Фандом: Гарри Поттер. Требуется слишком много любви, что бы оставить любимых в покое.
Добавить в моё избранное
30 мин, 55 сек 10898
Как странно…
Под щекой не ощущалось мягкого постельного белья. Не было тихого тиканья часов — подарка Гарри и Рона. И запахи совсем неправильные. Пряные — это травы, горькие — толченые корни вербены и ландышей. Но в моей комнате совсем по-другому пахнет! А вот профессор Снейп вчера готовил зелье бодрости…
Я резко села и во все глаза уставилась на окружающие меня предметы. Вокруг были стены из плотного материала, который переливался и мерцал. Такое впечатление, что меня посадили в банку или стеклянный куб. Все такое огромное и мрачное. Я же ощущаю себя совсем малышкой.
— Вы проснулись, мисс Грейнджер? — раздался откуда-то сверху голос зельевара.
Я запрокинула голову. Немыслимо! Нет, нет, нет. Этого не может быть на самом деле. Огромная голова Снейпа с ужасным крючковатым носом мне точно снится.
— Мисс Грейнджер, вы меня слышите? — настойчиво вопрошал великан, сверля меня недобрым взглядом.
— Д-да, сэр, — пробормотала я, совершенно ничего не понимая.
Какой-то гротескный кошмар, честное слово! Я перезанималась. Точно. Гарри был тысячу раз прав, говоря, что чтение по ночам до добра не доведет. Иначе бы мне не снились говорящие головы.
— Замечательно, просто замечательно.
И с этими словами в поле моего зрения возникла гигантских размеров длань, которая опускалась вниз с явным намерением вытащить меня из куба. Я испугано пискнула и отпрянула в сторону. Что-то мне совершенно не хочется подниматься наверх. Да и не похоже это все на сон. Во сне не может быть холодно, а нога не затекает от долгого сидения, верно?
Вот только моим мнением никто не поинтересовался. Вытащили и поднесли поближе к лицу, рассматривая с любопытством.
— Профессор, я сейчас сплю? — робко спросила я.
— Нет, — невозмутимо ответил зельевар.
Влипла!
Все оказалось даже хуже, чем я думала. Мой вчерашний эксперимент дал неожиданный результат: я себя… клонировала? Но — вот незадача! — немного промахнулась с размерами. Раз в шестьдесят всего. Более того, мое настоящее тело находилось в состоянии то ли комы, то ли глубокого сна. Жило, дышало, но совершенно не реагировало на внешние раздражители. Бедная Джинни! Она чуть с ума не сошла, пытаясь меня разбудить. Хорошо еще, что сразу обратилась за помощью к мадам Помфри, а та определила, что моей жизни ничего не угрожает. Профессор Снейп же был так любезен, что объяснил всем причину моего состояния. И продемонстрировал меня, кутающуюся в наспех наколдованную хламиду. Клонировала-то я только тело, ни на миг не задумавшись об одежде. О палочке я тоже забыла, так что теперь была совсем беспомощной.
Не помню, чтобы еще хоть раз в жизни чувствовала такой стыд. Все рассматривали меня с нездоровым любопытством и хотели подержать в руках, словно я вещь. Я же крепко, как клещ, вцепилась в пальцы зельевара. Он усмехнулся, заметив, что я ищу у него защиты. Но промолчал, продолжая показывать меня всем издали. Уж лучше бы накричал или отработку назначил, честное слово. А то чувствую себя уродцем из бродячего цирка. И это ужасно раздражает. Типично для Снейпа: выставить кого-то на всеобщее обозрение, что бы объект в полной мере прочувствовал свою ничтожность.
Когда ажиотаж немного утих, профессор вернулся назад в лабораторию, аккуратно опустил меня на стол, а сам сел в кресло. Некоторое время мы молчали и просто переглядывались. Я ничего не говорила, так как мне было мучительно стыдно за свой поступок. Необдуманный и во многом рискованный, он, тем не менее, показал, замена главного ингредиента — плохая идея. В принципе, отрицательный результат тоже имеет свои плюсы. Снейп с интересом наблюдал за мной, и, похоже, почти не сердился. Наверняка вся эта ситуация в его глазах выглядела весьма забавной. Рада, что хоть у кого-то сегодня будет хорошее настроение.
— Мисс Грейнджер, вы хоть осознаете, что вы наделали?
А голос-то строгий. Совсем не располагает к задушевной беседе.
— Вполне, сэр.
— Сомневаюсь, — тихо пробормотал он, и уже нормальным голосом продолжил: — Знаете, чем опасны такие эксперименты?
— Нет.
— Артефакты второго класса очень любят ментальные игры. Как вы думаете, что с вами произошло?
— Я клонировала свое тело? — ответ прозвучал неуверенно.
— Безответственная девчонка! Вы едва не убили себя! — воскликнул Снейп. — Счастье, что артефакт временно переместил ваш разум в это недоразумение, которое вы же и сотворили.
Мне стало обидно и невыносимо себя жалко. Я всего лишь хотела помочь людям, а не навредить.
— Профессор, я сознаю свою вину. И все это, — я окинула взглядом свое новое тело, — мне нравится не больше, чем вам. Надо что-то делать. Я не могу долго оставаться в таком виде.
— Отчего же? Все вполне приемлемо.
