Оффендер ищет женщину, которая сможет родить ему ребёнка. Ищет своим излюбленным способом. Но найти её не так-то просто. К тому же охотники на нечисть тоже не дремлют и не позволят безликому монстру оставить потомство на «святой» земле. Встретит ли Оффендер ту единственную? Сможет ли её защитить? И что станет с их ребёнком?
Добавить в моё избранное
169 мин, 55 сек 17411
— Собирайте вещи и уезжайте.
Оффендер прочёл написанное и протянул листок Эмме.
— Отуар? Где это? — Спросила девушка.
— Франция. — Ответил маньяк.
Василиса вскарабкалась на дубовый ствол и вышла по нему через разбитое окно.
— Охотников можете не бояться. Их главный штаб разнёс Самаэль. Стадо не будет нападать без вожака.
Оффендер и Эмма переглянулись. Снова послышался выстрел. Пуля угодила в ягодицу маньяка.
— Это напоследок. Прощайте. — Сказала Василиса и ушла восвояси.
Эмма прижала бумажку с адресом к груди.
— Оффендер, я понимаю, что теперь ты ненавидишь меня и жалеешь время и усилия, потраченные впустую, но я тоже многого лишилась и многих потеряла и мне легче тебя понять. Если я и вправду что-то значу для тебя, то ты примешь и моего ребёнка. Мы поедем в Отуар и, может быть, даже полюбим друг друга.
Оффендер потрепал девушку по голове и грустно улыбнулся.
— Ладно, давай попробуем.
Эмма подняла чемодан и аккуратно взяла Оффендера за руку. Девушка и безликий исчезли, оставив навсегда старинное поместье и его тайны.
Асмодей с довольным видом грыз календарик с изображением Эйфелевой башни, что лежал на столе Линн.
Безликий в ту же секунду оказался у кровати девушки с сигаретой во рту. Несмотря на многочисленные тренинги для отцов, которые ему пришлось пройти, сейчас он не мог вспомнить ни единого совета. Он впал в ступор.
— Офф! — Вновь потребовала внимания Эмма, приподнимаясь на локтях.
— Чёрт, давай, я вызову скорую? — Предложил маньяк.
— Какая скорая?! Здесь и дорог толком нет! Господи, что делать…
— Ты, главное, не переживай… — Маньяк взял девушку за руку. — Здесь поблизости где-то был медпункт. Иди сюда.
Оффендер осторожно поднял Эмму на руки и быстро помчался вон из дома, в поисках медицинской помощи.
Маньяк нервно жевал край сигареты, шагая из угла в угол в коридоре приёмной. Медсестра осторожно коснулась его плеча, приглашая его сесть.
— Спасибо, дорогуша, но я просто физически не могу сидеть… Черт, я так не волновался уже лет пятьдесят…
— Может, дать вам успокоительного, мсье?
— Лучше проведайте мадам, с которой я пришёл.
— О, у неё всё хорошо. Родилась девочка, рост — 52 сантиметра, вес — 3300 грамм. Мы дали ей десятку по шкале АПГАР. Она единственная девочка с таким отличным развитием за последние месяцы.
Оффендер развернулся «лицом» к медсестре. И приказал ей впустить его в палату к Эмме и«их» дочери.
Эмма лежала на кушетке, прижимая окровавленный комочек плоти к своей груди.
Маньяк вошёл, наводя морок на акушера и медсестёр.
— Смотри, какая чудесная! — Со слезами на глазах прошептала Эмма.
Оффендер не решался брать ребёнка на руки. Он молча смотрел на девочку и пытался определить, какое же чувство испытывает его душа: неприязнь или великую радость. С одной стороны, он ждал этого ребёнка долгие годы, но с другой — это ведь не его родная кровь…
Заметив сомнение в движениях маньяка, Эмма обозлилась.
— Я так и знала, что всё будет именно так! Зачем ты вообще устроил этот цирк, растянувшийся практически на год? Оставил бы меня в моём городе, а не тащил бы сюда, за тридевять земель, чтобы посмотреть на мою дочь как на мусор! — Закричала она и на её крики прибежали санитары.
Маньяк растерянно вышел из палаты. Он был не в состоянии принимать решения и адекватно оценивать обстановку. Он вышел из помещения, сел на лавку под сиренью и закурил.
Отмахиваясь от сигаретного дыма, догнавшая его медсестра протянула ему листок со списком необходимых предметов.
— И это всё должно быть у неё завтра?! — Удивился мужчина.
— Вы должны были подготовить это за месяц до родов. Вас ведь предупреждали, мсье. Мы будем приходить регулярно и проверять, соблюдены ли все условия для ребёнка…
Безликий её не слушал. Сжимая листок в руках, он больше всего мечтал сейчас оказаться подальше от всего этого.
— Как вас зовут? — Спросил он у медсестры, которая смотрела на него сверху вниз.
— Нинель, мсье.
— Нинель, знаешь, это ведь не мой ребёнок. Не знаю как, но Эмме удалось запудрить мне мозги, и я не думал об этом всё это время. Но сейчас, глядя на девочку, я прекрасно осознаю, чьего чл… чьих рук это дело. Глаза, конечно, Эммы, но вот волосы и улыбка… Её отец — блондин, который спал с ней ещё до нашей встречи…
— О, мсье…
— Мне кажется, что я не смогу смотреть на неё как на дочь. Ведь она мне и не дочь…
— Мсье! Как вы можете так говорить! — Возмутилась Нинель, толкая Оффендера в плечо. — Эта бедная девочка ни в чём не виновата перед вами!
