Фандом: Ориджиналы. Раз в год Дед Мороз отправляется путешествовать по миру. И тогда случаются чудеса. А иногда и промашки, которые могут привести к катастрофе, ведь волшебники — существа рассеянные. И кто-то должен это исправлять. Все знают, что лучшие на свете исправители кОтостроф, конечно же, коты!
Добавить в моё избранное
12 мин, 2 сек 7756
На чердаке было холодно. Чердачное окошко уже давным-давно не закрывалось, а ветхая кровля щеголяла дырами, сквозь которое было видно небо. И это было бы даже хорошо, если бы стояло лето. Но на улице мела метель, снежная круговерть скрывала от взгляда даже дома через дорогу. А на дощатом полу, аккурат под брешью в старой крыше, образовался маленький снежный сугроб, который и не думал таять.
На первый взгляд, здесь было совершенно пусто. Так подумал и облезлый, потрепанный жизнью и собаками черный кот, который иногда прятался тут от непогоды. Но в этот раз оказалось все не так. Привычное место возле горячей трубы было занято. Там кто-то грустил.
— Мурр, — сказал кот. — Ты откуда такой? Совсем замерз, даже на ресницах иней.
На кота посмотрели невозможные серые глаза с ледово-голубым ободком.
— С неба.
— А как здесь оказался, муррр? — хромая, кот подошел ближе.
— Упал, — вздохнул внезапный сосед. — Играл в салочки со снежинками и упал. А теперь еще и потерялся, наверное. — Бедолага грустно подышал на заледеневшие руки с посиневшими от холода пальцами. — И никто меня не ищет.
— Заройся в мою шерсть, теплее будет. Да не бездельничай! Мурррк! Почесывай, почесывай! К хвосту поближе, муррр! Вот так, а теперь рассказывай дальше.
Новый знакомый потупил взгляд:
— Так не было больше ничего. Сани свернули, я сорвался и упал. И снежинки здесь какие-то настоящие, совсем не волшебные, вверх не поднимают.
Кот внимательно посмотрел на пришельца. Весь белый-беленький, со светлыми кудряшками вокруг треугольного личика, огромными глазищами (больше только у кошек бывают, да и то не у всех) и покрасневшим носом. Одежда странная. Кто так одевается зимой-то, если шерсти самой завалящей и то нет? В морозы мехами кутаться надо, а тут… курточка курам на смех. И штаны подкачали: до коленок дошли, а ниже кончились. Башмаки тонкой кожи, да и те ледяной коркой уже покрылись.
— Ты это, мурр, обними меня покрепче, скорее согреешься! — мурлыкнул кот. Незваный гость не заставил повторять дважды и с наслаждением прижался к горячему котовьему боку.
— Что делать будем, потерянная душа? Кто же отстает от волшебных саней? Они, верно, уже до другого края земли домчались.
В ответ раздался тяжелый вздох.
— Спи пока, а вот кончится метель… — кот не договорил, сам пригревшись возле отопительной трубы и заведя привычную руладу, которая навевает сон и самим котам, и тем, кто их в это время крепко обнимает. Зарывшись в теплую кошачью шерсть, согревшись и успокоившись (ведь он теперь был не один), уснул и маленький эльф, которому не повезло заиграться и отстать от саней Деда Мороза. А над городскими крышами свистела зимняя вьюга и швыряла в окна самый настоящий, не волшебный снег.
Прозрачное морозное утро заглянуло в маленькое чердачное окно, чтобы впустить непоседливого солнечного зайчика. Светлый блик затанцевал прямо возле кошачьей морды. Черный кот приоткрыл зеленый глаз и лениво попытался прихлопнуть неугомонное пятнышко лапой. Но всем известно, что даже кошки неизменно проигрывают в охоте на солнечных зайцев.
На кошачьей спине сонно завозились. Теплая шерсть грела так, что щечки малыша разрумянились, и была такой мягкой и приятной, что просыпаться совсем не хотелось.
— Ааапчхи!
Котовья шерстинка попала в нос, и маленький соня, проснувшись, захлопал длинными ресницами.
— Будь здоров! — кот флегматично лизнул вытянутую лапу. — Что это? Вчера был незаживший шрам, а сегодня — гладкий мех!
Он начал вертеться, как маленький котенок, попутно скинув с себя волшебное создание.
— А хвост, хвост-то какой! Шерстка ровная и гладкая, будто и не дрался вчера с целой собачьей сворой! — кошачий язык с удовольствием прошелся по спине, шерсть на которой больше не торчала неопрятными клоками.
— Тебе было больно, вот я и вылечил. Дело нехитрое. Вот бы летать так же легко! Но крылья когда еще вырастут? А сани за мной не вернулись.
— Я знаю! Если сам не можешь взлететь, надо навестить того, кто может. Ну, хотя бы теоретически.
— А кто может?
— Быстрокрыл, конечно же! Но его еще придется поуговаривать.
— Идем же, идем к нему скорее!
Маленький эльф начал даже пританцовывать на месте от нетерпения, но кот оглядел с сомнением его хилую амуницию и выдал:
— Сам не дойдешь, путь трудноват. Залезай на спину и держись покрепче. Пойдем верхами, так быстрее.