Ох, погорячилась я с выводами. Зельевар был явно не в духе, и с каждой фразой это становилось все яснее.
Под щекой не ощущалось мягкого постельного белья. Не было тихого тиканья часов — подарка Гарри и Рона. И запахи совсем неправильные. Пряные — это травы, горькие — толченые корни вербены и ландышей. Но в моей комнате совсем по-другому пахнет! А вот профессор Снейп вчера готовил зелье бодрости…
Я резко села и во все глаза уставилась на окружающие меня предметы. Вокруг были стены из плотного материала, который переливался и мерцал. Такое впечатление, что меня посадили в банку или стеклянный куб. Все такое огромное и мрачное. Я же ощущаю себя совсем малышкой.
— Вы проснулись, мисс Грейнджер? — раздался откуда-то сверху голос зельевара.
Я запрокинула голову. Немыслимо! Нет, нет, нет. Этого не может быть на самом деле. Огромная голова Снейпа с ужасным крючковатым носом мне точно снится.
— Мисс Грейнджер, вы меня слышите? — настойчиво вопрошал великан, сверля меня недобрым взглядом.
— Д-да, сэр, — пробормотала я, совершенно ничего не понимая.
Какой-то гротескный кошмар, честное слово! Я перезанималась. Точно. Гарри был тысячу раз прав, говоря, что чтение по ночам до добра не доведет. Иначе бы мне не снились говорящие головы.
— Замечательно, просто замечательно.
И с этими словами в поле моего зрения возникла гигантских размеров длань, которая опускалась вниз с явным намерением вытащить меня из куба. Я испугано пискнула и отпрянула в сторону. Что-то мне совершенно не хочется подниматься наверх. Да и не похоже это все на сон. Во сне не может быть холодно, а нога не затекает от долгого сидения, верно?
Вот только моим мнением никто не поинтересовался. Вытащили и поднесли поближе к лицу, рассматривая с любопытством.
— Профессор, я сейчас сплю? — робко спросила я.
— Нет, — невозмутимо ответил зельевар.
Влипла!
Все оказалось даже хуже, чем я думала. Мой вчерашний эксперимент дал неожиданный результат: я себя… клонировала? Но — вот незадача! — немного промахнулась с размерами. Раз в шестьдесят всего. Более того, мое настоящее тело находилось в состоянии то ли комы, то ли глубокого сна. Жило, дышало, но совершенно не реагировало на внешние раздражители. Бедная Джинни! Она чуть с ума не сошла, пытаясь меня разбудить. Хорошо еще, что сразу обратилась за помощью к мадам Помфри, а та определила, что моей жизни ничего не угрожает. Профессор Снейп же был так любезен, что объяснил всем причину моего состояния. И продемонстрировал меня, кутающуюся в наспех наколдованную хламиду. Клонировала-то я только тело, ни на миг не задумавшись об одежде. О палочке я тоже забыла, так что теперь была совсем беспомощной.
Не помню, чтобы еще хоть раз в жизни чувствовала такой стыд. Все рассматривали меня с нездоровым любопытством и хотели подержать в руках, словно я вещь. Я же крепко, как клещ, вцепилась в пальцы зельевара. Он усмехнулся, заметив, что я ищу у него защиты. Но промолчал, продолжая показывать меня всем издали. Уж лучше бы накричал или отработку назначил, честное слово. А то чувствую себя уродцем из бродячего цирка. И это ужасно раздражает. Типично для Снейпа: выставить кого-то на всеобщее обозрение, что бы объект в полной мере прочувствовал свою ничтожность.
Когда ажиотаж немного утих, профессор вернулся назад в лабораторию, аккуратно опустил меня на стол, а сам сел в кресло. Некоторое время мы молчали и просто переглядывались. Я ничего не говорила, так как мне было мучительно стыдно за свой поступок. Необдуманный и во многом рискованный, он, тем не менее, показал, замена главного ингредиента — плохая идея. В принципе, отрицательный результат тоже имеет свои плюсы. Снейп с интересом наблюдал за мной, и, похоже, почти не сердился. Наверняка вся эта ситуация в его глазах выглядела весьма забавной. Рада, что хоть у кого-то сегодня будет хорошее настроение.
— Мисс Грейнджер, вы хоть осознаете, что вы наделали?
А голос-то строгий. Совсем не располагает к задушевной беседе.
— Вполне, сэр.
— Сомневаюсь, — тихо пробормотал он, и уже нормальным голосом продолжил: — Знаете, чем опасны такие эксперименты?
— Нет.
— Артефакты второго класса очень любят ментальные игры. Как вы думаете, что с вами произошло?
— Я клонировала свое тело? — ответ прозвучал неуверенно.
— Безответственная девчонка! Вы едва не убили себя! — воскликнул Снейп. — Счастье, что артефакт временно переместил ваш разум в это недоразумение, которое вы же и сотворили.
Мне стало обидно и невыносимо себя жалко. Я всего лишь хотела помочь людям, а не навредить.
— Профессор, я сознаю свою вину. И все это, — я окинула взглядом свое новое тело, — мне нравится не больше, чем вам. Надо что-то делать. Я не могу долго оставаться в таком виде.
— Отчего же? Все вполне приемлемо.
Ох, погорячилась я с выводами. Зельевар был явно не в духе, и с каждой фразой это становилось все яснее.
Страница 2 из 9
