Мир на ладони

И еще этот странный взгляд! Я смутилась и пробормотала:

— Извините профессор, я не…

— Тебе не за что извиняться, — перебил он меня.

Я так и не отважилась взглянуть на него.

Прошло два дня. Мы с профессором Снейпом проводили много времени вместе. Гораздо больше, чем раньше. А ведь тогда я посещала все его занятия, частенько помогала в лаборатории, варила зелья для больничного крыла и участвовала в некоторых опытах по усовершенствованию обезболивающей настойки. И все это время я чувствовала раздражение преподавателя. Сейчас все изменилось. Мы работали бок о бок и, хотя по-прежнему мало говорили, ему это было явно не в тягость. Мне тоже. Рядом с этим человеком я чувствовала себя спокойно, уверенно.

По вечерам он читал ту самую книгу об артефактах. Я же слушала его голос, не особо вникая в смысл текста. Это было совершенно естественно, словно посиделки в гостиной давно стали традицией. Снейп оказался на удивление терпелив со мной. А я благодарила судьбу за каждый день, проведенный рядом с ним. В его ладонях я чувствовала себя чем-то большим и невероятно важным, хотя оставалась все той же Гермионой Грейнджер.

На третий день наших совместных злоключений профессор спросил, хочу ли я увидеться с друзьями. Я отказалась. Конечно, я люблю Гарри, Рона и Джинни, но сейчас их присутствие будет лишним.

Я привыкла к своей коробке-кровати — в ней было тепло и уютно. Потихоньку приспособилась к своему крохотному росту. Иногда даже позволяла себе пошалить — пряталась на столе, среди завалов книг и пергаментов и ожидала профессора. Он приходил, окликал меня, а когда я не отзывалась, начинал искать. После того случая с крысой зельевар редко оставлял меня одну. Вчера, после очередной игры в прятки, он пообещал лично накормить мною крыс, если я еще хоть раз так сделаю. Я поклялась, что больше не буду. Он притворился, что поверил.

Счастье длилось недолго — всего пять дней. В субботу вечером Снейп вернулся в свои комнаты злой и уставший. Я обеспокоенно наблюдала за тем, как он меряет шагами комнату.

— Профессор! — робко позвала я. — Что случилось?

Он остановился, удивленно посмотрел на меня, словно в первый раз видел. А потом, помедлив, сказал:

— Сотрудники Министерства Магии требуют предоставить им результаты. Или вернуть артефакт.

— Так отдайте его, — я равнодушно пожала плечами. Всего-то! Я думала, случилось что-то серьёзное.

— Ты не понимаешь! — воскликнул мужчина с каким-то отчаяньем.

В два шага оказавшись рядом со мной, зельевар бережно снял меня со стопки книг, на которой я сидела, и поднес к своему лицу настолько близко, что я ощутила его дыхание на своей коже. Он повторил:

— Ты не понимаешь.

Я хотела спросить, чего именно я не понимаю, но не смогла. В глазах профессора плескалась такая боль, что мне стало страшно. Что же тебя так мучает, Северус?

— Я эгоист Гермиона. Себялюбивый эгоист. Надеюсь, ты простишь меня когда-то.

— Что вы делаете?! — воскликнула я, когда он открыл артефакт и опустил меня внутрь.

Стенки были слишком высокими и скользкими. Самостоятельно выбраться я бы не смогла при всем желании.

— Профессор! Сэр, прекратите немедленно! Слышите!

Я испугалась и потеряла над собой контроль. Какого черта он делает? Запрокинув голову, я увидела его взгляд, полный тоски и боли. Лицо же было очень бледным, не выражающим никаких эмоций.

— Северус! — я со злостью вытерла слезы.

Снейп вздрогнул, услышав свое имя, но не ответил. Он направил на меня кончик палочки и шепнул:

— Фините.

Я исчезла.

Глава№3

Я слишком сильно сжимал кулаки, боясь потерять мой мир. А он — совсем кроха! — так доверчиво льнул ко мне, искал защиты, одобрения. Искушение было так велико, и я поддался, спрятал мой мир ото всех в ладонях и тешил себя надеждой, что никто и никогда не разлучит нас. Вот только не подумал, нужно ли ему это.

Меня поглотил свет. Блеклый, плотный словно туман. Я бродила в нем очень долго, иногда видела чьи-то силуэты, но они никогда не позволяли приблизиться, исчезали, стоило мне сделать шаг навстречу. А когда я окликала их, говорили: «Еще не время. Уходи!». И я уходила, несмотря на усталость, боль, жажду, страх двигалась вперед в попытке выбраться. В какой-то момент все стало мне безразлично. Все, кроме одной цели: вернуться туда, где меня ждет он. Я не помню ни его имени, ни его лица, не знаю, кто он. Моя память девственно чиста. Единственное, что осталось — ощущение сильных нежных рук, защищающих меня от всего мира. Стоит ли ради этого жить? Стоит ли возвращаться? Может, лучше остаться здесь, среди безразличных ко всему теней? Нет, нет и еще раз нет. Я должна двигаться вперед. Там меня ждут, там мне рады. Там находится весь мой мир.

Я очнулась спустя два дня после того, как профессор обратил действие артефакта.