Фандом: Ориджиналы. Племя номадов Цеплин смело движется вглубь вулканической пустыни навстречу своей судьбе. Неизбежность то ли таится в глубоких ущельях впереди, то ли упрямо идёт по следу, создавая новых монстров.
Добавить в моё избранное
438 мин, 29 сек 10338
Нора подняла взгляд и прищурилась: перед ней стоял молодой неопрятный мужчина, чьего имени она не помнила, но с трудом узнала в нем одного из семьи Марк-Марин.
— Извини, я не помню всех ваших по именам, — сказала она. — Как они выглядят?
— Грег — мой младший брат. Похож на меня, только пошире в плечах и нос картошкой. Люси — его дочка, посимпатичнее папаши будет. Они часто играют с вашим Дабом.
Девочку Нора вспомнила — мама никогда не одобряла их дружбы с Дабом и Майей. Она покачала головой.
— Я только недавно встала, и их не видела. Спросите моих родителей, они вон там, подлатывают вагончик.
— Может, вчера вечером? — настойчиво уточнил незнакомец из Марк-Марин. — Мы пытаемся понять, ночевали ли они в лагере.
Нора пожала плечами.
— Не видела их вчера. Разве что Люси, кажется, ходила со старшими за водой, но я не помню точно.
Мужчина досадливо поджал губы и махнул рукой.
Уже через час Нора чувствовала себя почти здоровой, но мама всё равно не позволила ей принять участие в общей работе. К приготовлению еды она также не была допущена, поскольку могла кого-нибудь заразить, и потому была вынуждена коротать время в одиночестве у костра, лишь в компании горячей имбирной настойки.
Она издалека наблюдала за суетой в лагере: Люси и Грега так и не нашли, и начали подозревать, что они заблудились в пустыне. Ближе к вечеру, когда стемнело, старейшина позволил использовать сигнальные ракеты: их видно издалека, и они помогли бы потерявшимся найти путь домой. Сигнал подавали каждый час, и, если бы не тревожная причина для их использования, Нора восхитилась бы красотой ярко-оранжевого пламени, расцветающего высоко в небе… Это была технология номадов Зипс, которую они очень трепетно берегли в тайне от чужаков и каждый образец продавали очень дорого… Но уже не раз эти штуки спасали беспечных Цеплин, заплутавших в однообразном скалистом ландшафте.
Мать заставила Нору отправиться спать пораньше, и сидела рядом, пока та не заснула. Если двое из Марк-Марин будут завтра еле волочить ноги, то только по их собственной вине. Нора же должна быть здоровой и сильной, ей это важнее, чем кому-либо ещё в племени Цеплин.
На следующее утро объявили, что путешествие пока что приостанавливается. Люси и Грег так и не вернулись, и старейшины решили дать им еще один день. В лагере назревало беспокойство — у Марин всегда были проблемы с дисциплиной, а теперь ещё это. Погода стояла хорошая, идеально подходящая для перехода через Маковое Плато, и каждый час вынужденного простоя приближал семью Марк-Марин к статусу «нон грата». Несколько групп взрослых мужчин отправились на поиски следов. Вместе с недовольством у некоторых зрело и беспокойство: могло произойти что-то действительно нехорошее. Нора упорно гнала от себя дурные мысли, и чтобы хоть чем-то отвлечься, уговаривала отца взять её с собой на поиски. Но тот отказывался напрочь, особенно после того, как Майя спросила необдуманно:
— Может, их съели грифоны?
— Глупая, грифоны не едят людей, — раздраженно сказал Даб. — Они охотятся на яков и оленей.
— Откуда в пустыне олени? — невинно спросила Майя. — Здесь же нет травы и деревьев.
— Грифоны летают за оленями в лес, — пояснил Даб. — А здесь они просто живут, чтобы не попадаться хищникам покрупнее.
Майя понимающе покачала головой, но больше ничего не сказала. Возможно, она рассуждала, какие такие более крупные хищники могут быть опасны для грифонов, и не сообразят ли эти хищники, что грифонов надо искать в пустыне, но вслух больше ни о чём не спрашивала. Нора понимала, что не стоит опасаться всерьез детских догадок, но отец почему-то стал более мрачным после этой небольшой беседы.
Мама осталась утешать обеспокоенную Майю, а отец с другими взрослыми отправился в сторону гейзера — возможно, именно там отстали от всех Грег и Люси.
Хвостик вернулась ближе к вечеру — грязная, уставшая и всё такая же нервозная. Нора причесала её и тайком от мамы дала пару костей. Она с толком и расстановкой объяснила псине, что если она не угомонится, ночевать ей придется с родителями. Трудно сказать, намотала ли та информацию на ус, но возиться перестала, и, казалось, даже как-то приуныла. Нет, если они не отправятся через Плато завтра, точно нужно будет сходить с Хвостик на пару миль на север и заставить её вернуться в лес, пока ещё не поздно.
Следующей ночью старейшина запретил жечь сигнальные летучки, но велел соорудить возвышение из тонких металлических планок, собрать на верхней его части хворост и поджигать каждый час. Его, конечно, будет видно хуже, чем летучку, но если тот, кто ищет путь домой, будет не дальше трёх миль, он ее увидит. Нора старалась не думать о том, какие шансы дает совет старейшин тем, кто ушёл дальше, чем на три мили. И ещё один день племени предстояло оставаться на месте.
