Фандом: Ориджиналы. Племя номадов Цеплин смело движется вглубь вулканической пустыни навстречу своей судьбе. Неизбежность то ли таится в глубоких ущельях впереди, то ли упрямо идёт по следу, создавая новых монстров.
Добавить в моё избранное
438 мин, 29 сек 10499
— У меня повозка не такая большая, в неё влезет только самое необходимое снаряжение.
— Сейчас зима, — сказала Нора. — Предполагается, что я буду нести её на себе.
— Найдём тебе что-нибудь покомпактнее, — непреклонно отрезал Арпад. — Лучше бы тебе быть похожей на человека и не привлекать лишнего внимания.
После недолгого спора Балли осталась в хранилище протектората, а Хвостик всё-таки отправилась с ними. Против последней Арпад и не возражал: если череп действительно был амулетом, предупреждающим о гемофилах, пользу его трудно было переоценить. Зимнюю одежду и обувь для Норы подобрали из запасов гильдии охотников — отдел снабжения пошёл на это только после того, как Арпад пообещал, что стоимость вещей будет выплачена из её доли за пирокрота. После этого они отправились к Людвигу и сообщили, что будут участвовать в охоте, а поскольку команда собиралась выступать только назавтра, остаток дня они были свободны.
Арпад повел девчонку в трактир, и они сняли две комнаты. Чем будет заниматься Нора, ему было неинтересно, а вот ему самому нужно было собраться с мыслями. Последние дни принёсли слишком много неожиданных и неприятных сюрпризов.
Он достал из сумки несколько припасённых деревянных брусков и задумался. Он не знал, что собирается вырезать, но руки так и чесались. У него был выбор между разными оттенками цветов дерева, но он уже знал, что выберет либо самый светлый, либо самый тёмный — сейчас не время для полутонов.
Рызеда, гнусная тварь, теперь буквально живёт в нем. Конечно, он сам виноват в своём невежестве, но ведь даже Агил Лесет, который, хоть и знал, что это за демон, не предусмотрел последствий погружения в его разрыв. Или — может ли быть такое? — предусмотрел, но позволил этому случиться? Арпад потряс головой — нет, в этом нет смысла. Такая жестокость должна быть оправдана хоть каким-то мотивом, а какой мотив мог быть тут у Лесета? «Нельзя быть таким параноиком, Арпад, это первый шаг к потере контроля над страхом».
Его рука сама собой потянулась к самому тёмному бруску. Следующим шагом станут рассуждения о Фирмине и драконе. Он, конечно, крепкий парень даже без своей волчьей стороны, но, если он вдруг будет ранен, то не сможет быстро залечить травмы, потому что не может обращаться в отсутствие своего вожака. Чисто номинально, для гильдии и других охотников, вожаком Фирмина был Арпад. Но лишь они двое знали, как дела обстоят на самом деле: Фирмин был сам себе голова. Он мог неплохо контролировать себя, но люди не доверяли свободным волкам, считали их непредсказуемыми и опасными. Поэтому при всех Фаркаши притворялись, будто Арпад контролирует волчью форму. Так что Фирмину тоже не надо, чтобы брат потерял над собой контроль. Арпад выбрал один из самых светлых брусков и стал ковырять его ножом, придавая форму, пока ещё неясно какую.
В общем, надо соблюдать осторожность. А позже как-нибудь найти способ контролировать себя. Возможно, со временем, когда вся эта история немного забудется, страх перед страхом тоже уменьшится. А пока что Арпад изо всех сил отвлекал себя, чтобы не зацикливаться на неприятностях. Через несколько часов он посмотрел на то, что получалось в его руках, и решил, что будет ферзь. Он велел трактирщику подать завтрак на рассвете, и завалился спать в свою комнату.
Посреди ночи его разбудила боль. Лёгкая, почти незаметная, даже больше похожая на зуд — на левом запястье. Арпад поглядел на свою руку и обнаружил кожаный браслет, парный к тому, который носила его подопечная. Вот, значит, как, убежать решила… Что ж, пусть попытается. Арпад перевернулся на другой бок и тяжело вздохнул. Тоже ещё нашёл себе повод для беспокойства. Ну почему было не отказаться от этой «почётной» миссии?
Боль в запястье стала сильнее, значит, Нора всё же пыталась отдалиться ещё больше. Единственное, что утешало — её боль была в десятки раз сильнее. Скоро она успокоится и вернётся в свою комнату. Арпад принципиально не хотел следовать за ней и читать нотации — пусть она пока что не знает, что он в курсе её попытки сбежать.
До фермы Йеглис можно было добраться за несколько часов. Семь охотников и две повозки со снаряжением: большинство из присутствующих уже охотились на пирокрота раньше. В последнее время, когда фермеры начали злоупотреблять азотсодержащими удобрениями, эти гады начали появляться чаще. Даже странно, что у Йеглис пирокрот завелся только сейчас: кроме удобрений у них был в избытке ещё один ингредиент, нужный пирокротам для выработки своего охотничьего инструмента — сало. Они держали свиней, хотя в последнее время поголовье сильно уменьшилось.
— Разве кроты едят не червей? — спросила Нора. Она вела себя как ни в чем ни бывало — словно и не пыталась ночью сбежать, несколько часов мучая Арпада неприятными ощущениями.
