Фандом: Ориджиналы. Теперь-то он сообразил, что ему напомнили необычные глаза Серхи: именно такой расцветки была добываемая на землях людей яшма — невзрачный полудрагоценный камень, который, однако же, обладал сильными свойствами, связанными с магией и магическими существами. У людей яшма являлась одним из основных камней для защиты любимых и слабых, а также для подпитки и равновесия энергии магов земли. А вот у демонов… Для демона из Песков Огненных Мантикор яшма была… погибелью.
Добавить в моё избранное
232 мин, 1 сек 18061
Но, нет-нет, этого просто не может быть! Сатори никогда никого не насиловал, будь он хоть трижды пьян, к тому же трудно было представить, чтобы Серха подобное допустил. Хотя…
«Уйди… не тронь… не смей!»
… если учесть, как беспомощен был чародей в тот свой приступ… наверное, Яспе бы просто оцепенел под ним, не в силах пошевелиться. Ужас… Охотник так растерялся, что очнулся лишь тогда, когда парень прошёл мимо, толкнув его плечом.
Расплатившись с тавернщиком, они вышли на залитый солнцем двор. Седлая жеребца, Шандир то и дело искоса поглядывал в сторону занимающегося тем же мага, но тот был непривычно замкнут и отрешён, за всё время не сказал ни слова и ни разу не посмотрел в сторону мужчины. И это невыносимо тяготило демона, который буквально разрывался, не зная, что думать и делать.
К счастью, именно в тот момент, когда отчаяние принца достигло апогея, человек сам сделал шаг навстречу. Сатори как раз сунул ногу в стремя, как вдруг услышал его голос:
— Слушай, — Яс недовольно глянул на него исподлобья, — можно я поеду с тобой, ну, обопрусь на тебя, а то… спина болит.
— Если ты думаешь, что так будет легче, то, конечно, садись.
Охотник без раздумий позволил чародею усесться в седло боком, закрепил поводья Ясова жеребца на луке седла своего верхового и осторожно сел позади. Привалившись к груди Шандира, Яспе положил голову ему на плечо, и демон, скосившись на него, заметил, что на лице спутника блаженство, а глаза прикрыты.
— Толкни, если усну, — парень зевнул, поёрзав и удобнее устроившись.
— Зачем? Как покинем город, можешь спокойно спать, — тихо сказал принц, аккуратно приобняв его одной рукой.
Таким образом они и выехали неспешно из квартала, а там и из города, задержавшись лишь ненадолго у ратуши, чтобы Сатори смог забрать свой меч.
В мыслях, душе и сердце мужчины творилась полная сумятица. Его мучало непонятное чувство вины, хотя он и сам бы не смог сказать, в чём именно чувствовал себя виноватым. Не было никаких доказательств его дурного поступка — маг доверчиво прижался к нему боком, тихонько посапывал, задремав, и не вздрагивал, когда охотник бессознательно сжимал его крепче. Значит, либо между ними всё случилось по согласию, либо… либо Серха настолько привык к насилию. Шандиру было больно так думать, больно за этого парня, и за него же до злого обидно, что его любовник так повёл себя после всего. Да пропади оно пропадом, он даже не вспомнил, что что-то было!
Вздохнув, демон повернул голову, будто бы невзначай мазнув подбородком по щеке чародея. Его любовник… И как же так вышло? Принц до конца надеялся, что сможет утерпеть, но… наверное, он никогда никого ещё не хотел столь страстно, чтобы темнело в глазах. Даже Ани не вызывал в нём таких ярких переживаний и таких жадных мечтаний, тут и не сравнить — абсолютно разные эмоции. И вообще, будь на месте Яспе какой-то другой человек… да такого бы не случилось! А если бы всё же и случилось, то этот человек уже валялся бы в каком-нибудь тёмном проулке с перерезанным горлом. В жизни Сатори было несколько людей, к которым он относился по-особенному, но разделение ложа… это уже слишком, о подобном и помыслить невозможно.
Однако в случае с Серхой всё было по-другому — охотник не просто представлял себе их… соединение, но и невероятно желал его. Постоянно испытывал жажду прикасаться и чувствовать, даже сейчас руки сами тянулись огладить тёплое тело, уютно устроившееся в его объятиях, а взгляд украдкой опускался на маленький тёмный сосок, виднеющийся в оттопыренном вороте рубахи. И на губы, чуть приоткрывшиеся и обдающие шею Шандира тёплым дыханием. Кстати, нижняя пухлее верхней…
Демон чуть склонил голову и легко потёрся щекой о губы мага, упругие, сухие и слегка обветренные. Безумие. Всего какая-то неделя, и… уже всё так усложнилось. Каким будет их путешествие? Что их ждёт? Точнее, что ждёт принца, если он привяжется к этому человеку? Если Яспе действительно настолько сильный чародей, как говорил, то его никогда не отдадут Сатори, что бы тот ни сделал, а другого… хочет ли он другого сопровождающего? Да и сможет ли теперь пойти на попятную, если Яс, ворвавшийся в его жизнь и перевернувший всё с ног на голову, уже так прочно обосновался в его мыслях? Наверное, это было чересчур быстро и странно, но… именно сейчас охотник понимал, как соскучился по нормальному общению, чьему-то обществу, теплу и уюту, вдобавок все эти чувства, нерастраченные, скопившиеся внутри… Тщательно возводимая им ледяная плотина явственно дала трещину.