Оффендер прочёл написанное и протянул листок Эмме.
— Отуар? Где это? — Спросила девушка.
— Франция. — Ответил маньяк.
Василиса вскарабкалась на дубовый ствол и вышла по нему через разбитое окно.
— Охотников можете не бояться. Их главный штаб разнёс Самаэль. Стадо не будет нападать без вожака.
Оффендер и Эмма переглянулись. Снова послышался выстрел. Пуля угодила в ягодицу маньяка.
— Это напоследок. Прощайте. — Сказала Василиса и ушла восвояси.
Эмма прижала бумажку с адресом к груди.
— Оффендер, я понимаю, что теперь ты ненавидишь меня и жалеешь время и усилия, потраченные впустую, но я тоже многого лишилась и многих потеряла и мне легче тебя понять. Если я и вправду что-то значу для тебя, то ты примешь и моего ребёнка. Мы поедем в Отуар и, может быть, даже полюбим друг друга.
Оффендер потрепал девушку по голове и грустно улыбнулся.
— Ладно, давай попробуем.
Эмма подняла чемодан и аккуратно взяла Оффендера за руку. Девушка и безликий исчезли, оставив навсегда старинное поместье и его тайны.
Асмодей с довольным видом грыз календарик с изображением Эйфелевой башни, что лежал на столе Линн.
II. История Розалинды. 1
— Ооо… Офф! Оффендер! Боже! Кажется, началось! — Закричала испуганная Эмма, хватаясь за края простыни.Безликий в ту же секунду оказался у кровати девушки с сигаретой во рту. Несмотря на многочисленные тренинги для отцов, которые ему пришлось пройти, сейчас он не мог вспомнить ни единого совета. Он впал в ступор.
— Офф! — Вновь потребовала внимания Эмма, приподнимаясь на локтях.
— Чёрт, давай, я вызову скорую? — Предложил маньяк.
— Какая скорая?! Здесь и дорог толком нет! Господи, что делать…
— Ты, главное, не переживай… — Маньяк взял девушку за руку. — Здесь поблизости где-то был медпункт. Иди сюда.
Оффендер осторожно поднял Эмму на руки и быстро помчался вон из дома, в поисках медицинской помощи.
Маньяк нервно жевал край сигареты, шагая из угла в угол в коридоре приёмной. Медсестра осторожно коснулась его плеча, приглашая его сесть.
— Спасибо, дорогуша, но я просто физически не могу сидеть… Черт, я так не волновался уже лет пятьдесят…
— Может, дать вам успокоительного, мсье?
— Лучше проведайте мадам, с которой я пришёл.
— О, у неё всё хорошо. Родилась девочка, рост — 52 сантиметра, вес — 3300 грамм. Мы дали ей десятку по шкале АПГАР. Она единственная девочка с таким отличным развитием за последние месяцы.
Оффендер развернулся «лицом» к медсестре. И приказал ей впустить его в палату к Эмме и«их» дочери.
Эмма лежала на кушетке, прижимая окровавленный комочек плоти к своей груди.
Маньяк вошёл, наводя морок на акушера и медсестёр.
— Смотри, какая чудесная! — Со слезами на глазах прошептала Эмма.
Оффендер не решался брать ребёнка на руки. Он молча смотрел на девочку и пытался определить, какое же чувство испытывает его душа: неприязнь или великую радость. С одной стороны, он ждал этого ребёнка долгие годы, но с другой — это ведь не его родная кровь…
Заметив сомнение в движениях маньяка, Эмма обозлилась.
— Я так и знала, что всё будет именно так! Зачем ты вообще устроил этот цирк, растянувшийся практически на год? Оставил бы меня в моём городе, а не тащил бы сюда, за тридевять земель, чтобы посмотреть на мою дочь как на мусор! — Закричала она и на её крики прибежали санитары.
Маньяк растерянно вышел из палаты. Он был не в состоянии принимать решения и адекватно оценивать обстановку. Он вышел из помещения, сел на лавку под сиренью и закурил.
Отмахиваясь от сигаретного дыма, догнавшая его медсестра протянула ему листок со списком необходимых предметов.
— И это всё должно быть у неё завтра?! — Удивился мужчина.
— Вы должны были подготовить это за месяц до родов. Вас ведь предупреждали, мсье. Мы будем приходить регулярно и проверять, соблюдены ли все условия для ребёнка…
Безликий её не слушал. Сжимая листок в руках, он больше всего мечтал сейчас оказаться подальше от всего этого.
— Как вас зовут? — Спросил он у медсестры, которая смотрела на него сверху вниз.
— Нинель, мсье.
— Нинель, знаешь, это ведь не мой ребёнок. Не знаю как, но Эмме удалось запудрить мне мозги, и я не думал об этом всё это время. Но сейчас, глядя на девочку, я прекрасно осознаю, чьего чл… чьих рук это дело. Глаза, конечно, Эммы, но вот волосы и улыбка… Её отец — блондин, который спал с ней ещё до нашей встречи…
— О, мсье…
— Мне кажется, что я не смогу смотреть на неё как на дочь. Ведь она мне и не дочь…
— Мсье! Как вы можете так говорить! — Возмутилась Нинель, толкая Оффендера в плечо. — Эта бедная девочка ни в чём не виновата перед вами!
Страница 29 из 49
