Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18056
При его уютном домашнем виде злость забурлила в горле.
— Я смотрю, ты с пользой проводишь время, — колко заметил Сатори, разглядев на переплёте рисунок целующейся парочки.
— Всё равно нечем заняться, — фыркнул парень и бросил книжку на постель. — Или ты предпочёл бы, чтобы я томился у окна, заламывая руки и кусая губы?
Шандир почти швырнул тюк с покупками на стул и порывисто размотал карну.
— И с чего бы это вдруг?
— В ожидании тебя, о, мой рыцарь, с чего бы ещё?
Демон метнул в насмешливо прищурившегося несносника убийственный взгляд, надеясь, что того если и не убьёт, то хотя бы покалечит, и процедил, вытряхивая покупки на стол:
— Я НЕ рыцарь.
— То есть смазливых эльфов от их грубиянов-поклонников ты спасаешь развлечения ради? — ехидно поинтересовался Серха.
Не ожидавший ничего подобного, принц выронил свёрток с полотном для кутара и нитками, за чем раздражённо закатил глаза. Наивно было полагать, что любопытный Моран не заявится сюда снова, что не менее любопытный маг ничего не спросит о нём, Сатори, и что болтун тавернщик не расскажет всё ему известное. Знал он, конечно, немногое, и в то немногое, к сожалению, входила и встреча Шандира с Аней'лином при весьма неприятных обстоятельствах, и пылкая благодарная влюблённость непревзойдённого Ани, в которого сам Моран был давно и безнадёжно влюблён, в некоего охотника по имени Шан Син. Впрочем, одного этого уже вполне хватало, чтобы окончательно испортить настроение демону.
— Тебе-то что за дело? — прошипел он, развернувшись и яростно сверкая глазами. — У тебя своя жизнь, у меня своя, и к тебе она никакого отношения не имеет! Уж не вздумал ли ты, что я обязан отчитываться перед тобой, где, когда и с кем провожу время?
Пока принц говорил, Яспе плавно, словно змея, соскользнул с кровати и так же вкрадчиво приблизился, однако когда гневные слова закончились, он не менее стремительным, чем бросок гадюки, движением прижал охотника к краю стола бёдрами, крепко обхватив его одной рукой.
— А своему сопровождающему ты бы то же самое сказал? — холодно улыбаясь, маг сжал подбородок мужчины пальцами, снова не обращая ни малейшего внимания на угрожающую ему барду, на этот раз замершую в сантиметре от его горла. — А потом бы привёл сюда эту шлюху и развлекался с ней всю ночь напролёт у него на глазах, наплевав на его чувства? Никудышный тогда из тебя покровитель, Шан, просто дрянь.
Сатори затих, всматриваясь в непроницаемые яшмовые глаза. А ведь верно, он даже не задумывался об этом…
— О каких чувствах ты говоришь? — задумчиво спросил он, безрезультатно пытаясь хоть что-то рассмотреть за своим отражением. — Нам ведь необязательно становиться любовниками.
— Удовлетворение, если оно требуется покровителю, входит в обязанности сопровождающего, Шан. И никак иначе. Отказывая ему и предпочитая удовольствия на стороне, ты даёшь знать, будто он настолько бесполезен, что не годится даже на постельные забавы. Так что, даже если сопровождающий не проникнется к тебе любовью, это по меньшей мере унизительно. Помни об этом…
— … и будет мне счастье? — хмыкнул оправившийся Шандир, убирая кинжал. То есть оправился-то он умом, а вот тело… тело крутило и жгло, моля прижаться теснее, но разум всё ещё управлял им, заинтересованный разговором.
— И не будешь несчастлив, — ухмыльнулся Яспе, шевельнув ладонью на пояснице мужчины. — Ведь покровитель может как увеличить силу своего чародея, так и забрать её, навредив этим их общему делу.
Кончики пальцев невзначай коснулись основания хвоста, и демон выдохнул, непроизвольно прогнувшись. Не то чтобы это было особо чувствительное место, однако на два пальца ниже располагался задний проход, который вдруг заиграл как проклятый, возжаждав ласк. Низ тела молниеносно наполнился горячими искрами, разжигающими и без того томящуюся страсть, член, зажатый между животами, задёргался, но именно в этот момент парень отстранился и, насвистывая, вернулся к кровати, где как ни в чём не бывало развалился и снова взял в руки книгу.
Отвернувшись к столу, принц опёрся на него ладонями и невидящим взглядом окинул недавно купленные вещи, думая лишь о том, что ещё одна такая близость, и… никакие негативные эмоции уже не будут иметь значения.
— Я смотрю, ты с пользой проводишь время, — колко заметил Сатори, разглядев на переплёте рисунок целующейся парочки.
— Всё равно нечем заняться, — фыркнул парень и бросил книжку на постель. — Или ты предпочёл бы, чтобы я томился у окна, заламывая руки и кусая губы?
