Дьяволы не мечтают

— Ты вейла, — сказал он, когда они снова лежали на так и оставшемся с утра на полу одеяле.

— Клянусь — нет, — почему-то серьёзно отозвалась она.

— Тогда я не знаю, кто ты. Кто ты? И что со мной сделала?

— Я Янушка, — она села, не дав ему удержать себя на полу. — Рассказать тебе про себя?

— Расскажи, — кивнул он. — Это что-то плохое?

— Да нет… я не знаю, — она улыбнулась и попросила, снова ложась: — Обними меня!

Он обнял — очень крепко — и сказал:

— Не бойся. Не представляю, чтобы ты могла сказать что-то, что меня напугает.

Она засмеялась:

— Скорее уж разочарует… ну что ты. Нет ничего такого… просто я — самая обыкновенная, на самом деле. И никогда не веду себя так… необычно. Но ты мне, конечно же, не поверишь.

— Я верю, — подумав, сказал он.

Он и вправду ей верил — хотя, на самом деле, ему было абсолютно не важно, как она вела себя прежде, с кем и почему спала, кого и когда сюда приводила… всё равно если начать сравнивать их прошлое — он по всем пунктам выиграет с разгромным счётом.

Ну, или проиграет — смотря как считать.

Так что кому-кому — а не ему придираться.

— Я была самой-самой слабой на курсе, — начала она, улыбаясь — он не видел её лица, потому что она так и лежала у него на плече, но слышал улыбку в её голосе. — Меня бы, наверное, выгнали, если б не дедушка… меня туда из-за него и взяли. Но дедушка был… в общем, дедушка и составил мне необходимую протекцию. Как я закончила — ума не приложу!

— Я не верю, что ты совсем ничего не умела, — возразил он.

— Ну почему… умела кое-что. Но я… у меня совсем плохо с трансфигурацией, и с чарами тоже не очень… приходилось зубрить всех магических тварей, руны и арифмантику. У меня неплохо выходит с растениями, и пространство я хорошо умею что чистить, что организовывать… да и всё. Уровень для Дурмштранга недопустимый…

— Давно ты училась?

— То есть сколько мне лет? — она засмеялась.

Он смутился.

— Да это не важно — сколько… я просто…

— Мне тридцать, Тони. Я уже совсем взрослая девочка.

— Тридцать, — повторил он — и обрадовался. Это хорошо, что она уже совсем взрослая… просто замечательно! — Это здорово! — искренне сказал он.

— Ты не любишь молоденьких? — шутливо спросила она, и услышала в ответ совершенно честное:

— Нет. Я люблю тебя, — пошутил он — и подумал, а такая ли уж это шутка? И бывает ли так? Он её видел второй раз в жизни…

— Это хорошо, — кивнула она. — Собственно, это почти всё… пока я училась — дедушка умер, и родители переехали в Англию, а я — за ними. Ну и осталась… а с магглами мне проще. Я там потихоньку колдую — незаметно… ну и у меня уже полно постоянных клиентов: говорят, что у меня рука лёгкая, и цветы мои стоят долго… и платят неплохо — мне, в общем, хватает.

— Ты всё не то рассказываешь, — сказал он, зарываясь лицом в её волосы. — Это всё шелуха… Кто ты?

— Я, — она обняла его очень крепко — и вдруг скользнула наверх и, опершись на руки, зависла над ним — её волосы, свесившись, щекотали ему щёки. — Я женщина, которая буквально в день встречи с тобой решила, что больше никогда ни с кем не станет встречаться. А тут ты, — засмеялась она.

— Почему? — ему хотелось не шутить, а услышать ответ.

— Потому что до тебя я ни разу не встречала мужчину, которого захотела бы.

— Но ведь ты же, — он изумился, — не…

— Не девственна? — расхохоталась она. — Нет, конечно! Но женщина же — не мужчина, нам вовсе не обязательно хотеть, чтобы мочь!

— То есть ты… но зачем?

— Ну как, — она продолжала смеяться. — По-разному… то человек, в общем, нравился, и жалко было отказывать в такой малости… то вроде бы и казалось, что хочется — но потом быстро надоедало, а как-то неудобно прямо в процессе просто встать и уйти — да и не знала я, что бывает как-то иначе! Ну, то есть, не знала, что так может быть у меня — я просто считала всегда, что меня привлекает совсем другое, ну а с этим — просто вот такой у меня темперамент. Холодный, — она опять рассмеялась — и теперь он ей ответил тем же, причём и их смехе у обоих явственно слышалось удивление.

— Я не верю тебе, — проговорил он. — Этого быть не может.

— Я просто никогда не встречала таких как ты, — сказала она.

— Каких таких?

— Таких… настоящих, — она погладила его волосы, потом подтянулась и зарылась в них носом. — И пахнет от тебя правильно.

— Что значит «правильно»?

— Правильно — это значит хорошо. Меня всегда ужасно раздражал мужской запах… все запахи, — она с шумом втянула воздух и вернулась к нему на плечо. — А твой нравится… ты весь мне нравишься. И это… странно. И удивительно. И волшебно. И поэтому мне всё равно, кто ты. Хоть этот твой Вол…

— Т-с-с! — он быстро зажал рот ей ладонью.