Тайны

— Нравится, Анна? — осклабилась Алира, но тут же поняла, что совершила ошибку: цыганка вздрогнула, будто вынырнула из дремы, и слабо рванулась прочь.

Алира с тихим шипением прикоснулась пальцем к губам, а потом закрепила свое предостережение, настойчиво притянув правой рукой ее бедра к себе. Ладонь скользнула ниже, чтобы даже через одежду почувствовать тепло живого человеческого тела, а потом обратно и вновь по тому же пути, — и Анна снова обмякла в небезопасных объятьях младшей невесты Дракулы.

Алира вязла в этом грязном водовороте удовольствия: стоны, всхлипы, проклятья — как можно было остаться в стороне? — и через какое-то время поняла, что женщина рядом с ней больше не была принцессой цыган, а сама она перестала быть одержимой жаждой крови невестой вампира — остались только два человека, связанные одним желанием. И были только руки, только прикосновения и, после краткого мига колебаний, только губы на горячих губах Анны.

Слишком близко — между их телами не было даже просвета, слишком интимно — ведь жертва даже не думала уступать в этой борьбе и дерзко возвращала напористые, бесстыжие и глубокие поцелуи. Слишком неправильно, потому что жажда близости на долгие минуты заглушила желание причинить партнерше боль.

Когда Анна забилась в оковах рук Алиры, та не сразу поняла причину — разве могла она так быстро сбросить с себя морок сладострастия? — но шепот «Пусти, развяжи» и раскрасневшиеся щеки все расставили по своим местам: Анна сломалась, приняла правила игры своих заклятых врагов и сгорала в разведенном Алирой дьявольском костре.

Не этого ли Алира добивалась? Заклеймить чистое сердце Валериус тайной порочной связи с одной из тех, кто убивал ее семью. Но вместо того, чтобы прекратить сладкое грехопадение и до конца раздавить Анну, Алира в мгновение ока переместилась за спину своей пленницы, легко, слово это был тонкий шнурок, разорвала жилет, и вернулась на место. Жадные руки Анны тут же обхватили ее талию, губы заскользили по груди, приближаясь к границе выреза платья и, снова убегая вверх, к шее. Мгновение — и Алира почувствовала легкий укус, будто они поменялись ролями, и Анна собралась выпить до последней капли самую красивую из невест Дракулы.

Недовольная, с резким шипением Алира отпрянула от нее и замахнулась для удара. Но и Анна была не так проста: легко подтолкнув Алиру, она прижала ее к высокому коробу, очевидно больше для того, чтобы показать, что игра продолжается, чем из наивного желания навредить.

— Ненавижу тебя, — выдохнула Анна и опустилась перед ней на колени. Легкая полупрозрачная ткань платья поползла вверх под ладонями сдавшейся любовницы, горячее дыхание коснулось оголенной кожи и, ощущая сладкое опьянение от открывавшегося ей вида, Алира, опершись руками о короб, откинулась назад и шумно выдохнула.

Резкий, острый, как лезвие посеребренного кортика, спазм удовольствия от прикосновения пальцев к нежной коже судорогой прокатился к животу, а в следующую секунду Алира вскрикнула: громкий хлопок выстрела, боль, пронзившая тело до самого сердца — все произошло слишком неожиданно. Анна — разнузданная, раскрасневшаяся, с обнаженной грудью — оскальзываясь о земляной пол, попятилась к выходу из подвала, и вслед за ее рукой тянулся кожаный шнурок с пустой кобурой и шпагой в ножнах.

Еще раньше, чем рана начала бы затягиваться, бешенство, ярость с тонкой ноткой удовлетворения от того, что ей не удалось сломать Анну, захлестнули Алиру, заставив ее лицо заостриться, а руки принять когтистую вампирскую форму. Но топот дюжины ног, который раздался откуда-то сверху, крик Велкана, отдававшего приказ бежать на звук выстрела, и голос Вероны, послышавшийся в отдалении, отвлекли Алиру. Она знала, что не имела права нарушать планы Повелителя на сына Бориса, но вся та ненависть и злость, что разбудила в ней Анна, грозили оставить каждого из семьи Валериус в этом подвале навсегда.

И перестать думать об убийстве своих заклятых друзей Алира могла только одним способом: воскресив в своей памяти сладость их падения. Переведя взгляд фиолетовых глаз на решительную, ободренную спешащей помощью Анну, она улыбнулась.

— Снова не повезло, — фальшиво сокрушилась Алира. — Но ты можешь попробовать убить меня в следующий раз.

И уже исчезая из комнаты со скоростью, недоступной глазу смертных, она услышала ответ Анны:

— Не сомневайся, Алира. Твое время придет.