Фандом: Гарри Поттер. Жизнь с Северусом Снейпом как вечный медовый месяц.
Добавить в моё избранное
4 мин, 35 сек 11990
Гарри писал отчет о проделанной за вчерашний день работе, отвлекся, чтобы смести пылинки с рабочего стола, провел рукой по древесине столешницы, замедлил движение, вычертив пальцами прямые линии. Отчет был снова забыт. Похоже, в это утро он его не напишет, во всяком случае, пока не перестанет грезить наяву, ерзая на своем стуле.
Он провел пальцами по черному столу, подушечками ощутив мельчайшие неровности, прикрыл глаза и представил под своими ладонями мягкую гладкую кожу. Теплую с россыпью родинок кожу на спине Северуса. Мысленно Гарри прижался к ней лицом, провел носом, втянув запах, поцеловал, огладил бедра…
— Мистер Поттер! Все ждут только вас! — услышал он, открыл глаза и увидел перед собой секретаря отдела Тайн. Гарри тряхнул головой и встал, понадеявшись, что никто не заметит его безапелляционную эрекцию под форменными брюками.
— Да, сейчас приду, извините за ожидание, — он прокашлялся, чтобы изгнать из голоса хриплость.
Совещание: ежедневная рутина, отчеты, обсуждения, бесконечный кофе. Гарри потер кончик носа, слушая Шеклболта, потом его внимание снова рассеялось. Он скользнул взглядом по собравшимся сотрудникам, посмотрел в окно. С самого утра шел теплый весенний дождь. Гарри поправил жесткий воротничок рубашки, сделал несколько пометок в ежедневнике, перо как будто само по себе нарисовало странный крючок. Он добавил пару штрихов, крючок превратился в профиль — угловатый и неповторимый. Поля блокнота быстро заполнились разными вариантами изображений одного и того же лица. От большой чернильной кляксы нарисованное лицо Северуса недовольно скривилось и превратилось в черное пятно. Гарри попытался сосредоточиться на совещании, сделал глоток кофе из большой кружки, которые почему-то принято было подавать на совещаниях у Главного Аврора. Кофе почти остыл, его вкус был терпким и сладким одновременно. Как губы Северуса…
Смотря прямо перед собой, Гарри не видит лиц окружающих, он видит темную гостиную, чувствует руки Северуса, расстегивающие его одежду. Мантия остается висеть на локтях, брюки треножат.
— Прости, я опять задержался, — шепчет ему Гарри, — хочу тебя.
— Всегда считал, что ценность предварительных ласк слишком преувеличена, — отвечает Северус.
Гарри опрокидывает его на диван, целует шею, втягивает кожу, оставляя засосы. Северус вздрагивает, от его реакции и стонов сквозь зубы Гарри становится жарко. Он не сдерживается и кусает Северуса за плечо, тот сразу же тянет его волосы. Гарри шипит что-то и открывает глаза.
— Я предупреждал тебя, что ты должен вести себя хорошо, помнишь? — следует еще один несильный рывок за волосы.
— О черт, — всхлипывает Гарри, в ушах стоит звон от бешеного возбуждения.
Он опускает голову вниз, просит прощения губами и языком, принимая член Северуса полностью.
— М? — Гарри недовольно мычит, когда все так же его отстраняют за волосы от теплого угощения.
— У меня на тебя другие планы сегодня.
— О, в самом деле? Но… вот как раз сегодня я не рассчитывал…
Северус поднимает бровь и усмехается, Гарри пережимает свой член у основания.
— Ты невероятный, — говорит Гарри, молясь про себя, чтобы не кончить раньше, чем все начнется.
Он опирается на руки, рассматривает Северуса как будто в первый раз: бледный впалый живот, толстый член с выпуклой веной. У Гарри странная реакция на эту вену, во рту скапливается слюна, он облизывает член, снова насаживаясь на него ртом. Отстраняется, поднимает голову, встречается взглядом с Северусом, потом снова опускается вниз, разводит его ноги в стороны, целует бедра, покрытые жесткими черными волосками, одновременно подсовывая руки под задницу Северуса. Тот вскидывается от каждого прикосновения. Гарри нисколько не преувеличивает ценность предварительных ласк, он просто может наслаждаться ими вечно.
Гарри снова смотрит Северусу в глаза, покусывает себе губы, чтобы хоть немного успокоиться, пока его пальцы находятся внутри Северуса. Мягко и осторожно он растягивает его анус, от волнения залив смазкой всю руку, каждое движение пальцев вызывает хлюпающий звук. Гарри не пропускает ни малейшей эмоции, появляющейся на лице Северуса, которое становится почти злым, а движения тела все более требовательными. Гарри добавляет еще одни палец, мышцы расслабляются. Северус еще выше вскидывает бедра, беззвучно приказывая двигаться дальше.
Гарри подчиняется, приподнимает его ноги:
— Только я хочу слышать, как сильно тебе это нравится. Скажи это вслух.
Он вводит член до половины, потом выскальзывает и начинает толкаться внутрь только головкой. Забывает на секунду обо всем, позволяет себе закрыть глаза, поймать только собственное наслаждение. Момент чистого эгоизма, но дальше он отдает сполна.
