Фандом: Гарри Поттер. Дурацкая идея Гермионы.
Добавить в моё избранное
7 мин, 12 сек 12529
Гермиона — умница, но иногда ее идеи просто отвратительны. Воздерживаться до свадьбы, чтобы первая брачная ночь вышла особенной? Серьезно?!
К сожалению Гарри, Джинни повелась. С целью помучить его — он на все сто в этом уверен.
Гарри попал в ад.
Любая невинная фраза казалась пошлым эвфемизмом. Недавно Джинни попросила его прочистить засор в раковине, так он такого нафантазировал! А затем Джинни дала ему в руки вантуз. Первой мыслью было: «Она же не хочет, чтобы я это в нее засунул?», второй: «Хочет засунуть это в меня?», только потом Гарри заметил в кухонной раковине грязную воду с плавающими кусочками овощей.
Кстати, о еде — с ней еще хуже. Гарри уже порезал на маленькие кусочки все бананы и другие продукты фаллической формы, раскидав по контейнерам для еды. Не помогло. Джинни была сексуальной, даже когда ела лапшу руками, пачкая в соусе лицо и пальцы.
Гарри как будто снова оказался в подростком возрасте — тогда вставало даже на обвисшие груди африканской аборигенки из журнала «National geographic».
А Джинни дразнилась. Знала все его слабости, нарочно провоцировала. Вот начала играть с веревочкой браслета, то сильно стягивая в узел, то отпуская, напоминая Гарри их эксперимент со связыванием. Конечно, красивых узелков у них не получилось, остались ожоги от веревок, а еще паутина, в которой они сами же запутались, вместо того, чтобы приступить к главному. Вечер запомнился не первоклассным сексом, зато смехом и весельем.
Джинни никогда не теребила браслеты, она их вообще почти не носила — мешали. Несмотря на неудачный опыт, Гарри до сих пор возбуждало слово «бондаж», и чертовка знала об этом.
И носить его одежду начала не потому, что ее вся в стирке. Гарри уже давно все перестирал, даже специально спросил у миссис Уизли несколько заклинаний, упрощающих работу.
В растянутых футболках и его белых носках Джинни выглядела восхитительнее, чем во всем этом кружевном белье с ажурными чулками. Через тонкую ткань просвечивала небольшая грудь, в гостиной сквозило и соски твердели, свободная одежда красиво облегала изгибы тела, особенно в движении. Его носки великоваты для Джинни, «пятки» оказывались на щиколотках. Зрелище, вызывающее в нем странную смесь желаний. То ему хотелось таскать ее на руках, щекотать и обнимать, то вдруг эти мысли вытесняли другие: Джинни лежит на столе, ее ноги на плечах Гарри, и эти чертовы носки со сползшей«пяткой» прямо возле его лица…
Гарри казалось, что он в жизни столько не мастурбировал. Каждый день со стонами выбегал из комнаты, когда Джинни заносило с этими играми, прятался, и задрачивал свои душевные раны. Даже прочищая тот чертов засор в кухне, Гарри спустил прямо в раковину, в эту грязную воду с плавающими кусочками овощей, потому что резиновый клапан вантуза напомнил ему женскую грудь.
Гарри сейчас согласился бы на все, даже еще раз испытать на себе страпон Джинни. Не то, чтобы ему так уж не понравилось, как раз наоборот — это-то его и пугало. Хотя потом он понял, что его возбудило скорее не трение силиконового дилдо о простату, не чувство наполненности, а то, как Джинни царапала короткими ногтями его бедра, называла своей сучкой. Как хватала за волосы, оттягивала назад, как потом вдавливала его голову обратно в подушку. Гарри кончил, просто представив, что в тот момент испытывала Джинни, почувствовал ту власть, которую она ощутила, вдалбливая его в матрас.
Джинни могла призвать банку с конфетами заклинанием, но нет, сама потянулась к верхней полке. Край футболки поднялся, приоткрыл простые спортивные трусики со смешными рожицами на каждой ягодице.
Гарри закрыл глаза и шумно втянул воздух. Рука скользнула за пояс домашних свободных штанов, сжала член.
Его любимые трусы из коллекции Джинни.
Блядская свадьба! Ну за что?!
Гарри облизнул нижнюю губу, открыл глаза и заметил, что Джинни во все глаза глядела на его ширинку, на его руку в штанах. А потом сложила руки на груди и сжала ноги.
Тут до Гарри дошло, что мучался не он один. Для Джинни воздержание — такое же испытание. А все эти намеки и игры просто в ее характере, для Джинни это шутки.
Но ничего, он тоже умел шутить.
Гарри вытащил руку из штанов, посмотрел на Джинни, ухмыляясь. А потом стянул ботинки и носки, забросил босые ноги на кофейный столик.
Джинни чуть не застонала в голос. Эти его милые аккуратные мизинчики, которые ей всегда так хотелось отгрызть! Иногда она завидовала, что именно Гарри достались такие красивые ноги, а не ей. С другой стороны, было бы глупо тянуться к своим ногам, чтобы облизать пальцы, пощекотать языком местечко рядом с пяткой…
Она уже сто раз пожалела, что вообще заговорила с Гермионой о сексе. Гермиона и Рон такие романтики, куда там таким озабоченными извращенцам, как Джинни и Гарри?