— Шан… — губы под щекой Шандира шевельнулись. Он поднял голову и столкнулся взглядом с притягательно затуманенными со сна яшмовыми глазами. — Что такое? — сглотнув, сонно спросил чародей.
Демон изумился — неужели Серха почуял его беспокойство? — но внешне никак это не показал, лишь отстегнул от седла бурдюк с водой и дал его парню, подметив, что того мучает жажда.
«Уйди… не тронь… не смей!»
… если учесть, как беспомощен был чародей в тот свой приступ… наверное, Яспе бы просто оцепенел под ним, не в силах пошевелиться. Ужас… Охотник так растерялся, что очнулся лишь тогда, когда парень прошёл мимо, толкнув его плечом.
Расплатившись с тавернщиком, они вышли на залитый солнцем двор. Седлая жеребца, Шандир то и дело искоса поглядывал в сторону занимающегося тем же мага, но тот был непривычно замкнут и отрешён, за всё время не сказал ни слова и ни разу не посмотрел в сторону мужчины. И это невыносимо тяготило демона, который буквально разрывался, не зная, что думать и делать.
К счастью, именно в тот момент, когда отчаяние принца достигло апогея, человек сам сделал шаг навстречу. Сатори как раз сунул ногу в стремя, как вдруг услышал его голос:
— Слушай, — Яс недовольно глянул на него исподлобья, — можно я поеду с тобой, ну, обопрусь на тебя, а то… спина болит.
— Если ты думаешь, что так будет легче, то, конечно, садись.
Охотник без раздумий позволил чародею усесться в седло боком, закрепил поводья Ясова жеребца на луке седла своего верхового и осторожно сел позади. Привалившись к груди Шандира, Яспе положил голову ему на плечо, и демон, скосившись на него, заметил, что на лице спутника блаженство, а глаза прикрыты.
— Толкни, если усну, — парень зевнул, поёрзав и удобнее устроившись.
— Зачем? Как покинем город, можешь спокойно спать, — тихо сказал принц, аккуратно приобняв его одной рукой.
Таким образом они и выехали неспешно из квартала, а там и из города, задержавшись лишь ненадолго у ратуши, чтобы Сатори смог забрать свой меч.
В мыслях, душе и сердце мужчины творилась полная сумятица. Его мучало непонятное чувство вины, хотя он и сам бы не смог сказать, в чём именно чувствовал себя виноватым. Не было никаких доказательств его дурного поступка — маг доверчиво прижался к нему боком, тихонько посапывал, задремав, и не вздрагивал, когда охотник бессознательно сжимал его крепче. Значит, либо между ними всё случилось по согласию, либо… либо Серха настолько привык к насилию. Шандиру было больно так думать, больно за этого парня, и за него же до злого обидно, что его любовник так повёл себя после всего. Да пропади оно пропадом, он даже не вспомнил, что что-то было!
Вздохнув, демон повернул голову, будто бы невзначай мазнув подбородком по щеке чародея. Его любовник… И как же так вышло? Принц до конца надеялся, что сможет утерпеть, но… наверное, он никогда никого ещё не хотел столь страстно, чтобы темнело в глазах. Даже Ани не вызывал в нём таких ярких переживаний и таких жадных мечтаний, тут и не сравнить — абсолютно разные эмоции. И вообще, будь на месте Яспе какой-то другой человек… да такого бы не случилось! А если бы всё же и случилось, то этот человек уже валялся бы в каком-нибудь тёмном проулке с перерезанным горлом. В жизни Сатори было несколько людей, к которым он относился по-особенному, но разделение ложа… это уже слишком, о подобном и помыслить невозможно.
Однако в случае с Серхой всё было по-другому — охотник не просто представлял себе их… соединение, но и невероятно желал его. Постоянно испытывал жажду прикасаться и чувствовать, даже сейчас руки сами тянулись огладить тёплое тело, уютно устроившееся в его объятиях, а взгляд украдкой опускался на маленький тёмный сосок, виднеющийся в оттопыренном вороте рубахи. И на губы, чуть приоткрывшиеся и обдающие шею Шандира тёплым дыханием. Кстати, нижняя пухлее верхней…
Демон чуть склонил голову и легко потёрся щекой о губы мага, упругие, сухие и слегка обветренные. Безумие. Всего какая-то неделя, и… уже всё так усложнилось. Каким будет их путешествие? Что их ждёт? Точнее, что ждёт принца, если он привяжется к этому человеку? Если Яспе действительно настолько сильный чародей, как говорил, то его никогда не отдадут Сатори, что бы тот ни сделал, а другого… хочет ли он другого сопровождающего? Да и сможет ли теперь пойти на попятную, если Яс, ворвавшийся в его жизнь и перевернувший всё с ног на голову, уже так прочно обосновался в его мыслях? Наверное, это было чересчур быстро и странно, но… именно сейчас охотник понимал, как соскучился по нормальному общению, чьему-то обществу, теплу и уюту, вдобавок все эти чувства, нерастраченные, скопившиеся внутри… Тщательно возводимая им ледяная плотина явственно дала трещину.
— Шан… — губы под щекой Шандира шевельнулись. Он поднял голову и столкнулся взглядом с притягательно затуманенными со сна яшмовыми глазами. — Что такое? — сглотнув, сонно спросил чародей.
Демон изумился — неужели Серха почуял его беспокойство? — но внешне никак это не показал, лишь отстегнул от седла бурдюк с водой и дал его парню, подметив, что того мучает жажда.
Страница 21 из 65
