Наследник

Есть в свободном городе Стоунхелме некрополь, древний и величественный, как все в этом мире, созданном по милости великой богини. Именно сюда в сопровождении лишь немногих верных из свиты своей, готовых отдать за Асху жизни, прибыл я сегодня, пока армия моя отвлекала городской гарнизон. Именно здесь надлежало мне совершить последнее жертвоприношение, дабы освободить душу названного сына Великой Матери и возвести надежную темницу для демонов. Именно здесь, содрогнувшись от кощунства, обнаружил я адские врата и проклял еретика Менелага…

Именно здесь, в сердце продажного города, стоял я, ощущая силу смерти, наполняющую священное место. Великую реликвию — череп Седьмого Дракона — поместил я на алтарь с возможным почтением. «Асха всемогущая, — думал я, — не переживут сего дня грешники Стоунхелма, глупцы, не осознавшие опасности и не пожелавшие покинуть дома свои, и никто из нас самих не выйдет ныне из некрополя. Пусть так. Пусть все мы погибнем, без колебаний отдадим души свои за тебя, лишь бы демоническая зараза более не оскверняла созданное тобою, лишь бы, пожертвовав немногими, смогли мы спасти все остальные твои творения! Жизни горожан, даже дурные и пустые, — великая цена, но нет у меня другого пути, нет выхода, нет иной возможности пресечь навсегда нападения демонов на наш мир. Стоит мне промедлить, проявить слабость, поддаться колебаниям — и беда неизбежна. Ради тебя, владычица, я вновь возложу бремя жертвоприношения на себя самого. Да буду я один виновен перед очами твоими, и пусть лишь через мои руки во имя твое придет сюда смерть»…

С этими мыслями я простерся перед богиней — и ощутил, что она со мною, что госпожа моя благословляет меня на великое дело. После того вознес я хвалу Седьмому Дракону, обещая ему скорое избавление, сосредоточился и начал собирать силы свои, дабы завершить начатое. Долгие десятилетия шел я к этому дню, и вот мой час настал. Не будет пустой жертва Сар-Илама, не окажется напрасной гибель архонта Белкета и многих, многих иных достойных! Сехбета, Наадира, Каспара, Рейвен, Орнеллы… О мое отважное дитя, в сей день могла бы и ты узреть торжество богини, если бы все сложилось иначе! Увы, я остался один и все же знал: долг во имя Асхи будет исполнен.

Внезапно на лестнице позади меня послышался шум. Обернувшись, я успел увидеть, как последний из моих спутников упал на разбитые плиты и остался недвижим. По ступеням ко мне бежали двое — дева из рода Соколов, кою я, дабы сохранить ей жизнь и не дать сбыться роковому пророчеству, незадолго до того отправил в Нар-Эриш под надзор старшей смотрительницы замка, и сын Кха-Белеха. Живой и невредимый.

Странно, что исчадье ада не провалилось туда, где зародилось, сразу после гибели в храме. Видно, природа человеческая оказалась в нем сильнее, чем гадостная сущность демона. Тому, что он жив, я изумился, но лишь на миг. Надо признать, опасения на сей счет возникали у меня и ранее, ведь священная реликвия успела попасть ему в руки, оттого я и велел стражам своим сохранять бдительность — увы, это оказалось им не под силу. Что ж, вот и еще одно весомое доказательство подлинности и великой мощи Черепа Теней. Не было у меня ни времени, ни возможности исследовать его досконально, однако сомневаться в его могуществе не приходилось. Раз уж способен был череп Седьмого Дракона изменить всю ткань мироздания, разрушить и воссоздать границы целых измерений, стоило ли удивляться тому, что благодаря ему мальчишка спасся от верной смерти и восстановил тело свое за считанные часы!

Однако иное встревожило душу мою: как узнал проклятый демон, где меня искать, и что здесь делает последняя из Соколов?! Догадка поразила меня: мерзавец проник через открытый портал под городом в мой дом. Пробрался в мои покои, рылся в дневнике… Адское отродье, устилающее дорогу трупами, плод обмана и насилия, нет в тебе ни чести, ни совести, ни милосердия, и сегодня тебе не уйти от расплаты за содеянное! А демон между тем приближался ко мне:

— Арантир! Отдай мне Череп, или я заберу его силой!

Вот как, значит… Я испросил прощения у великой богини за то, что ритуал пришлось на малое время остановить.

— Тише, мальчик! Ты не понимаешь, что поставлено на карту, — когда он подбежал ближе, я не ощутил в нем прежней демонической ауры, что показалось мне весьма странным. Похоже было, что ко мне с мечом в руке, прикрываясь щитом, направлялся обычный человек.

— Тут нечего понимать! — леди Линна из рода Соколов, отчего-то грязная и оборванная, точно ее вытащили из канавы, встала за спиною мальчишки. — Если Арантир завершит ритуал, погибнут миллионы людей!

— Вот что, девочка, — я решительно поднял руку, — отступи назад, пока не стало поздно. Второй раз моего милосердия на тебя может и не хватить.

— Милосердия?! — так и взвилась она. — Ты… ты сумасшедший! Ты хотел убить меня, а говоришь о милосердии!

— Это мы обсудим позже, сейчас я слишком занят.