Тысяча шагов от входной двери

Однако, когда он повернулся в торговый зал, в нем все было в порядке — все книги были целыми и стояли на своих местах, нигде не было ни следа копоти, а пол был сухим и чистым.

— Ох…

Бернард закрыл магазин, поднялся в ванную и залез под горячий душ.

— Бернард! — очень громко и уверенно позвал его голос всего через пару минут.

— Что?!

— Газеты уже привезли.

— Да чтоб тебя! — возмутился Бернард и тут же ощутил покалывание в висках.

Хозяин вернулся и, судя по всему, был в полном порядке.

Глава 5

— А объясни-ка мне, умное нечто в моей голове, почему я должен всем этим заниматься? — спросил Бернард, разбирая целую кучу налоговых и бухгалтерских документов. — Мне, если ты помнишь, некогда было учиться менеджменту.

— Бернард, в этом нет ничего сложного.

— Нет ничего сложного?! Тогда давай, подскажи, что я должен писать во второй строке третьего раздела вот этой декларации!

— Найди ответ сам. Все получится. А у меня совсем другие задачи.

— Как я мог забыть.

Бернард поерзал на стуле, потер глаза и вернулся к изучению документов, искренне пытаясь в них разобраться.

Спустя полчаса он опять обратился к голосу:

— Мне надоел весь этот бизнес! Я заказываю книги, продаю их, общаюсь с покупателями, бухгалтером, налоговым инспектором, муниципалитетом… Насколько я помню, суть нашего соглашения заключалась в том, что ты не даешь мне умереть, а я читаю для тебя газеты. И все.

— Не совсем так. Я сильно уменьшаю вероятность твоей смерти в каждый конкретный день, а ты читаешь для меня газеты. Бизнес же нужен нам для маскировки. И все.

— Уменьшаешь вероятность моей смерти?! То есть она есть?

— Бернард, такая вероятность всегда есть. Сегодня, например, она после моего вмешательства составляет примерно два процента. Один возможный исход из пятидесяти. Это хорошие числа.

— А какие тогда нехорошие?

— Помнишь того странного молодого человека, который утром купил «Маленькую книжечку спокойствия»?

— Смутно.

— Его зовут Мэнни Бьянко, и у него сегодня вероятность смерти составляет, — голос на мгновение задумался, — шестьдесят восемь процентов. Это нехорошие числа.

Бернард вздрогнул и спросил:

— А ты можешь уменьшить его вероятность?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я все время занята уменьшением твоей.

— Как-то это жутко, — прокомментировал услышанное Бернард, возвращаясь к чтению документов. Документы не поддавались, потому что теперь он не мог перестать думать о «нехороших числах» молодого человека, который утром так стремился всего лишь найти душевный покой. У него наверняка были какие-то планы, он чего-то хотел, на что-то надеялся, но было два шанса из трех, что именно сегодня его жизнь закончится. А еще у него могли быть родители, милые пожилые люди, которые такое горе — потерю сына — вряд ли бы благополучно пережили…

— А ты можешь увеличить мою вероятность умереть, но повысить его шансы на выживание?

— Бернард, не говори ерунды. Законы времени работают по-другому.

— Я думал, ты скажешь, что я для тебя важен, а этот Мэнни Бьянко — нет.

— Люди на такие виды не делятся. Все важны, но каждый день в мире умирают тысячи живых существ, и тебе это безразлично. Возможная смерть Мэнни тебя тоже не должна волновать. Это вопрос вероятностей.

Бернард тяжело вздохнул, отчего в печени закололо. Голос был прав — ему нужно было сосредоточиться и перестать думать о каких бы то ни было вероятностях.

Впрочем, с Мэнни ничего непоправимого в тот день не случилось, хотя он и не догадывался, как ему повезло.

— Если ты захочешь принять Мэнни на работу и поселить его у нас, я не буду против, — сказал голос следующим утром.

— Не будешь против? Мэнни? Принять на работу? Поселить? Зачем?

— У тебя будет друг и помощник.

— Зачем мне помощник? Ты сама говорила, что я сам со всем справлюсь.

— Бернард, газет стало выходить все больше и больше. И интернет уже появился. Кто-то должен все это читать.

— Понятно. И долго он сможет жить здесь, в этом магазине, со мной — мрачным алкоголиком, с чем-то, живущим в голове?

— Это тоже вопрос вероятностей. Он может уйти завтра, может — через несколько лет. На эти вероятности ты как раз в состоянии повлиять. И, кстати, Бернард, я живу не в твоей голове. Ты только слышишь внутри нее мой голос. Который тоже не совсем голос.

Мэнни и Фрэн ушли из жизни Бернарда почти год назад, и он этот год провел в одиночестве, если не считать покупателей, которые почему-то продолжали и продолжали покупать эти дурацкие книги.

Мэнни три раза позвонил, Фрэн написала три открытки.

Теперь Бернард с каждым днем все острее чувствовал, как стремительно заканчивается его время.