Фандом: Гарри Поттер. О подарках на день рождения. И о том, стоит ли их дарить.
Добавить в моё избранное
9 мин, 30 сек 16469
— Добби счастлив служить великому Гарри Поттеру, сэру. Только позовите — и Добби сделает все, что нужно.
После исчезновения Добби друзья переглянулись, и Гарри сказал:
— У Волдеморта день рождения послезавтра. Успеем все как надо заколдовать?
— Успеем! — убежденно ответила Гермиона.
Свой день рождения Том Марволо Риддл, а ныне Лорд Волдеморт, люто ненавидел. И никогда не праздновал. В приюте никаких праздников не было вообще — а в этот день миссис Коул наказывала его, запирая без еды на весь день в холодном карцере. За то, что он своим рождением убил собственную мать. И был зачат во грехе и мерзости. В Хогвартсе его никто не запирал — но он сам в этот день уходил подальше, чтобы никого не видеть. А верные сторонники уже знали, что в этот день к Повелителю ни с какими вопросами лучше не приближаться. И вообще стоит держаться от него как можно дальше. Даже Нагини предпочитала поохотиться где-нибудь в подземельях.
Утром тридцать первого декабря 1996 года обитатели Малфой-менора, как обычно, собрались на завтрак. Долохов мрачно смотрел на осточертевшую овсянку, Эйвери потихоньку таскал припрятанное в кармане мантии шоколадное печенье, которым охотно делился с сидящим рядом Мальсибером, Беллатрикс демонстративно потягивала жутко полезный рисовый отвар, Руди спокойно пил кофе, Нарцисса что-то негромко рассказывала мужу. Повелитель, как обычно, задерживался.
Внезапно дверь распахнулась. Застывший на пороге Кребб обвел всех собравшихся странным взглядом и сказал:
— Там это… у входа… такое здоровое, цветы жрёт.
— Мои розы! — ахнула Нарцисса и бросилась к дверям. Остальные поспешили следом.
У входа в малфоевский особняк здоровенная зверюга странного розового цвета задумчиво объедала предмет тайной гордости Нарциссы — зимние розы. Старенькая домовушка Кили, последовавшая за госпожой, бесстрашно бросилась к зверюге:
— А ну, кыш! Кыш! Ишь чего удумал, охальник! Не трогай цветы мисс Цисси, а не то я тебе задам!
Пожиратель цветов попятился назад. Долохов, изумленно смотревший на него, простонал:
— Допился! Нет, чтобы до зеленых гиппогрифов, так ведь до розовых слонов. Ну здравствуй, «белочка»!
— Это ж не белочка, — поправил его Гойл. — Это елефант. Мне кузен Фредди книжку про таких показывал. С картинками.
— Не елефант, а африканский слон с нестандартным окрасом кожного покрова, — высказался Руквуд.
— Точно! Я такого же в эдинбургском зоопарке в детстве видел, только серого, — обрадовался Макнейр.
— Что вы тут столпились? — раздался недовольный голос Повелителя. Лорд Волдеморт величественно выплыл из дверей и замер, уставившись на розового слона.
При виде Повелителя слон оживился, выхватил откуда-то открытку с надписью: «С наилучшими пожеланиями от Г. Дж. Поттера» и положил ее у ног именинника. Тот брезгливо отшатнулся, а слон протяжно затрубил что-то, в чем полукровка Макнейр с трудом опознал песню«Happy birthday to you!».
— Авада Кедавра! — заорал взбешенный Темный Лорд.
Зеленый луч, вырвавшийся из его палочки, растаял бесследно, не долетев до слона.
После трех часов безрезультатных попыток заавадить мордредову зверюгу Темный Лорд, наконец, оставил «подарочек» в покое. На мерзкую тварь не действовали вообще никакие заклинания, а когда разъяренный Лорд приказал Макнейру просто зарубить слона, на защиту розового безобразия неожиданно встал Руквуд. Невыразимец заявил, что ему просто необходимо тщательно изучить такой любопытный экземпляр, не поддающийся никакому магическому воздействию. Лорду пришлось уступить. И теперь розовый слон поселился в бывшем павлинятнике Малфоев, на пару с камуфляжным павлином Торквемадой. Две мерзкие твари удивительно быстро нашли общий язык.