— Эй, куда это ты собралась?
— Извини, я не помню всех ваших по именам, — сказала она. — Как они выглядят?
— Грег — мой младший брат. Похож на меня, только пошире в плечах и нос картошкой. Люси — его дочка, посимпатичнее папаши будет. Они часто играют с вашим Дабом.
Девочку Нора вспомнила — мама никогда не одобряла их дружбы с Дабом и Майей. Она покачала головой.
— Я только недавно встала, и их не видела. Спросите моих родителей, они вон там, подлатывают вагончик.
— Может, вчера вечером? — настойчиво уточнил незнакомец из Марк-Марин. — Мы пытаемся понять, ночевали ли они в лагере.
Нора пожала плечами.
— Не видела их вчера. Разве что Люси, кажется, ходила со старшими за водой, но я не помню точно.
Мужчина досадливо поджал губы и махнул рукой.
Уже через час Нора чувствовала себя почти здоровой, но мама всё равно не позволила ей принять участие в общей работе. К приготовлению еды она также не была допущена, поскольку могла кого-нибудь заразить, и потому была вынуждена коротать время в одиночестве у костра, лишь в компании горячей имбирной настойки.
Она издалека наблюдала за суетой в лагере: Люси и Грега так и не нашли, и начали подозревать, что они заблудились в пустыне. Ближе к вечеру, когда стемнело, старейшина позволил использовать сигнальные ракеты: их видно издалека, и они помогли бы потерявшимся найти путь домой. Сигнал подавали каждый час, и, если бы не тревожная причина для их использования, Нора восхитилась бы красотой ярко-оранжевого пламени, расцветающего высоко в небе… Это была технология номадов Зипс, которую они очень трепетно берегли в тайне от чужаков и каждый образец продавали очень дорого… Но уже не раз эти штуки спасали беспечных Цеплин, заплутавших в однообразном скалистом ландшафте.
Мать заставила Нору отправиться спать пораньше, и сидела рядом, пока та не заснула. Если двое из Марк-Марин будут завтра еле волочить ноги, то только по их собственной вине. Нора же должна быть здоровой и сильной, ей это важнее, чем кому-либо ещё в племени Цеплин.
На следующее утро объявили, что путешествие пока что приостанавливается. Люси и Грег так и не вернулись, и старейшины решили дать им еще один день. В лагере назревало беспокойство — у Марин всегда были проблемы с дисциплиной, а теперь ещё это. Погода стояла хорошая, идеально подходящая для перехода через Маковое Плато, и каждый час вынужденного простоя приближал семью Марк-Марин к статусу «нон грата». Несколько групп взрослых мужчин отправились на поиски следов. Вместе с недовольством у некоторых зрело и беспокойство: могло произойти что-то действительно нехорошее. Нора упорно гнала от себя дурные мысли, и чтобы хоть чем-то отвлечься, уговаривала отца взять её с собой на поиски. Но тот отказывался напрочь, особенно после того, как Майя спросила необдуманно:
— Может, их съели грифоны?
— Глупая, грифоны не едят людей, — раздраженно сказал Даб. — Они охотятся на яков и оленей.
— Откуда в пустыне олени? — невинно спросила Майя. — Здесь же нет травы и деревьев.
— Грифоны летают за оленями в лес, — пояснил Даб. — А здесь они просто живут, чтобы не попадаться хищникам покрупнее.
Майя понимающе покачала головой, но больше ничего не сказала. Возможно, она рассуждала, какие такие более крупные хищники могут быть опасны для грифонов, и не сообразят ли эти хищники, что грифонов надо искать в пустыне, но вслух больше ни о чём не спрашивала. Нора понимала, что не стоит опасаться всерьез детских догадок, но отец почему-то стал более мрачным после этой небольшой беседы.
Мама осталась утешать обеспокоенную Майю, а отец с другими взрослыми отправился в сторону гейзера — возможно, именно там отстали от всех Грег и Люси.
Хвостик вернулась ближе к вечеру — грязная, уставшая и всё такая же нервозная. Нора причесала её и тайком от мамы дала пару костей. Она с толком и расстановкой объяснила псине, что если она не угомонится, ночевать ей придется с родителями. Трудно сказать, намотала ли та информацию на ус, но возиться перестала, и, казалось, даже как-то приуныла. Нет, если они не отправятся через Плато завтра, точно нужно будет сходить с Хвостик на пару миль на север и заставить её вернуться в лес, пока ещё не поздно.
Следующей ночью старейшина запретил жечь сигнальные летучки, но велел соорудить возвышение из тонких металлических планок, собрать на верхней его части хворост и поджигать каждый час. Его, конечно, будет видно хуже, чем летучку, но если тот, кто ищет путь домой, будет не дальше трёх миль, он ее увидит. Нора старалась не думать о том, какие шансы дает совет старейшин тем, кто ушёл дальше, чем на три мили. И ещё один день племени предстояло оставаться на месте.
— Эй, куда это ты собралась?
Страница 5 из 120
