Фандом: Ориджиналы. Терпение и труд все перетрут.
Добавить в моё избранное
2 мин, 11 сек 14399
Девочке покупают обувь. Со шнурками. Она хочет воспротивиться — вместо аккуратных бантиков у нее вечно получаются два узла и длинные концы, которые она тщетно пытается заправить под язычок. Или идет так, рискуя наступить и упасть. «Как они это делают?» — спрашивает себя девочка, глядя, как под пальцами взрослых не только шнурки, но и веревочки, пояса и даже галстуки складываются в аккуратные узлы.
Члены семьи молча помогают ей обуваться — стараясь показать, но не более. У них нет времени. Девочка буквально кожей чувствует их недовольство — еще бы, все дети могут, а она нет. Нормальные дети. Девочка злится. Злится на собственную беспомощность, слабые пальцы и тупое воображение. А взрослые не подозревают, что одного «показать» слишком мало. Потому что девочка — левша, в то время как все остальные — правши.
Проблему решает дедушка. Он служил во флоте, знает несколько морских узлов… Но это не главное. Главное, что он может объяснить, как завязываются эти узлы. И не только эти. Как завязываются чертовы бантики и плетутся косички, он может объяснить тоже. На растерзание отдается все, что может быть аналогом шнурков, но с чем проще работать — пояса от халатов, не очень толстые проволоки в мягкой изоляции, достаточно длинные обрезки бечевки и веревок. Девочка в восторге.
Дедушка раз за разом объясняет процесс. Показывает — снова и снова. С разных сторон. Разными способами. Да, он не представляет образ мыслей левши, но он старается контролировать каждый шаг, чтобы дать возможность девочке понять технологию и отследить ошибки.
И у них все получается. Первые бантики выходят хлипкими и вряд ли удержатся на скользких синтетических шнурках, но девочка уже поняла, как нужно делать. Остальное — вопрос практики.
Спустя годы девочка с теплотой вспоминает то время. Она знает, что женская половина семьи не смогла бы объяснить так — с точки зрения инженера. Ей нравится завязывать узлы — теперь уже по картинкам. Это совсем легко — просто отзеркалить процесс, показанный для правши. Впрочем, правой рукой девочка тоже может — не так хорошо, как левой, но, чтобы разобраться, вполне хватит. А потом все равно делает по-своему — просто потому, что так привычнее. И улыбается.
Дедушка научил ее не только завязывать бантики — а теперь девочка может завязать их абсолютно на любых шнурках — коротких и длинных, скользких и не очень… И они никогда не развязываются раньше времени — держатся столько, сколько нужно. Бытовые мелочи — всегда самое сложное. Поменять лампочку, подкрутить разболтавшийся шуруп, подклеить отслаивающийся краешек декора — без этого жизнь немыслима. Даже в самой современной квартире. А то, что это отнюдь не женская работа — дело десятое, ведь и специальность девочка выбрала не женскую.
Единственное, с чем девочка не так и не научилась справляться — собственные волосы. Косички никогда не получаются ровными, а хвостики — пропорциональными. Пределом остается туго свернутый пучок на затылке или пара невидимок с одной стороны.
Члены семьи молча помогают ей обуваться — стараясь показать, но не более. У них нет времени. Девочка буквально кожей чувствует их недовольство — еще бы, все дети могут, а она нет. Нормальные дети. Девочка злится. Злится на собственную беспомощность, слабые пальцы и тупое воображение. А взрослые не подозревают, что одного «показать» слишком мало. Потому что девочка — левша, в то время как все остальные — правши.
Проблему решает дедушка. Он служил во флоте, знает несколько морских узлов… Но это не главное. Главное, что он может объяснить, как завязываются эти узлы. И не только эти. Как завязываются чертовы бантики и плетутся косички, он может объяснить тоже. На растерзание отдается все, что может быть аналогом шнурков, но с чем проще работать — пояса от халатов, не очень толстые проволоки в мягкой изоляции, достаточно длинные обрезки бечевки и веревок. Девочка в восторге.
Дедушка раз за разом объясняет процесс. Показывает — снова и снова. С разных сторон. Разными способами. Да, он не представляет образ мыслей левши, но он старается контролировать каждый шаг, чтобы дать возможность девочке понять технологию и отследить ошибки.
И у них все получается. Первые бантики выходят хлипкими и вряд ли удержатся на скользких синтетических шнурках, но девочка уже поняла, как нужно делать. Остальное — вопрос практики.
Спустя годы девочка с теплотой вспоминает то время. Она знает, что женская половина семьи не смогла бы объяснить так — с точки зрения инженера. Ей нравится завязывать узлы — теперь уже по картинкам. Это совсем легко — просто отзеркалить процесс, показанный для правши. Впрочем, правой рукой девочка тоже может — не так хорошо, как левой, но, чтобы разобраться, вполне хватит. А потом все равно делает по-своему — просто потому, что так привычнее. И улыбается.
Дедушка научил ее не только завязывать бантики — а теперь девочка может завязать их абсолютно на любых шнурках — коротких и длинных, скользких и не очень… И они никогда не развязываются раньше времени — держатся столько, сколько нужно. Бытовые мелочи — всегда самое сложное. Поменять лампочку, подкрутить разболтавшийся шуруп, подклеить отслаивающийся краешек декора — без этого жизнь немыслима. Даже в самой современной квартире. А то, что это отнюдь не женская работа — дело десятое, ведь и специальность девочка выбрала не женскую.
Единственное, с чем девочка не так и не научилась справляться — собственные волосы. Косички никогда не получаются ровными, а хвостики — пропорциональными. Пределом остается туго свернутый пучок на затылке или пара невидимок с одной стороны.
