он стопроцентный натурал! Мерлин, угораздило же его, фе-е…
Смит уже, было, успокоился, но тут в голову ударила новая предательская мысль: а с чего он, собственно, взял, что Майкл — натурал? Если объективно, то про эту сторону жизни друга ему было ничего не известно. Корнер весь этот год жил рядом и был постоянно на виду: они всё делали вместе, посещали одни и те же занятия, одни и те же тренировки, и даже в клубах по выходным тусовались вдвоём, либо с сокурсниками, но всё равно в одной толпе, а не порознь. До Смита внезапно дошло, что он ни разу не заметил, чтобы Майк свалил куда-то в одиночку… на свидание, например. Сам он мутил с Джули, то трахаясь с ней, то вусмерть ругаясь, а после приходил домой, чтобы в который раз за бутылкой пива поведать Майку о сволочном характере своей подружки. И тот молча слушал, потягивая пиво и всегда принимая его сторону, независимо от того, кто из них — он или Джули — были виноваты в очередной ссоре. И это казалось таким естественным, что Зак за всё это время даже не дал себе труда задуматься на эту тему или завести с Корнером разговор — просто не пришло в голову, и всё.
Смит в шоке замотал головой, отгоняя бредовые мысли. Это всё Огневиски, точно! Нельзя так много пить.
Он машинально отхлебнул очередной изрядный глоток, едва не подавившись горьким напитком, привычно обжегшим глотку. П-пожалуй, пора домой. Где там Майкл? Смит рассеянно поправил распирающий брюки стояк и завертел головой, пытаясь отыскать друга, когда до него внезапно дошло…
— Не, и чё — они вот прям будут целоваться? — подал, тем временем, голос Смит, недовольно нахмурившись. — При всех?
— Но это же просто игра, — резонно заметила Гермиона, сидящая практически на коленях у Нотта. Тот скупо улыбался и перебирал её волосы, не обращая внимания на зарождающийся вокруг спор.
— И что-о? — начал, было, Смит, но под несколькими явно неодобрительными взглядами стушевался: — Ну, то есть… Я не то, чтобы против, знаете… Но… на людях…
— А тебе-то что, Смит? — хмыкнул Энтони Голдстейн. — У тебя с этим проблемы? Возникаешь так, будто это тебя целоваться заставляют. Или ты такой махровый гомофоб, что только один вид такого тебя уже так задевает? — все заржали, а Смит слегка покраснел.
— Заткнись, Голдстейн! Сказал же — нет! Просто я…
— А ты отвернись, если не в силах перенести такое зрелище, — раздался полный азартного предвкушения голос Паркинсон. — Давайте, мальчики, — выкрикнула она уже выползшим на середину круга Поттеру с Корнером. — Покажите класс!
Все заулюлюкали и засвистели, поощряя парней на решительные действия, и те приблизились друг к другу, начиная наклоняться. Неожиданно Майкл слегка повернул голову, находя глазами Захари, и кинул на него непонятный взгляд, а после Поттер, взяв его за подбородок, развернул к себе и накрыл-таки его губы своими в коротком, но отнюдь не невинном поцелуе. Толпа дружно взвыла в восторге, размахивая руками и выкрикивая каждый своё — игра явно начинала всем нравиться больше и больше.
Зак мрачно наблюдал за целующейся парочкой, машинально отхлёбывая Огневиски, — глоток за глотком, словно воду, прямо из бутылки, невесть как попавшей к нему в руки, и чувствовал при этом полное замешательство. Видеть Майкла в объятиях Поттера было очень странно и… ещё раз странно. Смит замотал головой, ничего не понимая и не в силах разобраться в своих противоречивых чувствах. Это же Майкл! Тот самый Майки, с которым он жил и учился в чужой стране уже целый год, и с которым весьма сблизился за это время. Как друг, конечно. Он наблюдал его в быту, в учёбе, на спортивных тренировках университетской сборной, куда оба записались в своё время…
И вот сейчас Смиту почему-то не к месту и без всякого смысла вспоминалось, что Майкл, когда читает что-то увлекательное, всегда прикусывает губу. И что, когда он спит, то имеет привычку по-детски подкладывать руки под щёку, а когда моется в душе, то поёт (весьма фальшиво, кстати) какие-то совершенно идиотские, но заводные маггловские песенки. Раньше, в школе, Захари ничего подобного в жизни не замечал! Просто не обращал на это внимания, и ему казалось, что также продолжалось и в Академии, но… получается, нет. Когда он успел так подробно изучить все корнеровские привычки? А главное — зачем? И тем более странно было осознать это именно сейчас, среди толпы пьяных бывших сокурсников, наблюдая, как его лучший друг сосётся с Поттером, пусть всего лишь и повинуясь правилам дурацкой игры.
На мгновение Смит почувствовал какое-то иррациональное чувство злости, и что-то тяжёлое вдруг сдавило грудь, мешая дышать. Он испуганно вскинулся, приходя в себя и не понимая, что это было. Это что… ревность? Он РЕВНУЕТ Корнера?! Нет, это бред, быть не может! Хотя… возможно, и да, но только как друга! Точно, ему просто обидно за Майки — что он так попал и вынужден лобзаться с парнем, когда сам он стопроцентный натурал! Мерлин, угораздило же его, фе-е…
Смит уже, было, успокоился, но тут в голову ударила новая предательская мысль: а с чего он, собственно, взял, что Майкл — натурал? Если объективно, то про эту сторону жизни друга ему было ничего не известно. Корнер весь этот год жил рядом и был постоянно на виду: они всё делали вместе, посещали одни и те же занятия, одни и те же тренировки, и даже в клубах по выходным тусовались вдвоём, либо с сокурсниками, но всё равно в одной толпе, а не порознь. До Смита внезапно дошло, что он ни разу не заметил, чтобы Майк свалил куда-то в одиночку… на свидание, например. Сам он мутил с Джули, то трахаясь с ней, то вусмерть ругаясь, а после приходил домой, чтобы в который раз за бутылкой пива поведать Майку о сволочном характере своей подружки. И тот молча слушал, потягивая пиво и всегда принимая его сторону, независимо от того, кто из них — он или Джули — были виноваты в очередной ссоре. И это казалось таким естественным, что Зак за всё это время даже не дал себе труда задуматься на эту тему или завести с Корнером разговор — просто не пришло в голову, и всё.
Смит в шоке замотал головой, отгоняя бредовые мысли. Это всё Огневиски, точно! Нельзя так много пить.
Он машинально отхлебнул очередной изрядный глоток, едва не подавившись горьким напитком, привычно обжегшим глотку. П-пожалуй, пора домой. Где там Майкл? Смит рассеянно поправил распирающий брюки стояк и завертел головой, пытаясь отыскать друга, когда до него внезапно дошло…
Страница 4 из 10