— Эти — нет, — сказал Кармер, который лично участвовал в охоте и не испытывал никаких предубеждений против Чудовища Цеплин. Как и остальные члены команды, впрочем.
— Сейчас зима, — сказала Нора. — Предполагается, что я буду нести её на себе.
— Найдём тебе что-нибудь покомпактнее, — непреклонно отрезал Арпад. — Лучше бы тебе быть похожей на человека и не привлекать лишнего внимания.
После недолгого спора Балли осталась в хранилище протектората, а Хвостик всё-таки отправилась с ними. Против последней Арпад и не возражал: если череп действительно был амулетом, предупреждающим о гемофилах, пользу его трудно было переоценить. Зимнюю одежду и обувь для Норы подобрали из запасов гильдии охотников — отдел снабжения пошёл на это только после того, как Арпад пообещал, что стоимость вещей будет выплачена из её доли за пирокрота. После этого они отправились к Людвигу и сообщили, что будут участвовать в охоте, а поскольку команда собиралась выступать только назавтра, остаток дня они были свободны.
Арпад повел девчонку в трактир, и они сняли две комнаты. Чем будет заниматься Нора, ему было неинтересно, а вот ему самому нужно было собраться с мыслями. Последние дни принёсли слишком много неожиданных и неприятных сюрпризов.
Он достал из сумки несколько припасённых деревянных брусков и задумался. Он не знал, что собирается вырезать, но руки так и чесались. У него был выбор между разными оттенками цветов дерева, но он уже знал, что выберет либо самый светлый, либо самый тёмный — сейчас не время для полутонов.
Рызеда, гнусная тварь, теперь буквально живёт в нем. Конечно, он сам виноват в своём невежестве, но ведь даже Агил Лесет, который, хоть и знал, что это за демон, не предусмотрел последствий погружения в его разрыв. Или — может ли быть такое? — предусмотрел, но позволил этому случиться? Арпад потряс головой — нет, в этом нет смысла. Такая жестокость должна быть оправдана хоть каким-то мотивом, а какой мотив мог быть тут у Лесета? «Нельзя быть таким параноиком, Арпад, это первый шаг к потере контроля над страхом».
Его рука сама собой потянулась к самому тёмному бруску. Следующим шагом станут рассуждения о Фирмине и драконе. Он, конечно, крепкий парень даже без своей волчьей стороны, но, если он вдруг будет ранен, то не сможет быстро залечить травмы, потому что не может обращаться в отсутствие своего вожака. Чисто номинально, для гильдии и других охотников, вожаком Фирмина был Арпад. Но лишь они двое знали, как дела обстоят на самом деле: Фирмин был сам себе голова. Он мог неплохо контролировать себя, но люди не доверяли свободным волкам, считали их непредсказуемыми и опасными. Поэтому при всех Фаркаши притворялись, будто Арпад контролирует волчью форму. Так что Фирмину тоже не надо, чтобы брат потерял над собой контроль. Арпад выбрал один из самых светлых брусков и стал ковырять его ножом, придавая форму, пока ещё неясно какую.
В общем, надо соблюдать осторожность. А позже как-нибудь найти способ контролировать себя. Возможно, со временем, когда вся эта история немного забудется, страх перед страхом тоже уменьшится. А пока что Арпад изо всех сил отвлекал себя, чтобы не зацикливаться на неприятностях. Через несколько часов он посмотрел на то, что получалось в его руках, и решил, что будет ферзь. Он велел трактирщику подать завтрак на рассвете, и завалился спать в свою комнату.
Посреди ночи его разбудила боль. Лёгкая, почти незаметная, даже больше похожая на зуд — на левом запястье. Арпад поглядел на свою руку и обнаружил кожаный браслет, парный к тому, который носила его подопечная. Вот, значит, как, убежать решила… Что ж, пусть попытается. Арпад перевернулся на другой бок и тяжело вздохнул. Тоже ещё нашёл себе повод для беспокойства. Ну почему было не отказаться от этой «почётной» миссии?
Боль в запястье стала сильнее, значит, Нора всё же пыталась отдалиться ещё больше. Единственное, что утешало — её боль была в десятки раз сильнее. Скоро она успокоится и вернётся в свою комнату. Арпад принципиально не хотел следовать за ней и читать нотации — пусть она пока что не знает, что он в курсе её попытки сбежать.
До фермы Йеглис можно было добраться за несколько часов. Семь охотников и две повозки со снаряжением: большинство из присутствующих уже охотились на пирокрота раньше. В последнее время, когда фермеры начали злоупотреблять азотсодержащими удобрениями, эти гады начали появляться чаще. Даже странно, что у Йеглис пирокрот завелся только сейчас: кроме удобрений у них был в избытке ещё один ингредиент, нужный пирокротам для выработки своего охотничьего инструмента — сало. Они держали свиней, хотя в последнее время поголовье сильно уменьшилось.
— Разве кроты едят не червей? — спросила Нора. Она вела себя как ни в чем ни бывало — словно и не пыталась ночью сбежать, несколько часов мучая Арпада неприятными ощущениями.
— Эти — нет, — сказал Кармер, который лично участвовал в охоте и не испытывал никаких предубеждений против Чудовища Цеплин. Как и остальные члены команды, впрочем.
Страница 58 из 120
