Фандом: Гарри Поттер. Мальчик, который не погибает. Еще до поступления в Хогвартс он доставлял достаточно проблем крестному отцу — знаменитому Гарри Поттеру. А вот когда он попал в школу…
Добавить в моё избранное
264 мин, 7 сек 10679
Лео всюду получил высший балл и был объявлен лучшим учеником параллели, и профессор Снейп лично удостоил его похвалы. Рики несколько отстал от него, главным образом из-за истории магии.
В последний день пребывания в школе слизеринцы с особой тщательностью приводили себя в порядок перед выходом в Большой Зал. Старосты — оба — нацепили значки.
— Оставь вещи. Эльфы их уложат как надо, — сказал Лео.
Столы ломились от яств, и не успев усесться, некоторые первоклассники потянулись за вкусненьким. Но старосты почему-то начали шикать. Окончательная тишина установилась, когда директор встал, собираясь сказать речь.
Рики оглядел преподавательский стол. Место Тюшо пустовало, и Рики невольно задумался, что, кого бы им не назначили в следующем году, он никогда уже не сможет доверять тому, кто займет эту должность. Профессора Снейп, МакГонагол и Стебль с неотрывным вниманием слушали Дамблдора. Хагрид отсутствовал.
— Вот и кончился этот год, — начал Дамблдор, — вы выросли и наверняка обогатились познаниями. Ваши достижения зафиксированы в баллах ваших колледжей, и я горд сообщить, что они довольно высоки. Прежде чем приступить к награждению лидера кубком школы, должен объявить о присуждении дополнительных очков.
По залу волной пронеслись шушуканья, причем слово «Поттер» повторялось чаще других.
— Я присуждаю 50 очков, — директор помедлил, — мисс Селене Олливандер, за способность следовать своим принципам вопреки наказаниям и наградам.
Рики поглядел на профессора Стебль, которая подмигнула ему, улыбаясь.
Стол «Хуффульпуффа» огласили громкие ровные аплодисменты. Селена зарделась почти так же, как в день получения Вопиллера. Но кислый взгляд Эди в его сторону заставил Рики порадоваться, что даже с добавлением«Хуффульпуфф» не догнал«Слизерин».
— Таким образом, — продолжил директор, и все звуки сразу смолкли, — места распределены следующим образом…
Счет «Равекло» потонул в крике ликования. Директор хлопнул в ладоши, и появились синие флаги с бронзовым орлом.
Ученики уплетали за обе щеки.
— Нигде не видел столько сладостей сразу, — сказал Лео. — Буду скучать по здешнему иизобилию.
— Ты не пробовал спагетти моей бабули, — нежно произнес Рики, с мечтательной жадностью уставясь перед собой. Сидящая напротив третьеклассница от ужаса уронила вилку и скрылась под столом.
Рики наслаждался процессом отъезда из школы. Кареты отвезли их на вокзал, где стоял все тот же «Хогвартс-экспресс», так же битком набитый школьниками. Поэтому Рики и Лео пришлось делить купе с Дорой Нотт, Тиффани и Генри Флинтами, и поговорить особо не удалось. В дороге, можно сказать, не случилось никаких происшествий: Джордан с Уизли что-то взорвали в двух вагонах; Эльвира обозвала Ники Боунса индюком и потом долго выясняла отношения с гриффиндорской старостой — той самой, что первого сентября просила у Поттера автограф; зашел Френк Эйвери и выразил надежду, что с каникул Рики не вернется; через пару минут почти те же слова прозвучали из уст Тони Филипса. Обоих Рики от души послал подальше, а Дора Нотт не поленилась облить гриффиндорца водой из палочки.
Когда проехала тележка с едой, в их купе никто не взял шоколадушки, чем удивили продавщицу. Правда, Тиффани ненадолго выходила, а когда вернулась, принесла несколько карточек.
— Я все равно буду их собирать, — заявила она. — У тебя, Макарони, ни одной нет, ведь так?
— Нет, — согласился Рики.
— Могу подарить тебе портрет Дамблдора, у меня их одиннадцать, — истинно по-слизерински расщедрилась одноклассница.
— Спасибо, не надо, — отказался Рики, — Альбус Дамблдор, конечно — великий волшебник, но это вовсе не означает, что я буду держать его изображение у себя дома.
Поезд приближался к Лондону.
— Ты напишешь мне? — спросил Лео.
— Написал бы, но как быть, у меня нет совы!
— Я пришлю свою, если что-то интересное случится в волшебном мире. Я понимаю, ты не хочешь никакой магии на каникулах, — проницательно заметил Лео.
Рики благодарно улыбнулся.
Обменявшись планами на лето, объевшиеся и обалдевшие от свободы первокурсники ступили на платформу 9 и?.
— Счастливого отдыха, — Рики крепко пожал руку Лео, помахал Тиффани, показал язык в ответ на аналогичный жест Артура Уизли и покатил тележку к выходу.
Через минуту он бурно выражал восторг от встречи с мамой и папой.
— Ты рад, что вернулся? — спросила Люси Макарони.
— Еще как! — возопил Рики. Оживленно болтая, они пошли к машине.
— Рики!
