Увлекательное путешествие Мии

— я помню, что в игре это помогло.

— О. Верно, верно. Значит… Дельфина все-таки жива. Входи и расскажи, как тебе удалось меня найти, и что тебе нужно. — Потребовалось время, чтоб он открыл все замки, которые навесил на свою дверь.

Когда я, наконец, зашла, и он закрыл за мной дверь, старик начал разговор:

— Значит, Дельфина продолжает сражаться, я уже думал, что она поняла, что это все бессмысленно. Конец света не за горами.

— Так, так, так, а теперь давай немного опустим эти нудные разговоры. Я хочу сказать, что я — Довакин. И еще не все потерянно, короче говоря, быстро собирай свои манатки и поехали в Ривервуд. И живо! У нас не так много времени! — я хочу поскорее с этим покончить и заняться чем-то более привлекательным, чем лазанье по канонизациям!

— Что, Довакин? — его лицо сразу же изменилось. — Тогда… Да-да… Конечно. — Он начал собирать свои вещи и как только он закончил свои длительные сборы, мы вышли из его камеры.

На входе нас поджидал один талморский волшебник, но Эсберн справился с ним раньше меня. Когда мы вошли опять в Хранилище, там были еще агенты. С ними мы незамедлительно покончили и вышли в «Буйную Флягу», после чего, сразу направились на выход из этого отвратительного места. Когда мы вышли на свежий воздух, я, наконец, смогла вздохнуть поной грудью, но ненадолго…

— Обернись! — крикнул мне Эсберн, ну, я обернулась… И увидела перед собой каджитку Шавари, которая подняла на меня кинжал и всадила мне в грудь с такой силой, что пробила кожу, разделяющую пластины стальных доспехов. Ее сразу же убил Эсберн, по-моему… Я отхаркнула свежую кровь и с грохотом упала на доски…

На волоске от смерти

Я обхватила рукоятку кинжала, стоя тем временем на коленях и глотая воздух как рыба, которую выкинуло на берег приливом. Мне было очень тяжело дышать, похоже, Шавари целилась первоначально мне в спину, но потом передумала, так как я повернулась к ней лицом. Выбора у нее не было и она хотела уже было проткнуть мне сердце, но стальная пластина ей мешала, следственно, она проткнула мне левое легкое. Дышать становилась все труднее и труднее. Эсберн и Бен перебывали в легком шоке и просто стояли и смотрели, как я корчусь от боли и… умираю?… Неужели вот так все и закончиться? Все те препятствия, которые я преодолела, все те силы, которые я приложила для этого… Все это — ничто? Из-за какого-то клинка, можно сказать, в спину, все это в мгновение ока стало просто бессмысленно? Нет! Я не собираюсь сдаваться, черт, нужно было зелье лечения с собой взять… Возможно, если я поднимусь наверх, к рынку, мне кто-то поможет?… Там же недалеко храм Мары, возможно, мне поможет жрец?… Верно, ха-ха… Мне помогут! Главное — дойти…

Я встала на ноги и, опираясь об стенку, начала подниматься на верх, к рынку и храму. Мне нужно вытащить этот чертов кинжал, но… Если я его вытащу, то откроется рана, и я умру от потери крови. Я не знаю как мне поступить. Ладно, сейчас… Главное подняться. Не отключайся, Мия, главное — не отключайся. Все, что угодно, но ты должна… Дойти. Вот и рынок. А вот за тем прилавком стоит Брин, но он меня не видит, поскольку увлечен торговлей. Может, мне его позвать? Но я не могу. Голос… Не могу, слишком больно. Не получается преодолеть эту боль, чтоб сказать хоть что-то. Да и не только боль, я должна экономить воздух и силы. Может, мне ему помахать?…

— Брин… — выдавила из себя я, но это получилось слишком тихо, чтоб он услышал меня, через всю эту галдящую толпу народа. Но вот он повернулся в мою сторону… Он услышал меня… Услышал…

Я, потеряв остатки сил, упала на холодный пол.

— Детка! — ко мне рванулся мой новоиспеченный знакомый, но все голоса до меня доносились очень… расплывчато. Такое чувство, что я тонула… — только не отключайся! Слышишь! Сейчас я тебе помогу!

— Я же простила… Кха… Не называть меня… Так.

— Молчи лучше. Не трать силы, но не отключайся, смотри на меня! Сейчас… — он начал рыться в своей суме в поисках чего-то. — Вот! Выпей, но сначала… Придется немного потерпеть, детка. — Такое чувство, что мы были невидимками, люди даже не смотрели в нашу сторону. С одной стороны это хорошо, но с другой… Неужели эти люди настолько безразличны к смерти другого человека? Просто жуть какая…

— Я и так уже слишком много треплю этот «инородный предмет» в своем левом легком. — Мои глаза постепенно начала затягивать кровавая пелена, хоть я их и не закрывала, но видела я все менее отчетливее и отчетливее…

— Хорошо, тогда сейчас я выну этот кинжал, если я этого не сделаю, то зелье тебе никак не поможет. — Он, обхватив рукоятку кинжала, быстрым движением вытащил его у меня из груди. В мгновение ока вся кровавая пелена рассеялась, и боль нахлынула с новой силой, что хотелось умереть, только бы не испытывать эту жгучую боль в груди. — Пей, детка, давай, не стесняйся. — Бриньольф, приподнял мою голову и начал заливать мне в горло какую-то гадость.