Шандир почти швырнул тюк с покупками на стул и порывисто размотал карну.
— И с чего бы это вдруг?
— В ожидании тебя, о, мой рыцарь, с чего бы ещё?
Демон метнул в насмешливо прищурившегося несносника убийственный взгляд, надеясь, что того если и не убьёт, то хотя бы покалечит, и процедил, вытряхивая покупки на стол:
— Я НЕ рыцарь.
— То есть смазливых эльфов от их грубиянов-поклонников ты спасаешь развлечения ради? — ехидно поинтересовался Серха.
Не ожидавший ничего подобного, принц выронил свёрток с полотном для кутара и нитками, за чем раздражённо закатил глаза. Наивно было полагать, что любопытный Моран не заявится сюда снова, что не менее любопытный маг ничего не спросит о нём, Сатори, и что болтун тавернщик не расскажет всё ему известное. Знал он, конечно, немногое, и в то немногое, к сожалению, входила и встреча Шандира с Аней'лином при весьма неприятных обстоятельствах, и пылкая благодарная влюблённость непревзойдённого Ани, в которого сам Моран был давно и безнадёжно влюблён, в некоего охотника по имени Шан Син. Впрочем, одного этого уже вполне хватало, чтобы окончательно испортить настроение демону.
— Тебе-то что за дело? — прошипел он, развернувшись и яростно сверкая глазами. — У тебя своя жизнь, у меня своя, и к тебе она никакого отношения не имеет! Уж не вздумал ли ты, что я обязан отчитываться перед тобой, где, когда и с кем провожу время?
Пока принц говорил, Яспе плавно, словно змея, соскользнул с кровати и так же вкрадчиво приблизился, однако когда гневные слова закончились, он не менее стремительным, чем бросок гадюки, движением прижал охотника к краю стола бёдрами, крепко обхватив его одной рукой.
— А своему сопровождающему ты бы то же самое сказал? — холодно улыбаясь, маг сжал подбородок мужчины пальцами, снова не обращая ни малейшего внимания на угрожающую ему барду, на этот раз замершую в сантиметре от его горла. — А потом бы привёл сюда эту шлюху и развлекался с ней всю ночь напролёт у него на глазах, наплевав на его чувства? Никудышный тогда из тебя покровитель, Шан, просто дрянь.
Сатори затих, всматриваясь в непроницаемые яшмовые глаза. А ведь верно, он даже не задумывался об этом…
— О каких чувствах ты говоришь? — задумчиво спросил он, безрезультатно пытаясь хоть что-то рассмотреть за своим отражением. — Нам ведь необязательно становиться любовниками.
— Удовлетворение, если оно требуется покровителю, входит в обязанности сопровождающего, Шан. И никак иначе. Отказывая ему и предпочитая удовольствия на стороне, ты даёшь знать, будто он настолько бесполезен, что не годится даже на постельные забавы. Так что, даже если сопровождающий не проникнется к тебе любовью, это по меньшей мере унизительно. Помни об этом…
— … и будет мне счастье? — хмыкнул оправившийся Шандир, убирая кинжал. То есть оправился-то он умом, а вот тело… тело крутило и жгло, моля прижаться теснее, но разум всё ещё управлял им, заинтересованный разговором.
— И не будешь несчастлив, — ухмыльнулся Яспе, шевельнув ладонью на пояснице мужчины. — Ведь покровитель может как увеличить силу своего чародея, так и забрать её, навредив этим их общему делу.
Кончики пальцев невзначай коснулись основания хвоста, и демон выдохнул, непроизвольно прогнувшись. Не то чтобы это было особо чувствительное место, однако на два пальца ниже располагался задний проход, который вдруг заиграл как проклятый, возжаждав ласк. Низ тела молниеносно наполнился горячими искрами, разжигающими и без того томящуюся страсть, член, зажатый между животами, задёргался, но именно в этот момент парень отстранился и, насвистывая, вернулся к кровати, где как ни в чём не бывало развалился и снова взял в руки книгу.
Отвернувшись к столу, принц опёрся на него ладонями и невидящим взглядом окинул недавно купленные вещи, думая лишь о том, что ещё одна такая близость, и… никакие негативные эмоции уже не будут иметь значения.
Глава 2, часть 3
Само собой, пока Шандир метался по улицам нижнего квартала, пытаясь справиться с собой, приготовленная для него вода в лохани давным-давно остыла. Но сейчас это было даже на руку — разгорячённому желанием телу требовалось хоть немного остыть. Сняв с себя грязную одежду и отправив Яспе с ней к имеющейся здесь же прачке, демон залез в лохань и наконец расслабился, прикрыв глаза. Он никогда не удовлетворял себя сам, хоть и много лет уже не подчинялся законам своей родины, запрещающей рукоблудие, однако сейчас еле сдерживался, чтобы не пройтись ладонью по ноющей мошонке и кое-как опавшему, всё ещё дёргающему болью члену.
Страница 16 из 65
