Фандом: Гарри Поттер. Зеленые глаза преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла. То ли правда, то ли игра воображения. Дафна не могла отделаться от мыслей о Гарри, о его раскрасневшемся лице, алых, искусанных губах, о жилке на его шее, подрагивающей от напряжения… Поттер не подходил к ней, но искал встреч, может, даже неосознанно. Нарочно задерживался после занятия, чтобы проводить ее взглядом; спешил к теплицам, чтобы опередить ее и позволить пройти мимо. И сверлил, сверлил, сверлил глазами, словно надеялся таким образом узнать, есть ли у нее что-то с Малфоем или нет.
Добавить в моё избранное
147 мин, 33 сек 5160
Но отступать было некуда, и ей пришлось встать наизготовку и прицелиться.
Малфой напал без предупреждения, невербальным заклятием сбив ее с ног, но Дафне удалось выставить щит, потом блокировать следующий его выпад и подняться. Пришла ее очередь атаковать, но Драко ушел в глухую оборону, и достать его никак не получалось. Дафна замешкалась лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы Малфой открылся и тут же сделал выпад:
— Сектумсемпра! — заорал он.
— Фините! — выкрикнула Дафна и на всякий случай уклонилась.
— Приори инкантатем! — Малфой нашел слабое место в ее обороне и воспользовался этим.
Палочка Гринграсс стала словно каменной, тяжелой, и от нее к палочке Драко устремился пучок искр, связывая их.
— Это не входит в программу! — преподаватель бросился на помощь, но поздно: за десятками ничего не значащих заклятий последовало одно — самое важное: «Акцио снитч»!
— Вы видели?! — победно завопил Малфой и опустил палочку. — Видели?!
В классе повисла мертвая тишина, а Дафна, потеряв прочно державшую ее связь с палочкой Драко, упала на пол, ударившись о стоявшую неподалеку витрину… Замочек на цепочке, державшей на ее шее флакончик с воспоминаниями Снейпа, раскрылся, и стеклянная безделушка из Косого переулка упала на каменный пол, разлетевшись вдребезги.
— Нет! — забыв о боли, Дафна бросилась к осколкам, но воспоминание частично утекло в щели между камнями, частично испарилось, оставляя в воздухе серебристую дымку. — Нет! Нет! Нет-нет! — повторяла Дафна, как безумная водя руками по камням. Ладони поранились о кусочки стекла, ее кровь смешалась с воспоминаниями профессора, а она не замечала этого, как не обращала внимания и на осуждающий гул, поднявшийся в классе.
— Чему ты радуешься, придурок?! — голос Поттера на мгновение отрезвил ее. — Ты только что аннулировал результаты матча, привнесшего тебе победу! Теперь будет переигровка, и не рассчитывай, что я легко сдамся!
— А мне не нужны подставы, чтобы обойти тебя, Поттер! — запальчиво вскричал Малфой.
— Минус двадцать баллов со Слизерина за срыв занятия, мистер Малфой! — профессору никак не удавалось успокоить взбудораженный улей студентов. — А вы, мисс Гринграсс, отправляйтесь к директору! Там решат, что с вами делать!
Но Дафне было все равно. Нервно всхлипывая, она все еще смотрела на то место, где безвозвратно исчезло самое дорогое, что у нее было. Ее плечи дрожали, глаз почему-то дергался, а внутри образовалось щемящее чувство одиночества, словно она снова потеряла дорогого ей человека. Паркинсон отвела ее в Больничное крыло, где мадам Помфри дала успокоительное. На душе сразу стало пусто и… никак. Лекарство действовало, и Дафна ничего не чувствовала. Как робот, пошла в директорский кабинет, выслушала отповедь МакГонагалл, лишилась нескольких десятков баллов, приобрела три отработки у Филча и была, наконец, отпущена восвояси. Постепенно отпускало, и сердце начинало болеть вновь. Гринграсс поспешила к мадам Помфри за новой дозой успокоительного, и лишь потом спустилась во двор, уселась на скамейке, на самом ветру, подтянула ноги к подбородку и словно отключилась от внешнего мира…
— Нормально, — ответила она бесцветно.
— Ты простудишься, — он снял мантию и накинул на ее плечи. Стало намного теплее.
— Спасибо, — одними губами прошептала Дафна, закутываясь получше.
Она почувствовала, что действие успокоительного скоро закончится, и задышала чаще в надежде сдержать слезы.
— У меня есть для тебя кое-что, — Гарри присел перед ней на корточки, словно Дафна была маленькой девочкой, и протянул флакончик, наполненный серебристой субстанцией — почти такой же, как был у нее.
— Что это?! — глаза Дафны широко раскрылись, дыхание сбилось. — Тебе удалось собрать их?!
— Это мои воспоминания, — пояснил Гарри смущенно. — Помнишь, я говорил, что видел их однажды, и с тех пор они хранились в моей голове. До сегодняшнего дня. Я вижу, как они важны для тебя, поэтому решил, что вполне обойдусь без них.
— Я… Я не могу… Наверное… — лепетала Дафна, не смея поднять глаза, но рука ее уже сжала флакончик. — Это так щедро…
— Теперь я не знаю, что хранили эти воспоминания, но у меня такое чувство, что они были очень особенные, — Гарри улыбнулся, чем растрогал Дафну окончательно.