Оседлать кота оказалось несложно. Только вот рук не хватало обнять его за шею, чтобы держаться. И малыш цепко ухватился за длинную шерсть на загривке зверя.
— Ммряу! Будто помолодел с тобой!
Черный котяра вспрыгнул на трубу, прошелся по ней до самого слухового окошка и ударил по нему лапой, распахивая настежь. Прыжок — и он балансирует в узком проеме окна, другой — и уже на крыше.
На первый взгляд, здесь было совершенно пусто. Так подумал и облезлый, потрепанный жизнью и собаками черный кот, который иногда прятался тут от непогоды. Но в этот раз оказалось все не так. Привычное место возле горячей трубы было занято. Там кто-то грустил.
— Мурр, — сказал кот. — Ты откуда такой? Совсем замерз, даже на ресницах иней.
На кота посмотрели невозможные серые глаза с ледово-голубым ободком.
— С неба.
— А как здесь оказался, муррр? — хромая, кот подошел ближе.
— Упал, — вздохнул внезапный сосед. — Играл в салочки со снежинками и упал. А теперь еще и потерялся, наверное. — Бедолага грустно подышал на заледеневшие руки с посиневшими от холода пальцами. — И никто меня не ищет.
— Заройся в мою шерсть, теплее будет. Да не бездельничай! Мурррк! Почесывай, почесывай! К хвосту поближе, муррр! Вот так, а теперь рассказывай дальше.
Новый знакомый потупил взгляд:
— Так не было больше ничего. Сани свернули, я сорвался и упал. И снежинки здесь какие-то настоящие, совсем не волшебные, вверх не поднимают.
Кот внимательно посмотрел на пришельца. Весь белый-беленький, со светлыми кудряшками вокруг треугольного личика, огромными глазищами (больше только у кошек бывают, да и то не у всех) и покрасневшим носом. Одежда странная. Кто так одевается зимой-то, если шерсти самой завалящей и то нет? В морозы мехами кутаться надо, а тут… курточка курам на смех. И штаны подкачали: до коленок дошли, а ниже кончились. Башмаки тонкой кожи, да и те ледяной коркой уже покрылись.
— Ты это, мурр, обними меня покрепче, скорее согреешься! — мурлыкнул кот. Незваный гость не заставил повторять дважды и с наслаждением прижался к горячему котовьему боку.
— Что делать будем, потерянная душа? Кто же отстает от волшебных саней? Они, верно, уже до другого края земли домчались.
В ответ раздался тяжелый вздох.
— Спи пока, а вот кончится метель… — кот не договорил, сам пригревшись возле отопительной трубы и заведя привычную руладу, которая навевает сон и самим котам, и тем, кто их в это время крепко обнимает. Зарывшись в теплую кошачью шерсть, согревшись и успокоившись (ведь он теперь был не один), уснул и маленький эльф, которому не повезло заиграться и отстать от саней Деда Мороза. А над городскими крышами свистела зимняя вьюга и швыряла в окна самый настоящий, не волшебный снег.
Прозрачное морозное утро заглянуло в маленькое чердачное окно, чтобы впустить непоседливого солнечного зайчика. Светлый блик затанцевал прямо возле кошачьей морды. Черный кот приоткрыл зеленый глаз и лениво попытался прихлопнуть неугомонное пятнышко лапой. Но всем известно, что даже кошки неизменно проигрывают в охоте на солнечных зайцев.
На кошачьей спине сонно завозились. Теплая шерсть грела так, что щечки малыша разрумянились, и была такой мягкой и приятной, что просыпаться совсем не хотелось.
— Ааапчхи!
Котовья шерстинка попала в нос, и маленький соня, проснувшись, захлопал длинными ресницами.
— Будь здоров! — кот флегматично лизнул вытянутую лапу. — Что это? Вчера был незаживший шрам, а сегодня — гладкий мех!
Он начал вертеться, как маленький котенок, попутно скинув с себя волшебное создание.
— А хвост, хвост-то какой! Шерстка ровная и гладкая, будто и не дрался вчера с целой собачьей сворой! — кошачий язык с удовольствием прошелся по спине, шерсть на которой больше не торчала неопрятными клоками.
— Тебе было больно, вот я и вылечил. Дело нехитрое. Вот бы летать так же легко! Но крылья когда еще вырастут? А сани за мной не вернулись.
— Я знаю! Если сам не можешь взлететь, надо навестить того, кто может. Ну, хотя бы теоретически.
— А кто может?
— Быстрокрыл, конечно же! Но его еще придется поуговаривать.
— Идем же, идем к нему скорее!
Маленький эльф начал даже пританцовывать на месте от нетерпения, но кот оглядел с сомнением его хилую амуницию и выдал:
— Сам не дойдешь, путь трудноват. Залезай на спину и держись покрепче. Пойдем верхами, так быстрее.
Оседлать кота оказалось несложно. Только вот рук не хватало обнять его за шею, чтобы держаться. И малыш цепко ухватился за длинную шерсть на загривке зверя.
— Ммряу! Будто помолодел с тобой!
Черный котяра вспрыгнул на трубу, прошелся по ней до самого слухового окошка и ударил по нему лапой, распахивая настежь. Прыжок — и он балансирует в узком проеме окна, другой — и уже на крыше.
Страница 1 из 4