К сожалению Гарри, Джинни повелась. С целью помучить его — он на все сто в этом уверен.
Гарри попал в ад.
Любая невинная фраза казалась пошлым эвфемизмом. Недавно Джинни попросила его прочистить засор в раковине, так он такого нафантазировал! А затем Джинни дала ему в руки вантуз. Первой мыслью было: «Она же не хочет, чтобы я это в нее засунул?», второй: «Хочет засунуть это в меня?», только потом Гарри заметил в кухонной раковине грязную воду с плавающими кусочками овощей.
Кстати, о еде — с ней еще хуже. Гарри уже порезал на маленькие кусочки все бананы и другие продукты фаллической формы, раскидав по контейнерам для еды. Не помогло. Джинни была сексуальной, даже когда ела лапшу руками, пачкая в соусе лицо и пальцы.
Гарри как будто снова оказался в подростком возрасте — тогда вставало даже на обвисшие груди африканской аборигенки из журнала «National geographic».
А Джинни дразнилась. Знала все его слабости, нарочно провоцировала. Вот начала играть с веревочкой браслета, то сильно стягивая в узел, то отпуская, напоминая Гарри их эксперимент со связыванием. Конечно, красивых узелков у них не получилось, остались ожоги от веревок, а еще паутина, в которой они сами же запутались, вместо того, чтобы приступить к главному. Вечер запомнился не первоклассным сексом, зато смехом и весельем.
Джинни никогда не теребила браслеты, она их вообще почти не носила — мешали. Несмотря на неудачный опыт, Гарри до сих пор возбуждало слово «бондаж», и чертовка знала об этом.
И носить его одежду начала не потому, что ее вся в стирке. Гарри уже давно все перестирал, даже специально спросил у миссис Уизли несколько заклинаний, упрощающих работу.
В растянутых футболках и его белых носках Джинни выглядела восхитительнее, чем во всем этом кружевном белье с ажурными чулками. Через тонкую ткань просвечивала небольшая грудь, в гостиной сквозило и соски твердели, свободная одежда красиво облегала изгибы тела, особенно в движении. Его носки великоваты для Джинни, «пятки» оказывались на щиколотках. Зрелище, вызывающее в нем странную смесь желаний. То ему хотелось таскать ее на руках, щекотать и обнимать, то вдруг эти мысли вытесняли другие: Джинни лежит на столе, ее ноги на плечах Гарри, и эти чертовы носки со сползшей«пяткой» прямо возле его лица…
Гарри казалось, что он в жизни столько не мастурбировал. Каждый день со стонами выбегал из комнаты, когда Джинни заносило с этими играми, прятался, и задрачивал свои душевные раны. Даже прочищая тот чертов засор в кухне, Гарри спустил прямо в раковину, в эту грязную воду с плавающими кусочками овощей, потому что резиновый клапан вантуза напомнил ему женскую грудь.
Гарри сейчас согласился бы на все, даже еще раз испытать на себе страпон Джинни. Не то, чтобы ему так уж не понравилось, как раз наоборот — это-то его и пугало. Хотя потом он понял, что его возбудило скорее не трение силиконового дилдо о простату, не чувство наполненности, а то, как Джинни царапала короткими ногтями его бедра, называла своей сучкой. Как хватала за волосы, оттягивала назад, как потом вдавливала его голову обратно в подушку. Гарри кончил, просто представив, что в тот момент испытывала Джинни, почувствовал ту власть, которую она ощутила, вдалбливая его в матрас.
Джинни могла призвать банку с конфетами заклинанием, но нет, сама потянулась к верхней полке. Край футболки поднялся, приоткрыл простые спортивные трусики со смешными рожицами на каждой ягодице.
Гарри закрыл глаза и шумно втянул воздух. Рука скользнула за пояс домашних свободных штанов, сжала член.
Его любимые трусы из коллекции Джинни.
Блядская свадьба! Ну за что?!
Гарри облизнул нижнюю губу, открыл глаза и заметил, что Джинни во все глаза глядела на его ширинку, на его руку в штанах. А потом сложила руки на груди и сжала ноги.
Тут до Гарри дошло, что мучался не он один. Для Джинни воздержание — такое же испытание. А все эти намеки и игры просто в ее характере, для Джинни это шутки.
Но ничего, он тоже умел шутить.
Гарри вытащил руку из штанов, посмотрел на Джинни, ухмыляясь. А потом стянул ботинки и носки, забросил босые ноги на кофейный столик.
Джинни чуть не застонала в голос. Эти его милые аккуратные мизинчики, которые ей всегда так хотелось отгрызть! Иногда она завидовала, что именно Гарри достались такие красивые ноги, а не ей. С другой стороны, было бы глупо тянуться к своим ногам, чтобы облизать пальцы, пощекотать языком местечко рядом с пяткой…
Она уже сто раз пожалела, что вообще заговорила с Гермионой о сексе. Гермиона и Рон такие романтики, куда там таким озабоченными извращенцам, как Джинни и Гарри?
Страница 1 из 2
