Фандом: Средиземье Толкина. Элронд отправился в Лориэн по одному важному государственному делу. Леголас, Элладан и Элрохир увязались за ним.
Добавить в моё избранное
39 мин, 55 сек 3534
— Халдир хотел добавить что-то еще, но Элладан перебил его:
— Спасибо, дядя Халдир! Иди отдыхай, не будем больше тебя беспокоить.
— Вот! Слышал, малыш-Трандуилион? — заговорили близнецы наперебой, утаскивая Леголаса от мэллорна. — Келеборн Неутомимый! А ты нам не верил…
К завтраку они всё же опоздали, и место рядом с прекрасным лордом, как и следовало ожидать, занял Элронд. Он что-то говорил Келеборну вполголоса, и тот, наклонившись к Элронду, молча слушал, опустив ресницы и застенчиво теребя прядь волос. На его нежных красиво очерченных губах блуждала смущенная улыбка. Леголас невольно залюбовался им, думая о том, как уже совсем скоро будет впиваться в эти чувственные податливые губы, а лорд Келеборн вскинет на него свои прекрасные глаза, полные мольбы и желания, и прошепчет: «Да, мой принц, я твой, возьми меня скорее!» Наслаждаясь своими мыслями, Леголас мельком взглянул на Элронда, и сердце принца вдруг кольнула обида: сейчас, после речей близнецов, ему и правда показалось, что это он — и никто другой — должен был сесть рядом с Келеборном. Леголас уже представлял себе, как незаметно положит руку ему на колено и шепнет на ушко что-нибудь соблазнительно-милое (что именно, Леголас еще не придумал), как придвинется ближе, чтобы касаться бедра Келеборна своим бедром, и будет поглаживать его ногу под столом… А теперь — теперь все его планы рухнули. А ведь Леголас вынашивал их так долго — все те несколько шагов, отделяющие его мэллорн от мэллорна Келеборна!
— Могли бы и подождать меня, — неожиданно для самого себя протянул Леголас плаксивым голосом. — Я же опоздал совсем немножко! А вы уже расселись… без меня… Я вам совсем не нужен! Раз так, вообще не буду завтракать с вами. — На глаза у него навернулись слезы, губы задрожали — то ли от обиды, то ли оттого, что Элладан и Элрохир щипали его за руки.
— Ты что творишь?! — шипели они. — Не смей уходить отсюда! Ты же должен соблазнить Келеборна!
Но Леголас, вспомнив былые обиды, уже привычно хлюпнул носом и поплелся прочь, всем своим видом являя немой упрек. Плелся он почему-то в сторону опочивальни Келеборна. Провожая его взглядами, сыновья Элронда недоумевали: принц просто раскапризничался и брел, куда глаза глядят, или и правда задумал что-то необыкновенно хитроумное? Как бы то ни было, выходка Леголаса возымела действие: Келеборн переменился в лице, закусил губу, вскочил из-за стола и бросился вслед за принцем.
Он нашел Леголаса в своей опочивальне. Не в меру ранимый юноша лежал на кровати и хныкал; он уткнулся лицом в подушку, светлые мягкие волосы растрепались, худенькие плечики мелко вздрагивали. Чуткому Келеборну эта картина показалась до невозможности трогательной. Он присел на пол у кровати и протянул руку, чтобы коснуться плеча своего юного гостя, но не осмелился и проговорил виновато:
— Мой принц, мы обидели тебя? Поверь, я совсем не хотел тебя обижать. — Леголас навострил уши, но виду не подал, что слушает, а продолжал тихонько хныкать. А Келеборн продолжал еще более ласково: — Ах, мне так неловко, так неловко перед тобой. Сам того не ведая, я расстроил тебя… О, если бы я мог хотя бы чуть-чуть загладить свою вину! — Вконец разжалобившись от собственных слов, Келеборн склонился над Леголасом и порывисто протянул к нему руки — а Леголас только того и ждал.
Он схватил Келеборна за руки и, вспомнив наставления близнецов, «решительно и без колебаний» дернул ничего не подозревающего владыку Лориэна на себя. Тот потерял равновесие и упал на Леголаса. Несмотря на кажущуюся хрупкость, Келеборн оказался намного тяжелее, чем Леголас предполагал, однако наш неопытный, но настойчивый юноша не стал обращать внимания на такие мелочи. Не мешкая, он обвил лорда Келеборна руками и — на всякий случай — ногами и сообщил ему повелительным тоном:
— Всё! Теперь ты мой!
В фантазиях Леголаса Келеборн сразу же уступал его юношеской пылкости и со словами «О да, мой принц, я твой!» переворачивался на спину, каким-то чудесным образом оказываясь без одежды. Но настоящий Келеборн продолжал лежать на Леголасе, изумленно глядя на него своими огромными прозрачными глазами, и отдаваться явно не собирался. Видя, что первоначальный план не срабатывает, Леголас перешел к более решительным действиям: запустил руку в шелковые серебристые волосы Келеборна и запечатлел на его губах страстный поцелуй. Тот чуть приоткрыл губы — должно быть, от неожиданности — но Леголас, расценив это как знак согласия, проник языком в его рот, призвав на помощь весь свой богатый опыт… И был очень удивлен, когда Келеборн оттолкнул его.
Леголас заморгал, пытаясь сфокусировать зрение. От поцелуя у него немного кружилась голова, он никак не мог отдышаться; в штанах уже стало тесно. По-хозяйски взяв Келеборна за плечи, Леголас попытался опять уложить его, но тот не поддавался, а сидел на кровати с таким видом, словно своим поцелуем Леголас его чуть ли не изнасиловал.
