Можешь не просить, Поттер!

Драко

Безрезультатно.

Поттер внезапно налетел на него в коридоре Министерства, прижимая к стене. Надавил всем телом, не давая успокоиться судорожно разбегающимся мыслям. От близости с ним сердце Драко продолжало вести себя, как сумасшедшее. Пропуская удар, вдруг начинало больно биться о ребра. Поттер несколько мгновений всматривался в его лицо, словно ожидая чего-то. Эти секунды длились бесконечно долго, заставляя вспоминать то, что он давно хотел забыть. Заглядывал не в глаза, а будто пытался влезть в его душу. А на душе было пусто и больно.

Ну вот, опять! От возни проклятое, видимо, самим Лордом, тело опять стремительно начало сдавать оборону. Драко чувствовал бедром, как сквозь ткань брюк его касается горячий член. Эта сволочь прекрасно помнила, как он реагирует на его прикосновения. Член Поттера был последней линией обороны, которую он дважды так позорно сдал.

Работа в Отделе Тайн никогда не была пределом его мечтаний. Но сейчас, заканчивая очередной отчет и понимая, что через полчаса его рабочий день подойдет к концу, и он сможет спокойно вернуться в свою скромную квартирку в двух кварталах от «Дырявого котла», он невольно улыбнулся. Шумиха после заседания, на котором его практически оправдали, улеглась достаточно скоро: публика требовала зрелищ. Кровавые расправы над остальными Пожирателями привлекали обывателя намного больше, чем позор и множество финансовых и магических ограничений на его семью.

Отец с матерью, стараясь сохранить крупицы здоровья и моральных сил, упросили Шеклболта на отдельное разрешение удалиться в свой коттедж во Франции. И пусть им предстояла жизнь почти что сквибов, Драко был спокоен, понимая, что они смогут насладиться отмеренными судьбой и Мерлином годами. Годами спокойной жизни. Вдвоем.

Он не жаловался на свою судьбу. В мэнор на ближайшие сто лет всей их семье вход был закрыт. Ему даже не удалось забрать свои вещи. Под пристальным взглядом авроров он не мог себе позволить проявить слабость. Он успел взять дневник, первую попавшуюся детскую колдографию и книгу по Зельям, когда-то подаренную крестным. Драко машинально складывал свои вещи в трансфигурированную из какого-то клочка бумаги сумку. Приставленный к нему аврор недовольно топтался рядом, поглядывая за его движениями. А потом просканировал палочкой сумку, вызывая граничащее с омерзением чувство. Как будто он облапал его воспоминания о детстве. Драко не стал продолжать пытку, отметившись в свитке с судебным предписанием, аппарировал на Косую аллею, отравляясь строить свою новую жизнь.

Шеклболт имел остатки совести и именно поэтому, спустя почти месяц безрезультатных поисков работы, предложил организовать ему практику в Отделе Тайн. Та небольшая сумма, которую смогли оставить ему родители, таяла на глазах. Еще одного голодного месяца он пережить не смог бы. Флинт, который благородно приютил его в своей квартирке, пока ездил на сборы, должен был вот-вот вернуться. Драко ухватился за предложение Министра и не пожалел. На остатки денег он смог снять крохотную, но опрятную квартирку, затянув потуже пояс. А через два месяца ему предложили должность младшего ассистента Артефактологической группы Отдела тайн. И жизнь потекла в своем русле.

Он хорошо справлялся с обязанностями, с артефактами работал с должным вниманием. Опыт, приобретенный в работе с темномагическими вещицами, не раз помогал избежать серьезных проклятий, которыми часто они были прикрыты.

— Защита от дурака, — как метко дал определение защищающим артефакт заклятиям его руководитель. Высокий, светловолосый Стивенсон, словно проглотивший жердь, вселял страх и уважение всего отдела. Его осанке мог позавидовать любой, а о его хладнокровии ходили легенды.

В свое время, когда Драко только пришел на практику, заслужить его одобрение или даже похвалу, было огромной гордостью. Он и забыл, когда в последний раз мог гордиться своими поступками. А работа с артефактами давала возможность откинуть ужасные воспоминания последних двух лет и просто жить, получая удовольствие от таких простых радостей.

Если бы не этот случай с Поттером, он мог бы даже сказать, что жизнь его была, наконец, счастливой.

В тот вечер, убрав готовый отчет в специальную папку с потертыми краями, куда они складывали все распутанные дела по темномагическим артефактам, он, с удовлетворением от хорошо выполненной работы, закрыл ящик.

— Малфой, — с порога начал входящий в их кабинет Стивенсон, — ты пока не ушел? Отлично. Есть одно задание, которое я хотел бы поручить именно тебе. Боюсь, вряд ли кто другой с ним справится.

Драко привстал, ощущая в груди приятное волнение от похвалы, пусть и внутренний голосок пытался намекнуть на тонкую манипуляцию.

— Мы поговорим здесь или в вашем кабинете, сэр?

— Пойдем ко мне, введу тебя в курс дела. Только помни, задание совершенно секретное.