Фандом: Гарри Поттер. Ночь. Улица. Самоконтроль. Здесь спрятаны семь фандомных штампов, найдите их.
Добавить в моё избранное
4 мин, 55 сек 7338
Изабель подставила губы под поцелуй, продолжая ласкать член, осторожно и сильно сжимая, невесомо рисуя круги на головке, касаясь каких-то очень чувствительных точек и не давая ни выплеснуться, ни отстраниться и сделать все самому. Сириус мял ее груди и уже не стесняясь толкался членом ей в руку и глухо стонал в ее рот.
Изабель отстранилась, встала на колени, и Сириус почувствовал, как полные губы захватили его плоть, сомкнулись вокруг нее, сжали пространство до яркой, болезненно пульсирующей точки, потом этой точки на головке члена коснулся язык, фонарь заполнил ночь неестественно белым цветом, тело превратилось в одно сверхчувствительное нечто, обожгла лава, готовая вот-вот разрушить все вокруг, и Сириус с глухим криком рванулся вперед, освобождаясь горячими короткими струйками.
Он тяжело дышал и понял не сразу, что Изабель заботливо слизывает сперму с его еще не опавшего члена и то, что он кончил ей прямо в рот.
Сириус отшатнулся, чувствуя, как лицо заливает сочная краска. Ему было невероятно стыдно за то, что сейчас произошло — и как это произошло, с незнакомой женщиной, магглой, на глухой улице, быстро и пошло. Дрожащими руками он кое-как застегнул джинсы, проклиная Муди с его паранойей и промашкой с размерами: заклинания не держались долго, и одежда висела мешком, а сейчас Сириусу казалось, что он усох до размеров Питера.
— Простите, — бормотал он, не находя в себе силы посмотреть Изабель в глаза. — Простите, я… вот…
Он вспомнил, что она говорила о деньгах.
Сириус ссыпал в ладонь Изабель, еще мокрую от его собственной спермы, несколько золотых галеонов. Она удивленно уставилась на неожиданный гонорар, а Сириус быстро бросился в темноту, туда, откуда он мог аппарировать. К теплой ванне, тишине, старой яблоне, стучащей в окно кривыми ветками, и мыслям, которых пока еще не было, но которые обязательно должны были прийти.
Изабель отстранилась, встала на колени, и Сириус почувствовал, как полные губы захватили его плоть, сомкнулись вокруг нее, сжали пространство до яркой, болезненно пульсирующей точки, потом этой точки на головке члена коснулся язык, фонарь заполнил ночь неестественно белым цветом, тело превратилось в одно сверхчувствительное нечто, обожгла лава, готовая вот-вот разрушить все вокруг, и Сириус с глухим криком рванулся вперед, освобождаясь горячими короткими струйками.
Он тяжело дышал и понял не сразу, что Изабель заботливо слизывает сперму с его еще не опавшего члена и то, что он кончил ей прямо в рот.
Сириус отшатнулся, чувствуя, как лицо заливает сочная краска. Ему было невероятно стыдно за то, что сейчас произошло — и как это произошло, с незнакомой женщиной, магглой, на глухой улице, быстро и пошло. Дрожащими руками он кое-как застегнул джинсы, проклиная Муди с его паранойей и промашкой с размерами: заклинания не держались долго, и одежда висела мешком, а сейчас Сириусу казалось, что он усох до размеров Питера.
— Простите, — бормотал он, не находя в себе силы посмотреть Изабель в глаза. — Простите, я… вот…
Он вспомнил, что она говорила о деньгах.
Сириус ссыпал в ладонь Изабель, еще мокрую от его собственной спермы, несколько золотых галеонов. Она удивленно уставилась на неожиданный гонорар, а Сириус быстро бросился в темноту, туда, откуда он мог аппарировать. К теплой ванне, тишине, старой яблоне, стучащей в окно кривыми ветками, и мыслям, которых пока еще не было, но которые обязательно должны были прийти.
Страница 2 из 2