— Скажи это вслух, — снова повторяет Гарри.
— Может, для этого тебе надо трахнуть меня? — интересуется Северус.
Он провел пальцами по черному столу, подушечками ощутив мельчайшие неровности, прикрыл глаза и представил под своими ладонями мягкую гладкую кожу. Теплую с россыпью родинок кожу на спине Северуса. Мысленно Гарри прижался к ней лицом, провел носом, втянув запах, поцеловал, огладил бедра…
— Мистер Поттер! Все ждут только вас! — услышал он, открыл глаза и увидел перед собой секретаря отдела Тайн. Гарри тряхнул головой и встал, понадеявшись, что никто не заметит его безапелляционную эрекцию под форменными брюками.
— Да, сейчас приду, извините за ожидание, — он прокашлялся, чтобы изгнать из голоса хриплость.
Совещание: ежедневная рутина, отчеты, обсуждения, бесконечный кофе. Гарри потер кончик носа, слушая Шеклболта, потом его внимание снова рассеялось. Он скользнул взглядом по собравшимся сотрудникам, посмотрел в окно. С самого утра шел теплый весенний дождь. Гарри поправил жесткий воротничок рубашки, сделал несколько пометок в ежедневнике, перо как будто само по себе нарисовало странный крючок. Он добавил пару штрихов, крючок превратился в профиль — угловатый и неповторимый. Поля блокнота быстро заполнились разными вариантами изображений одного и того же лица. От большой чернильной кляксы нарисованное лицо Северуса недовольно скривилось и превратилось в черное пятно. Гарри попытался сосредоточиться на совещании, сделал глоток кофе из большой кружки, которые почему-то принято было подавать на совещаниях у Главного Аврора. Кофе почти остыл, его вкус был терпким и сладким одновременно. Как губы Северуса…
Смотря прямо перед собой, Гарри не видит лиц окружающих, он видит темную гостиную, чувствует руки Северуса, расстегивающие его одежду. Мантия остается висеть на локтях, брюки треножат.
— Прости, я опять задержался, — шепчет ему Гарри, — хочу тебя.
— Всегда считал, что ценность предварительных ласк слишком преувеличена, — отвечает Северус.
Гарри опрокидывает его на диван, целует шею, втягивает кожу, оставляя засосы. Северус вздрагивает, от его реакции и стонов сквозь зубы Гарри становится жарко. Он не сдерживается и кусает Северуса за плечо, тот сразу же тянет его волосы. Гарри шипит что-то и открывает глаза.
— Я предупреждал тебя, что ты должен вести себя хорошо, помнишь? — следует еще один несильный рывок за волосы.
— О черт, — всхлипывает Гарри, в ушах стоит звон от бешеного возбуждения.
Он опускает голову вниз, просит прощения губами и языком, принимая член Северуса полностью.
— М? — Гарри недовольно мычит, когда все так же его отстраняют за волосы от теплого угощения.
— У меня на тебя другие планы сегодня.
— О, в самом деле? Но… вот как раз сегодня я не рассчитывал…
Северус поднимает бровь и усмехается, Гарри пережимает свой член у основания.
— Ты невероятный, — говорит Гарри, молясь про себя, чтобы не кончить раньше, чем все начнется.
Он опирается на руки, рассматривает Северуса как будто в первый раз: бледный впалый живот, толстый член с выпуклой веной. У Гарри странная реакция на эту вену, во рту скапливается слюна, он облизывает член, снова насаживаясь на него ртом. Отстраняется, поднимает голову, встречается взглядом с Северусом, потом снова опускается вниз, разводит его ноги в стороны, целует бедра, покрытые жесткими черными волосками, одновременно подсовывая руки под задницу Северуса. Тот вскидывается от каждого прикосновения. Гарри нисколько не преувеличивает ценность предварительных ласк, он просто может наслаждаться ими вечно.
Гарри снова смотрит Северусу в глаза, покусывает себе губы, чтобы хоть немного успокоиться, пока его пальцы находятся внутри Северуса. Мягко и осторожно он растягивает его анус, от волнения залив смазкой всю руку, каждое движение пальцев вызывает хлюпающий звук. Гарри не пропускает ни малейшей эмоции, появляющейся на лице Северуса, которое становится почти злым, а движения тела все более требовательными. Гарри добавляет еще одни палец, мышцы расслабляются. Северус еще выше вскидывает бедра, беззвучно приказывая двигаться дальше.
Гарри подчиняется, приподнимает его ноги:
— Только я хочу слышать, как сильно тебе это нравится. Скажи это вслух.
Он вводит член до половины, потом выскальзывает и начинает толкаться внутрь только головкой. Забывает на секунду обо всем, позволяет себе закрыть глаза, поймать только собственное наслаждение. Момент чистого эгоизма, но дальше он отдает сполна.
— Скажи это вслух, — снова повторяет Гарри.
— Может, для этого тебе надо трахнуть меня? — интересуется Северус.
Страница 1 из 2
