Фандом: Гарри Поттер. Первая война (и не только) глазами Северуса Снейпа.
Добавить в моё избранное
110 мин, 0 сек 8759
— Кто, — Северус не выдержал и решил дать отпор — не позволять же какому-то, пусть и тому, к кому он был направлен лично Лордом, волшебнику безнаказанно издеваться над ним? — дал вам право оскорблять меня, мою мать, моих родственников?! — очень хотелось выхватить палочку и показать наглецу Круциатусом, что не всегда можно безнаказанно так просто кого-то травить, особенно, если этот кто-то Северус Снейп, принц-полукровка.
— Действительно, — собеседник изобразил изумление, — кто же мне дал возможность возмущаться, что мне, явно по ошибке, привели какого-то труса, а, полупринц-полусвинья?
— Я. Не. Трус! — нет, такое обращение спускать с рук было нельзя, и Северус, совсем уже разъярённый и взбесившийся, решил показать, что же за такое бывает, и сделал несколько шагов вперёд, на ходу нащупывая палочку, которую, естественно не догадался положить себе так, чтобы её можно было выхватить моментально, ведь шёл-то он в безопасное место! Вроде как. А вот хозяин помещения такой непредусмотрительностью, как оказалось, не страдал: он неожиданно ловко и быстро (чего сложно было ожидать от пожилого человека) сделал взмах своим орудием и невербально разоружил Снейпа, а следующим заклинанием бросил того на пол. Через доли секунды палочка Северуса была в его руках, но экзекуция закончена не была: на обезоруженного и теперь уже неопасного Снейпа словно опускались пудовые кулаки, принадлежащие неведомому (и невидимому) существу, всем смыслом существования которого были удары по скрючившемуся на полу телу. Через несколько таких ударов избиение закончилось, но и их хватило, чтобы выбить из Северуса дух и пыл.
— Да… Давненько не было у меня настолько жалкого противника, — волшебник засмеялся. — А теперь вот что я тебе скажу: Принцы никому не нужны, вот нахуй не сдались, и мне в особенности, — выплюнул он последние слова. — И возиться здесь с тобой и твоими комплексами никто не собирается, никому тут мелкие спиногрызы не нужны. Если что-то не нравится — возвращайся на дно, где и пребывал до этого.
Старик поднялся и постепенно стал приближаться к Снейпу. Теперь его можно было бы разглядеть более детально, но Северусу было не до этого — он просто лежал на полу, ему было мучительно больно, и он чувствовал себя униженным как никогда.
— Но всякие там принцы с помойки только в качестве мяса и годятся. Так вот, мальчик, — выделил собеседник последнее слово, — или как там тебя называли… Сопливус? Нюниус? — неожиданно произнесённое школьное, ненавистное ещё с первых курсов прозвище даже на секунду вывело из глубин отчаяния, поскольку не было понятно, откуда этот незнакомый волшебник вообще узнал такие факты. — А удивительно подходящее прозвище, кстати, — Северус разорвал бы говорящего на куски голыми руками, но сейчас у него получалось только лежать без сил и не пытался уже ничего предпринять. — Всё-таки, кое-что эти ваши «мародёры» видят достаточно точно, — принялся тем временем рассуждать незнакомец. — Так с чего ты решил, что такой неудачник, убегающий от реального мира и реальной жизни, в страну своих вымышленных принцев кому-то вообще нужен? Нет, может своей издохшей мамочке ты и был нужен, но… — он прервался на смех.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — выдавил Снейп, вне себя от ярости и унижения. — Лорд…
— Что Лорд? — волшебник издал смешок ещё раз. — В отличие от всяких сопливой мелюзги с раздутым самомнением, человек, обучавший некоторым аспектам тёмных искусств Лорда, имеет кое-какую значимость, — и снова рассмеялся. — И кстати, я понял, чего над тобой так… назовём это подшучиванием, — над ним издевались, а Снейп мог только скрежетать зубами от бессилия. — Над таким трусом, боящимся признать реальный мир, и неудачником отлично можно подтрунивать. Но нам здесь мальчики для битья не нужны, впрочем… — он как будто задумался. — Я тут подумал, что такому ничтожеству необязательно иметь палочку, — с этими словами он разломал палочку Северуса пополам, вызвав у того громкий стон, и тут же выпустил из своей волшебной палочки изумрудный огонек, сжигая обломки. — Так… Что я там ещё позабыл, не знаешь? — издеваясь, обратился он к поверженному Снейпу, но у того уже не осталось сил что-либо говорить. — Повторюсь, принцы-полукровки и прочие обитатели выдуманных миров мне здесь не нужны. А кому что-то не нравится, — он ещё раз сделал паузу, — тот может проваливать в ту помойку, из которой он вылез. Так что сейчас ты сгинешь с моих глаз долой, и больше, до следующего раза, у меня никаких принцев не появится. Лови ключ, — в Северуса что-то полетело, что он схватил чисто рефлекторно, но это не помешало ему перенестись обратно на пустырь, где его совсем недавно встречали с, как ему казалось, билетом в новую жизнь, где его наконец должны были оценить по достоинству.