С поезда на платформе номер пять выходила Дан. Она выглядела совершенно нормально: в кроссовках, джинсах и топе, куртка обвязана вокруг талии. Ее тоже встречали — отец с собакой. Поскольку Рики был ближе, мистер Франкенштейн с радостным лаем кинулся на него и облизал все лицо.
В последний день пребывания в школе слизеринцы с особой тщательностью приводили себя в порядок перед выходом в Большой Зал. Старосты — оба — нацепили значки.
— Оставь вещи. Эльфы их уложат как надо, — сказал Лео.
Столы ломились от яств, и не успев усесться, некоторые первоклассники потянулись за вкусненьким. Но старосты почему-то начали шикать. Окончательная тишина установилась, когда директор встал, собираясь сказать речь.
Рики оглядел преподавательский стол. Место Тюшо пустовало, и Рики невольно задумался, что, кого бы им не назначили в следующем году, он никогда уже не сможет доверять тому, кто займет эту должность. Профессора Снейп, МакГонагол и Стебль с неотрывным вниманием слушали Дамблдора. Хагрид отсутствовал.
— Вот и кончился этот год, — начал Дамблдор, — вы выросли и наверняка обогатились познаниями. Ваши достижения зафиксированы в баллах ваших колледжей, и я горд сообщить, что они довольно высоки. Прежде чем приступить к награждению лидера кубком школы, должен объявить о присуждении дополнительных очков.
По залу волной пронеслись шушуканья, причем слово «Поттер» повторялось чаще других.
— Я присуждаю 50 очков, — директор помедлил, — мисс Селене Олливандер, за способность следовать своим принципам вопреки наказаниям и наградам.
Рики поглядел на профессора Стебль, которая подмигнула ему, улыбаясь.
Стол «Хуффульпуффа» огласили громкие ровные аплодисменты. Селена зарделась почти так же, как в день получения Вопиллера. Но кислый взгляд Эди в его сторону заставил Рики порадоваться, что даже с добавлением«Хуффульпуфф» не догнал«Слизерин».
— Таким образом, — продолжил директор, и все звуки сразу смолкли, — места распределены следующим образом…
Счет «Равекло» потонул в крике ликования. Директор хлопнул в ладоши, и появились синие флаги с бронзовым орлом.
Ученики уплетали за обе щеки.
— Нигде не видел столько сладостей сразу, — сказал Лео. — Буду скучать по здешнему иизобилию.
— Ты не пробовал спагетти моей бабули, — нежно произнес Рики, с мечтательной жадностью уставясь перед собой. Сидящая напротив третьеклассница от ужаса уронила вилку и скрылась под столом.
Рики наслаждался процессом отъезда из школы. Кареты отвезли их на вокзал, где стоял все тот же «Хогвартс-экспресс», так же битком набитый школьниками. Поэтому Рики и Лео пришлось делить купе с Дорой Нотт, Тиффани и Генри Флинтами, и поговорить особо не удалось. В дороге, можно сказать, не случилось никаких происшествий: Джордан с Уизли что-то взорвали в двух вагонах; Эльвира обозвала Ники Боунса индюком и потом долго выясняла отношения с гриффиндорской старостой — той самой, что первого сентября просила у Поттера автограф; зашел Френк Эйвери и выразил надежду, что с каникул Рики не вернется; через пару минут почти те же слова прозвучали из уст Тони Филипса. Обоих Рики от души послал подальше, а Дора Нотт не поленилась облить гриффиндорца водой из палочки.
Когда проехала тележка с едой, в их купе никто не взял шоколадушки, чем удивили продавщицу. Правда, Тиффани ненадолго выходила, а когда вернулась, принесла несколько карточек.
— Я все равно буду их собирать, — заявила она. — У тебя, Макарони, ни одной нет, ведь так?
— Нет, — согласился Рики.
— Могу подарить тебе портрет Дамблдора, у меня их одиннадцать, — истинно по-слизерински расщедрилась одноклассница.
— Спасибо, не надо, — отказался Рики, — Альбус Дамблдор, конечно — великий волшебник, но это вовсе не означает, что я буду держать его изображение у себя дома.
Поезд приближался к Лондону.
— Ты напишешь мне? — спросил Лео.
— Написал бы, но как быть, у меня нет совы!
— Я пришлю свою, если что-то интересное случится в волшебном мире. Я понимаю, ты не хочешь никакой магии на каникулах, — проницательно заметил Лео.
Рики благодарно улыбнулся.
Обменявшись планами на лето, объевшиеся и обалдевшие от свободы первокурсники ступили на платформу 9 и?.
— Счастливого отдыха, — Рики крепко пожал руку Лео, помахал Тиффани, показал язык в ответ на аналогичный жест Артура Уизли и покатил тележку к выходу.
Через минуту он бурно выражал восторг от встречи с мамой и папой.
— Ты рад, что вернулся? — спросила Люси Макарони.
— Еще как! — возопил Рики. Оживленно болтая, они пошли к машине.
— Рики!
С поезда на платформе номер пять выходила Дан. Она выглядела совершенно нормально: в кроссовках, джинсах и топе, куртка обвязана вокруг талии. Ее тоже встречали — отец с собакой. Поскольку Рики был ближе, мистер Франкенштейн с радостным лаем кинулся на него и облизал все лицо.
Страница 75 из 76
