Кое-что очень задорого

Глава 1. Элиза

«Нейросеть — это мир вашей мечты! Самые потаенные фантазии, самые смелые желания, самые невероятные приключения осуществимы! Твоя Нейросеть ждет тебя!»

Красавица с роскошными ресницами подмигивала с рекламного экрана, ее голос звучал приглащающе и волнующе, как-то по-особенному интимно и призывно, и казалось, что она не рекламирует — соблазняет…

«Твоя Нейросеть ждет тебя!»

… А интересно, какая она на самом деле, эта Нейросеть?

Элиза, водя тонким пальчиком по экрану планшета, перелистывала статейки, посвященные этому чуду, последнему слову техники, рассматривая скрины, снятые с этой — игры? виртуальной реальности? — и тайком вздыхала, пробегая взглядом восторженные отзывы. Опробовавших новую виртуальную забаву было много, и все они остались исключительно довольны.

«Мне смоделировали жизнь моей мечты!»

«Я смог победить в гонках Формулы Один!»

«Я смогла сняться в фильме!»

Элиза еще раз тайком вздохнула, просматривая довольные лица на фотографиях. Разумеется, Нейросеть пиарилась, и, разумеется, половина из этих отзывов была написана сотрудниками развивающейся игрушки, и все бы ничего, если бы…

Соседка с параллельной улицы — вечно восторженная, громкоголосая, говорящая писклявым голосом «какая пре-е-елесть!» — тоже оставила свой отзыв. Она тоже побывала там, в Нейросети. И отзыв ее был настоящим — восторженным и глуповатым, незатейливым, розово-голубым, как и ее безыскусный макияж.

«Я всю жизнь мечтала покататься на дельфинах! — верещала она на камеру, распахнув широко-широко свои кукольные глазки с густо подсиненными веками. — А потом — встретить закат на тропическом острове под пальмами! По-о-олное ощущение присутствия! Какая пре-е-елесть!»

Ага, прелесть.

За виртуальных дельфинов, море, лагуну и белый песочек эта глупышка отдала кругленькую сумму. Элиза улыбнулась, на ее щеках заиграли ямочки, она ниже склонила лицо, чтобы никто не заметил, как она тихонько смеется, рассматривая отзыв восторженной девушки. За те деньги, что она отдала, вполне можно было бы съездить и посмотреть на настоящих дельфинов…

Но тут дело было, конечно, не только в исполнившейся мечте. Тут было другое. Возможность прикоснуться к самой современной и совершенной игрушке в мире, ощутить себя не собой, а какой-то другой, совершенной, идеальной. Красивой, сильной, умелой — Нейросеть обещала предоставить такой виртуальный облик, какой вам нравится, — хотя бы на тестовую неделю.

За соседкой теперь бегали толпы любопытных, расспрашивали, как оно — новое развлечение? И она, краснея от удовольствия, в сотый раз рассказывала, важно и многозначительно поглядывая на слушателей, что в Нейросети все просто пре-е-елесть!

Она выбрала себе тело Мисс Вселенной позапрошлого года — да, ты потрясающая загорелая брюнетка с длинными ногами, — и всю неделю разгуливала по пляжу в самых модных купальниках. Все, кто там был — а были там исключительно красивые парни, — пытались с ней познакомиться, а с одним она даже целовалась под пальмами, ну вы понимаете…

На этом моменте рассказчица делала многозначительное выражение, торжествующе улыбалась и обводила таким загадочным взглядом лица слушателей, что все сразу понимали, что одними поцелуями дело не ограничилось.

— И как?! — ахал кто-то из толпы, и рассказчица, краснея от удовольствия, дрожащим от ликования голосом отвечала:

— Абсолютное присутствие! Как будто по-настоящему! И в сто раз лучше.

Элиза всегда смущалась от подобных рассказов. Во-первых, следующие за ним откровения казались ей какими-то… грубыми, что ли, флер романтики тотчас слетал, стоило соседке только упомянуть, чего касался виртуальный кавалер и в какой позе он это проделывал.

Во-вторых — у Элизы в ее двадцать пять лет еще никого не было и она просто не знала, как это бывает. А то, что рассказывала соседка… Элизе не хотелось так, нет! Хотелось как-то по-другому.

Бережно. Трепетно. Нежно.

Осторожно.

Наверное, таких отношений уже давно не существовало. Люди встречались, знакомились, стремительно сближались и так же быстро расставались, не оставляя в жизни друг друга ни единого мало-мальски заметного следа. Они пробовали друг друга как новые блюда: чуть пригубив, быстро пресыщались и искали чего-то нового, и это было нормально, обыденно и привычно всем, но… Элиза не хотела так.

Ей хотелось чего-то большего, чего-то значимого и важного, что наполнило бы ее жизнь смыслом. Мама улыбалась, называя ее мечтательницей, а отец недовольно ворчал о розовых детских мечтах.

Отец был другой. Деловой, успешный, жесткий, властный.

Респектабельная машина, работа, дом в престижном районе. По утрам — свежие газеты с биржевыми сводками, черный кофе, белые сорочки и безупречные галстуки.