— Ну Поттер! Ну погоди! — прошипел оскорбленный до глубины остатков души Волдеморт.
После исчезновения Добби друзья переглянулись, и Гарри сказал:
— У Волдеморта день рождения послезавтра. Успеем все как надо заколдовать?
— Успеем! — убежденно ответила Гермиона.
Свой день рождения Том Марволо Риддл, а ныне Лорд Волдеморт, люто ненавидел. И никогда не праздновал. В приюте никаких праздников не было вообще — а в этот день миссис Коул наказывала его, запирая без еды на весь день в холодном карцере. За то, что он своим рождением убил собственную мать. И был зачат во грехе и мерзости. В Хогвартсе его никто не запирал — но он сам в этот день уходил подальше, чтобы никого не видеть. А верные сторонники уже знали, что в этот день к Повелителю ни с какими вопросами лучше не приближаться. И вообще стоит держаться от него как можно дальше. Даже Нагини предпочитала поохотиться где-нибудь в подземельях.
Утром тридцать первого декабря 1996 года обитатели Малфой-менора, как обычно, собрались на завтрак. Долохов мрачно смотрел на осточертевшую овсянку, Эйвери потихоньку таскал припрятанное в кармане мантии шоколадное печенье, которым охотно делился с сидящим рядом Мальсибером, Беллатрикс демонстративно потягивала жутко полезный рисовый отвар, Руди спокойно пил кофе, Нарцисса что-то негромко рассказывала мужу. Повелитель, как обычно, задерживался.
Внезапно дверь распахнулась. Застывший на пороге Кребб обвел всех собравшихся странным взглядом и сказал:
— Там это… у входа… такое здоровое, цветы жрёт.
— Мои розы! — ахнула Нарцисса и бросилась к дверям. Остальные поспешили следом.
У входа в малфоевский особняк здоровенная зверюга странного розового цвета задумчиво объедала предмет тайной гордости Нарциссы — зимние розы. Старенькая домовушка Кили, последовавшая за госпожой, бесстрашно бросилась к зверюге:
— А ну, кыш! Кыш! Ишь чего удумал, охальник! Не трогай цветы мисс Цисси, а не то я тебе задам!
Пожиратель цветов попятился назад. Долохов, изумленно смотревший на него, простонал:
— Допился! Нет, чтобы до зеленых гиппогрифов, так ведь до розовых слонов. Ну здравствуй, «белочка»!
— Это ж не белочка, — поправил его Гойл. — Это елефант. Мне кузен Фредди книжку про таких показывал. С картинками.
— Не елефант, а африканский слон с нестандартным окрасом кожного покрова, — высказался Руквуд.
— Точно! Я такого же в эдинбургском зоопарке в детстве видел, только серого, — обрадовался Макнейр.
— Что вы тут столпились? — раздался недовольный голос Повелителя. Лорд Волдеморт величественно выплыл из дверей и замер, уставившись на розового слона.
При виде Повелителя слон оживился, выхватил откуда-то открытку с надписью: «С наилучшими пожеланиями от Г. Дж. Поттера» и положил ее у ног именинника. Тот брезгливо отшатнулся, а слон протяжно затрубил что-то, в чем полукровка Макнейр с трудом опознал песню«Happy birthday to you!».
— Авада Кедавра! — заорал взбешенный Темный Лорд.
Зеленый луч, вырвавшийся из его палочки, растаял бесследно, не долетев до слона.
После трех часов безрезультатных попыток заавадить мордредову зверюгу Темный Лорд, наконец, оставил «подарочек» в покое. На мерзкую тварь не действовали вообще никакие заклинания, а когда разъяренный Лорд приказал Макнейру просто зарубить слона, на защиту розового безобразия неожиданно встал Руквуд. Невыразимец заявил, что ему просто необходимо тщательно изучить такой любопытный экземпляр, не поддающийся никакому магическому воздействию. Лорду пришлось уступить. И теперь розовый слон поселился в бывшем павлинятнике Малфоев, на пару с камуфляжным павлином Торквемадой. Две мерзкие твари удивительно быстро нашли общий язык.
— Ну Поттер! Ну погоди! — прошипел оскорбленный до глубины остатков души Волдеморт.
Страница 3 из 3
