Тысяча шагов от входной двери

Через пять минут Бернард дошел до кондитерской на углу квартала, а это значило, что тысяча шагов от входной двери была преодолена. Оставалось сделать еще двадцать, и можно было, наконец, войти в эту кондитерскую, которая была недоступна Бернарду все эти годы.

— Я это сделаю. Я туда войду, — обратился он к ТАРДИС, уже твердо зная, что она не ответит. — Я иду, — повторил Бернард, но так и остался стоять на тротуаре.

Он постоял еще с минуту, а потом ему вдруг стало так невыносимо страшно, что он повернулся и со всех ног побежал назад к магазину.

Бернард провел ужасную ночь, пытаясь хоть немного поспать в надежде, что, проснувшись утром, окажется в одном месте с Доктором. Однако и сон не шел, и панические мысли никуда не девались, и Доктор с ТАРДИС так и не появились.

Утром Бернард понял, что ему снова надо начинать продавать книги, потому что ни еды, ни денег в магазине не было. Он наскоро прибрался, поставил книги на полки, не особо заботясь о порядке и логике в их расстановке, кое-как привел себя в порядок и приготовился принимать покупателей. Покупатели не заставили себя долго ждать, и прежняя жизнь Бернарда вроде бы вернулась и пошла своим чередом, если бы не то состояние ужаса, в котором он теперь постоянно находился. Получалось, что либо он сошел с ума, либо его бросили в какой-то измененной реальности, где книжный магазин, в котором он проработал столько лет, всегда был самым обычным лондонским домом.

Три вечера подряд Бернард, все еще надеясь на то, что старые правила снова начали действовать и он это почувствует, пытался пересилить себя и пересечь границу тысячи шагов возле той кондитерской, но так и не смог преодолеть годами воспитанный страх и возвращался в магазин.

В четвертый вечер он решил пойти в другую сторону и, проходя мимо газетного киоска, вдруг зацепился взглядом за обложку толстого глянцевого журнала. На этой обложке на фоне звездного неба была изображена ТАРДИС в своем любимом образе синей полицейской будки. Бернард подумал, что это долгожданный знак, купил журнал и прочитал текст, напечатанный под ТАРДИС: «Приключения во времени и пространстве: новый сезон суперпопулярного сериала» Доктор Кто«успешно стартовал на BBC. Интервью с главным сценаристом читайте на пятой странице».

Глава 9

С приступом паники Бернарду удалось справиться довольно быстро. Во-первых, он не ощущал себя сумасшедшим, а себе он, в принципе, привык доверять. Кто-то явно хотел убедить его в том, что у него случился алкогольный делирий, но, насколько Бернард помнил из всех тех книг, которые ТАРДИС заставляла его читать, алкогольный делирий не вызывал таких масштабных изменений в памяти пациента, чтобы он аж забыл собственную мать (Бернард вспомнил этот скрипучий голос, кричащий на него из телефонной трубки, и его передернуло) и переписал девятнадцать лет своей жизни в соответствии с каким-то там телесериалом. Во-вторых, он сомневался в том, что у него может быть такая мощная фантазия, которая в измененном состоянии сознания позволила бы ему сочинить историю целого мира, где его книжный магазин являлся бы выдуманной телевизионным сценаристом инопланетной машиной. Нет, нет и еще раз нет. Доктор и ТАРДИС были реальными, и никакой, даже самый толстый и самый глянцевый журнал, продаваемый в Великобритании, не смог бы заставить Бернарда считать как-то иначе.

Он шел в магазин и думал. Думал так усиленно, что ему казалось — его мозг сейчас закипит. Бернард не любил смотреть телевизор. ТАРДИС настаивала только на внимательнейшем просмотре новостных программ, и он относился к этому как к работе, а не как к развлечению. Фильмы, сериалы, спорт, музыка и вообще все, что предлагало телевидение помимо новостей, были для него в основном фоном для вечерней дремы в кресле. Получалось, что неизвестный злодей, который отправил Бернарда в эту реальность-без-настоящего-Доктора, плохо его знал, потому что глубоко проникнуть в его воспоминания не мог. Этот в общем-то недостаточно логически обоснованный вывод должен был привести к решению проблемы неправильного мира, но Бернард еще не понимал, каким именно образом.

Вопросов было много, а ответов не было вообще. Что это за мир: галлюцинация, сон, наваждение или виртуальная реальность? Действуют ли в этом мире хоть какие-нибудь старые правила или нужно следовать новым, которые еще предстоит узнать? Что делать дальше: смириться и ждать или бороться и искать выход?

Так ничего и не решив, он дошел до магазина.

Возле витрины стояла Фрэн и пыталась что-то рассмотреть внутри сквозь пыльное стекло.

— Добрый вечер! — церемонно сказал Бернард и даже слегка поклонился. — Никто не открывает, да?

— Да, — улыбнувшись, ответила Фрэн. — Я слышала, что хозяина уже четыре дня как выписали из больницы, а он все не звонит и не заходит. Вот я и заволновалась.