Небеса обетованные

Всем, что компьютер сумел из неё вытащить. Повелитель Времени. Имя — зашифровано. Возраст — о, давайте не будем о возрасте! — две тысячи эквивалентных земных лет.

За этот день — разбитый на осколки и склеенный из лоскутов день — она сотни раз пыталась уклониться. Избежать. Соврать. Промолчать. Выйти в дверь. В окно. В шкаф. Она использовала и отвергла каждую возможность — но проклятая цифровая иллюзия, сомкнувшая вокруг Мисси свои щупальца, всё это проглотила, даже не замутив поверхности.

Куда бы Мисси не вышла — она снова входит всё в тот же ненавистный кабинет. И Мэлс встречает её всё теми же ненавистными словами. Если Мисси допускает маленькую вольность — иллюзия дёргается и проигрывает тот же кусок дня по-новой. Если большую — она просто снова просыпается в маленьком доме. И снова должна идти на встречу.

Выхода нет.

Только разглаживать на коленях плотную ткань юбки, только рассказывать. Каждую крупицу информации о Докторе Мэлс впитывает жадно, как губка. А у Мисси столько историй. Столько воспоминаний, столько лиц. Пока язык говорит, мозг может заняться делом. Снова и снова пытаться найти выход.

И прежде всего — кто она, эта Мэлс?

Голограмма, конечно. Как все они здесь. Но кем она была? Человеком, Мисси почти уверена в этом. Человеком и спутницей Доктора. Он так любит играть с земными девчонками, а потом раскидывать их по самым глухим оконечностям вселенных, навсегда изменёнными. Обычно сломанными и сломленными. Где твоя трещина, профессор Ривер Сонг? И не станет ли она замочной скважиной, если подобрать к ней ключ?

Мисси любит рассказывать Мэлс о спутницах Доктора. Как жаль, что ей не удаётся утаить — все они прошлые, более ранние. С каким бы удовольствием Мисси рассказала бы, что Доктор забыл Ривер Сонг, а может — никогда и не помнил толком. Но пока она только расчёсывает старые раны.

Итак, Доктор встроил эту странную женщину в компьютер? Но зачем? У этого обязательно должен быть какой-то душещипательный мотив… она умирала? Возможно. Она умирала и он от неё избавился, потому что Доктор не любит читать последнюю страницу. Так что теперь? Заставить её злиться? Заставить потерять самообладание? Намекнуть, что ему без неё хорошо?

Мисси незаметно проводит языком по зубам — и начинает говорить.

«[ Имя неизвестно ] была сохранена»

Ривер знала, что Доктор последний. Что он стал слишком многое забывать. И, конечно, что никакие правила на него давно не действуют. Пока Мисси была без сознания, Ривер то прикладывала ухо к её груди, вслушиваясь в полузабытый странный четырёхтактный ритм, то рассеяно водила указательным пальцем вдоль жёсткого и хищного овала лица.

«Неужели?» — билась в голове тревожная мысль, а сознание подкидывало одну деталь за другой: стрекочущий шотландский акцент, пронзительные голубые глаза.

«Неужели он мог забыть, что уже был здесь?»

Компьютер так и не смог определить имя. Это ли не знак?

Веки Мисси дрогнули. Она резко села и распахнула глаза. Ривер отстранилась, но Мисси, не глядя, схватила её за запястье.

— Ты — настоящая?

Она по-совиному моргнула и склонила голову набок. Ривер на секунду растерялась, но сейчас же взяла себя в руки.

— Неправильный вопрос, дорогуша. Дело не во мне, а в тебе. Я же предупреждала — на территории планеты-Библиотеки нельзя пользоваться телепортами.

— Я… — в голубых глаз на секунду мелькнул искренний ужас. — Я умерла? Это что, — она вскочила и принялась лихорадочно оглядываться: зелёная трава, голубое небо, белые здания с колоннами чуть вдалеке, — «земля обетованная»?

— Скорее уж небеса обетованные… — поправила со вздохом Ривер, едва подавив нервный смешок. — Добро пожаловать.

В следующую минуту она сделала шаг к Мисси и крепко, не давая ей ни единого шанса вырваться, поцеловала.

Но нет. Что-то в этом есть не то. Мисси чувствует, что допустила где-то ошибку. Компьютер — это не сознание Ривер Сонг. Это что-то другое. Слова Мэлс о том, что она «часть системы» просто блеф. Или, может быть, шутка. Она такая же гостья здесь. Или такая же пленница. Мисси может мучать её сколько угодно, но не приблизиться ни на йоту к цели.

Да и не похож этот мир на неё. Будь процессор библиотеки сознанием Ривер Сонг… Мисси мысленно улыбается. Здешний мир был бы пустыней. Бескрайней степью с серебристыми волосами ковыля, после дождя кусающего и ввинчивающегося под кожу. Или морским побережьем.

Но пронзительные краски и опереточно-броский мир вокруг навевал на мысли о… ребёнке! Верно, она ведь так и сказала: «Ты обидела маленький, но очень важный для меня модуль». Это всё объясняло. Эту нелепую стыдливость, это передёргивание плёнки, стоило Мисси зайти в душ или начать одеваться. О да, дети не знают, что взрослые в душе отнюдь не только моются…

Что же, значит, чтобы вырваться из этого вечного дня, Мисси надо сделать что-то, что никогда не впишется в шаблон этой операционной системы.