Снова оказавшись снаружи, он долго не пытался подняться — просто лежал, перестав сдерживать рвущиеся наружу рыдания. Пожалуй, Мародёры в школе унижали его публично, когда им это удавалось, но они не делали этого так — да и палочку сломать им не приходило в голову.
— Действительно, — собеседник изобразил изумление, — кто же мне дал возможность возмущаться, что мне, явно по ошибке, привели какого-то труса, а, полупринц-полусвинья?
— Я. Не. Трус! — нет, такое обращение спускать с рук было нельзя, и Северус, совсем уже разъярённый и взбесившийся, решил показать, что же за такое бывает, и сделал несколько шагов вперёд, на ходу нащупывая палочку, которую, естественно не догадался положить себе так, чтобы её можно было выхватить моментально, ведь шёл-то он в безопасное место! Вроде как. А вот хозяин помещения такой непредусмотрительностью, как оказалось, не страдал: он неожиданно ловко и быстро (чего сложно было ожидать от пожилого человека) сделал взмах своим орудием и невербально разоружил Снейпа, а следующим заклинанием бросил того на пол. Через доли секунды палочка Северуса была в его руках, но экзекуция закончена не была: на обезоруженного и теперь уже неопасного Снейпа словно опускались пудовые кулаки, принадлежащие неведомому (и невидимому) существу, всем смыслом существования которого были удары по скрючившемуся на полу телу. Через несколько таких ударов избиение закончилось, но и их хватило, чтобы выбить из Северуса дух и пыл.
— Да… Давненько не было у меня настолько жалкого противника, — волшебник засмеялся. — А теперь вот что я тебе скажу: Принцы никому не нужны, вот нахуй не сдались, и мне в особенности, — выплюнул он последние слова. — И возиться здесь с тобой и твоими комплексами никто не собирается, никому тут мелкие спиногрызы не нужны. Если что-то не нравится — возвращайся на дно, где и пребывал до этого.
Старик поднялся и постепенно стал приближаться к Снейпу. Теперь его можно было бы разглядеть более детально, но Северусу было не до этого — он просто лежал на полу, ему было мучительно больно, и он чувствовал себя униженным как никогда.
— Но всякие там принцы с помойки только в качестве мяса и годятся. Так вот, мальчик, — выделил собеседник последнее слово, — или как там тебя называли… Сопливус? Нюниус? — неожиданно произнесённое школьное, ненавистное ещё с первых курсов прозвище даже на секунду вывело из глубин отчаяния, поскольку не было понятно, откуда этот незнакомый волшебник вообще узнал такие факты. — А удивительно подходящее прозвище, кстати, — Северус разорвал бы говорящего на куски голыми руками, но сейчас у него получалось только лежать без сил и не пытался уже ничего предпринять. — Всё-таки, кое-что эти ваши «мародёры» видят достаточно точно, — принялся тем временем рассуждать незнакомец. — Так с чего ты решил, что такой неудачник, убегающий от реального мира и реальной жизни, в страну своих вымышленных принцев кому-то вообще нужен? Нет, может своей издохшей мамочке ты и был нужен, но… — он прервался на смех.
— Ты ещё пожалеешь об этом, — выдавил Снейп, вне себя от ярости и унижения. — Лорд…
— Что Лорд? — волшебник издал смешок ещё раз. — В отличие от всяких сопливой мелюзги с раздутым самомнением, человек, обучавший некоторым аспектам тёмных искусств Лорда, имеет кое-какую значимость, — и снова рассмеялся. — И кстати, я понял, чего над тобой так… назовём это подшучиванием, — над ним издевались, а Снейп мог только скрежетать зубами от бессилия. — Над таким трусом, боящимся признать реальный мир, и неудачником отлично можно подтрунивать. Но нам здесь мальчики для битья не нужны, впрочем… — он как будто задумался. — Я тут подумал, что такому ничтожеству необязательно иметь палочку, — с этими словами он разломал палочку Северуса пополам, вызвав у того громкий стон, и тут же выпустил из своей волшебной палочки изумрудный огонек, сжигая обломки. — Так… Что я там ещё позабыл, не знаешь? — издеваясь, обратился он к поверженному Снейпу, но у того уже не осталось сил что-либо говорить. — Повторюсь, принцы-полукровки и прочие обитатели выдуманных миров мне здесь не нужны. А кому что-то не нравится, — он ещё раз сделал паузу, — тот может проваливать в ту помойку, из которой он вылез. Так что сейчас ты сгинешь с моих глаз долой, и больше, до следующего раза, у меня никаких принцев не появится. Лови ключ, — в Северуса что-то полетело, что он схватил чисто рефлекторно, но это не помешало ему перенестись обратно на пустырь, где его совсем недавно встречали с, как ему казалось, билетом в новую жизнь, где его наконец должны были оценить по достоинству.
Снова оказавшись снаружи, он долго не пытался подняться — просто лежал, перестав сдерживать рвущиеся наружу рыдания. Пожалуй, Мародёры в школе унижали его публично, когда им это удавалось, но они не делали этого так — да и палочку сломать им не приходило в голову.
Страница 4 из 31