— Спасибо, дядя Халдир! Иди отдыхай, не будем больше тебя беспокоить.
— Вот! Слышал, малыш-Трандуилион? — заговорили близнецы наперебой, утаскивая Леголаса от мэллорна. — Келеборн Неутомимый! А ты нам не верил…
К завтраку они всё же опоздали, и место рядом с прекрасным лордом, как и следовало ожидать, занял Элронд. Он что-то говорил Келеборну вполголоса, и тот, наклонившись к Элронду, молча слушал, опустив ресницы и застенчиво теребя прядь волос. На его нежных красиво очерченных губах блуждала смущенная улыбка. Леголас невольно залюбовался им, думая о том, как уже совсем скоро будет впиваться в эти чувственные податливые губы, а лорд Келеборн вскинет на него свои прекрасные глаза, полные мольбы и желания, и прошепчет: «Да, мой принц, я твой, возьми меня скорее!» Наслаждаясь своими мыслями, Леголас мельком взглянул на Элронда, и сердце принца вдруг кольнула обида: сейчас, после речей близнецов, ему и правда показалось, что это он — и никто другой — должен был сесть рядом с Келеборном. Леголас уже представлял себе, как незаметно положит руку ему на колено и шепнет на ушко что-нибудь соблазнительно-милое (что именно, Леголас еще не придумал), как придвинется ближе, чтобы касаться бедра Келеборна своим бедром, и будет поглаживать его ногу под столом… А теперь — теперь все его планы рухнули. А ведь Леголас вынашивал их так долго — все те несколько шагов, отделяющие его мэллорн от мэллорна Келеборна!
— Могли бы и подождать меня, — неожиданно для самого себя протянул Леголас плаксивым голосом. — Я же опоздал совсем немножко! А вы уже расселись… без меня… Я вам совсем не нужен! Раз так, вообще не буду завтракать с вами. — На глаза у него навернулись слезы, губы задрожали — то ли от обиды, то ли оттого, что Элладан и Элрохир щипали его за руки.
— Ты что творишь?! — шипели они. — Не смей уходить отсюда! Ты же должен соблазнить Келеборна!
Но Леголас, вспомнив былые обиды, уже привычно хлюпнул носом и поплелся прочь, всем своим видом являя немой упрек. Плелся он почему-то в сторону опочивальни Келеборна. Провожая его взглядами, сыновья Элронда недоумевали: принц просто раскапризничался и брел, куда глаза глядят, или и правда задумал что-то необыкновенно хитроумное? Как бы то ни было, выходка Леголаса возымела действие: Келеборн переменился в лице, закусил губу, вскочил из-за стола и бросился вслед за принцем.
Он нашел Леголаса в своей опочивальне. Не в меру ранимый юноша лежал на кровати и хныкал; он уткнулся лицом в подушку, светлые мягкие волосы растрепались, худенькие плечики мелко вздрагивали. Чуткому Келеборну эта картина показалась до невозможности трогательной. Он присел на пол у кровати и протянул руку, чтобы коснуться плеча своего юного гостя, но не осмелился и проговорил виновато:
— Мой принц, мы обидели тебя? Поверь, я совсем не хотел тебя обижать. — Леголас навострил уши, но виду не подал, что слушает, а продолжал тихонько хныкать. А Келеборн продолжал еще более ласково: — Ах, мне так неловко, так неловко перед тобой. Сам того не ведая, я расстроил тебя… О, если бы я мог хотя бы чуть-чуть загладить свою вину! — Вконец разжалобившись от собственных слов, Келеборн склонился над Леголасом и порывисто протянул к нему руки — а Леголас только того и ждал.
Он схватил Келеборна за руки и, вспомнив наставления близнецов, «решительно и без колебаний» дернул ничего не подозревающего владыку Лориэна на себя. Тот потерял равновесие и упал на Леголаса. Несмотря на кажущуюся хрупкость, Келеборн оказался намного тяжелее, чем Леголас предполагал, однако наш неопытный, но настойчивый юноша не стал обращать внимания на такие мелочи. Не мешкая, он обвил лорда Келеборна руками и — на всякий случай — ногами и сообщил ему повелительным тоном:
— Всё! Теперь ты мой!
В фантазиях Леголаса Келеборн сразу же уступал его юношеской пылкости и со словами «О да, мой принц, я твой!» переворачивался на спину, каким-то чудесным образом оказываясь без одежды. Но настоящий Келеборн продолжал лежать на Леголасе, изумленно глядя на него своими огромными прозрачными глазами, и отдаваться явно не собирался. Видя, что первоначальный план не срабатывает, Леголас перешел к более решительным действиям: запустил руку в шелковые серебристые волосы Келеборна и запечатлел на его губах страстный поцелуй. Тот чуть приоткрыл губы — должно быть, от неожиданности — но Леголас, расценив это как знак согласия, проник языком в его рот, призвав на помощь весь свой богатый опыт… И был очень удивлен, когда Келеборн оттолкнул его.
Леголас заморгал, пытаясь сфокусировать зрение. От поцелуя у него немного кружилась голова, он никак не мог отдышаться; в штанах уже стало тесно. По-хозяйски взяв Келеборна за плечи, Леголас попытался опять уложить его, но тот не поддавался, а сидел на кровати с таким видом, словно своим поцелуем Леголас его чуть ли не изнасиловал.
Страница 4 из 12