Она вскочила и порывисто обняла его, прячась у него на плече, а Гарри почему-то сомкнул пальцы на ее талии и не отпускал. Они сидели так долго — на корточках, как дети, — ноги уже совсем затекли, но ни он, ни она не решались разорвать объятие. Дафне уже давно не было так спокойно. Она не думала ни о чем — только ощущала тепло, исходящее от Гарри, и прижималась сильнее.
Малфой напал без предупреждения, невербальным заклятием сбив ее с ног, но Дафне удалось выставить щит, потом блокировать следующий его выпад и подняться. Пришла ее очередь атаковать, но Драко ушел в глухую оборону, и достать его никак не получалось. Дафна замешкалась лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы Малфой открылся и тут же сделал выпад:
— Сектумсемпра! — заорал он.
— Фините! — выкрикнула Дафна и на всякий случай уклонилась.
— Приори инкантатем! — Малфой нашел слабое место в ее обороне и воспользовался этим.
Палочка Гринграсс стала словно каменной, тяжелой, и от нее к палочке Драко устремился пучок искр, связывая их.
— Это не входит в программу! — преподаватель бросился на помощь, но поздно: за десятками ничего не значащих заклятий последовало одно — самое важное: «Акцио снитч»!
— Вы видели?! — победно завопил Малфой и опустил палочку. — Видели?!
В классе повисла мертвая тишина, а Дафна, потеряв прочно державшую ее связь с палочкой Драко, упала на пол, ударившись о стоявшую неподалеку витрину… Замочек на цепочке, державшей на ее шее флакончик с воспоминаниями Снейпа, раскрылся, и стеклянная безделушка из Косого переулка упала на каменный пол, разлетевшись вдребезги.
— Нет! — забыв о боли, Дафна бросилась к осколкам, но воспоминание частично утекло в щели между камнями, частично испарилось, оставляя в воздухе серебристую дымку. — Нет! Нет! Нет-нет! — повторяла Дафна, как безумная водя руками по камням. Ладони поранились о кусочки стекла, ее кровь смешалась с воспоминаниями профессора, а она не замечала этого, как не обращала внимания и на осуждающий гул, поднявшийся в классе.
— Чему ты радуешься, придурок?! — голос Поттера на мгновение отрезвил ее. — Ты только что аннулировал результаты матча, привнесшего тебе победу! Теперь будет переигровка, и не рассчитывай, что я легко сдамся!
— А мне не нужны подставы, чтобы обойти тебя, Поттер! — запальчиво вскричал Малфой.
— Минус двадцать баллов со Слизерина за срыв занятия, мистер Малфой! — профессору никак не удавалось успокоить взбудораженный улей студентов. — А вы, мисс Гринграсс, отправляйтесь к директору! Там решат, что с вами делать!
Но Дафне было все равно. Нервно всхлипывая, она все еще смотрела на то место, где безвозвратно исчезло самое дорогое, что у нее было. Ее плечи дрожали, глаз почему-то дергался, а внутри образовалось щемящее чувство одиночества, словно она снова потеряла дорогого ей человека. Паркинсон отвела ее в Больничное крыло, где мадам Помфри дала успокоительное. На душе сразу стало пусто и… никак. Лекарство действовало, и Дафна ничего не чувствовала. Как робот, пошла в директорский кабинет, выслушала отповедь МакГонагалл, лишилась нескольких десятков баллов, приобрела три отработки у Филча и была, наконец, отпущена восвояси. Постепенно отпускало, и сердце начинало болеть вновь. Гринграсс поспешила к мадам Помфри за новой дозой успокоительного, и лишь потом спустилась во двор, уселась на скамейке, на самом ветру, подтянула ноги к подбородку и словно отключилась от внешнего мира…
Откровения
— Дафна! Дафна! Эй, послушай! — перед ней стоял Гарри Поттер. Гринграсс глубоко вздохнула и подняла пустой взгляд на взъерошенную голову. — Как ты?— Нормально, — ответила она бесцветно.
— Ты простудишься, — он снял мантию и накинул на ее плечи. Стало намного теплее.
— Спасибо, — одними губами прошептала Дафна, закутываясь получше.
Она почувствовала, что действие успокоительного скоро закончится, и задышала чаще в надежде сдержать слезы.
— У меня есть для тебя кое-что, — Гарри присел перед ней на корточки, словно Дафна была маленькой девочкой, и протянул флакончик, наполненный серебристой субстанцией — почти такой же, как был у нее.
— Что это?! — глаза Дафны широко раскрылись, дыхание сбилось. — Тебе удалось собрать их?!
— Это мои воспоминания, — пояснил Гарри смущенно. — Помнишь, я говорил, что видел их однажды, и с тех пор они хранились в моей голове. До сегодняшнего дня. Я вижу, как они важны для тебя, поэтому решил, что вполне обойдусь без них.
— Я… Я не могу… Наверное… — лепетала Дафна, не смея поднять глаза, но рука ее уже сжала флакончик. — Это так щедро…
— Теперь я не знаю, что хранили эти воспоминания, но у меня такое чувство, что они были очень особенные, — Гарри улыбнулся, чем растрогал Дафну окончательно.
Она вскочила и порывисто обняла его, прячась у него на плече, а Гарри почему-то сомкнул пальцы на ее талии и не отпускал. Они сидели так долго — на корточках, как дети, — ноги уже совсем затекли, но ни он, ни она не решались разорвать объятие. Дафне уже давно не было так спокойно. Она не думала ни о чем — только ощущала тепло, исходящее от Гарри, и прижималась сильнее.
Страница 30 из 42
