Фандом: Haikyuu! Дайчи и Суга уже много лет вместе, но неожиданно у них заводится котик.
Добавить в моё избранное
89 мин, 41 сек 20495
Куроо прогибается, подставляясь и еще больше раскрываясь перед Дайчи, чтобы тот мог войти еще глубже, загнать еще сильнее. И тот в полной мере пользуется предоставленной возможностью. Куроо уже выл бы в голос, но не может. Суга все так же не отрываясь целует его, вылизывая его рот языком, лаская губами, и, не отрываясь, дрочит оба их члена, зажатых вместе.
И Куроо ведет от этого контраста — сильный, безжалостный, властный и совершенно не считающийся с ним Дайчи. И нежный, ласковый, заботливый и обходительный Суга, который все делает сам. Да Куроо, фактически, уже висит на нем, потому что ноги дрожат и едва держат.
Дайчи замечает это и впивается пальцами в его бедра, приподнимая и притягивая к себе, после чего трахает еще яростнее и неистовее. И, черт возьми, это больно, но офигительно. И Куроо не собирается упускать ни грамма этого безумия. Он толкается навстречу Дайчи, подмахивает ему, принимая все, что тот может ему дать и даже чуточку больше.
Дайчи кончает в него, в истерзанной заднице струя спермы ощущается обжигающе горячей. Куроо выгибается и вскрикивает, но в этот же момент Суга доводит до оргазма и его самого, боль тонет, растворяясь в не менее остром и совершенно мозговыносительном наслаждении. Куроо почти вырубается, едва осознавая, что Дайчи его сразу же отпускает, а Суга в обнимку с ним оседает на цементный пол. Потом так и не замечает, кто из них расстегивает наручники.
Приходит он в себя, только когда Дайчи коротко бросает:
— Одевайся. Поехали.
Руки и ноги еще плохо слушаются, но Куроо одним движением натягивает брюки и плетется к машине, застегиваясь на ходу.
За руль садится Сугавара, Куроо осторожно падает рядом, Дайчи по-прежнему сзади, но Куроо теперь плевать. У него только один вопрос: и вот что это нахрен было?
Но едва он раскрывает рот, чтобы его задать, когда наперерез их машине выскакивает Кенма на мотоцикле. Сугавара бьет по тормозам, а Куроо едва не вписывается лбом в приборную панель.
— Какого черта?! — Дайчи открывает дверь и, высунувшись, орет на Кенму.
Тот ошалело мечется взглядом между всеми тремя, все дольше задерживая его на Куроо, и будто не верит своим глазам. А потом резко берет себя в руки, перестает пялиться и практически нормальным тоном отвечает:
— Вы уже почти час не на связи. Приехал проверить, куда подевались.
— Заблудились, — неубедительно врет Сугавара.
— Опаздываем, — Дайчи раздраженно хлопает дверью.
Сугавара газует, а Кенма так и остается стоять у заброшенной заводской проходной.
Вечером того же дня Бокуто орет на него по телефону так громко, что сидящий рядом Кенма все прекрасно слышит. Скривившись, Куроо выслушивает второй заход исключительно заботливых запугиваний на тему, какой Дайчи страшный и невменяемый маньяк, про «уже девять трупов» и«Дайчи тебя убьет».
— Все сказал? — наконец ухитряется вклиниться Куроо.
Бокуто несколько секунд переваривает и понимает, что все старания были напрасны.
— Ты совсем псих, да? Полный отдел народу, я молчу уже о цивилах — их ты тоже категорически не умеешь выбирать, — но почему из всех сослуживцев тебя потянуло именно на него?!
— Вот тебя забыл спросить, с кем мне спать!
— Что вообще на тебя нашло?! Тебе ведь такие даже не нравятся.
— А много ты знаешь, что мне нравится.
— Да уж знаю!
Куроо злобно смотрит на телефон, едва сдерживаясь, чтобы не запустить им в стенку, но все же подносит обратно к уху. Судя по крайне возмущенному сопению в трубке, Бокуто думает о том же. Кенма страдальчески закатывает глаза.
— Куроо, тебе надо валить из его отряда. Срочно, — Бокуто берет себя в руки и возвращается к прежнему обеспокоенно-серьезному тону. — Ну хочешь, я тебя к себе возьму? Сам договорюсь с шефом, ты только заявление о переводе напиши.
Куроо впечатлен. Они оба прекрасно понимают, что эта мера исключительно временная. Постоянно работать вместе им никогда не разрешат, уже пытались, не прокатило. Но то, что Бокуто вообще об этом заговорил, лучше всего остального выдает, насколько он встревожен. И именно это действует сильнее озвученных аргументов. Но Бокуто не хуже него знает, насколько это плохой вариант.
— Да сейчас, — фыркает Куроо. — Пятым колесом в вашу телегу? И не мечтай.
Бокуто сдавленно рычит в трубку.
— Да как тебе вдолбить, упрямцу такому, что это — не шутки?
— Все под контролем. И я сам разберусь, ладно?
— Ты ошибаешься. Савамура — нормальный, ну или очень убедительно кажется таким, но только если дело не касается Сугавары.
— Да знаю я, — отмахивается Куроо, патологическую заботливость Дайчи о Суге не заметит лишь слепой.
— Нет, не знаешь, — припечатывает Бокуто. — Про девять трупов — это все правда. Я попросил Акааши, он взломал их личные дела, полную версию, без купюр, — веско уточняет он.
И Куроо ведет от этого контраста — сильный, безжалостный, властный и совершенно не считающийся с ним Дайчи. И нежный, ласковый, заботливый и обходительный Суга, который все делает сам. Да Куроо, фактически, уже висит на нем, потому что ноги дрожат и едва держат.
Дайчи замечает это и впивается пальцами в его бедра, приподнимая и притягивая к себе, после чего трахает еще яростнее и неистовее. И, черт возьми, это больно, но офигительно. И Куроо не собирается упускать ни грамма этого безумия. Он толкается навстречу Дайчи, подмахивает ему, принимая все, что тот может ему дать и даже чуточку больше.
Дайчи кончает в него, в истерзанной заднице струя спермы ощущается обжигающе горячей. Куроо выгибается и вскрикивает, но в этот же момент Суга доводит до оргазма и его самого, боль тонет, растворяясь в не менее остром и совершенно мозговыносительном наслаждении. Куроо почти вырубается, едва осознавая, что Дайчи его сразу же отпускает, а Суга в обнимку с ним оседает на цементный пол. Потом так и не замечает, кто из них расстегивает наручники.
Приходит он в себя, только когда Дайчи коротко бросает:
— Одевайся. Поехали.
Руки и ноги еще плохо слушаются, но Куроо одним движением натягивает брюки и плетется к машине, застегиваясь на ходу.
За руль садится Сугавара, Куроо осторожно падает рядом, Дайчи по-прежнему сзади, но Куроо теперь плевать. У него только один вопрос: и вот что это нахрен было?
Но едва он раскрывает рот, чтобы его задать, когда наперерез их машине выскакивает Кенма на мотоцикле. Сугавара бьет по тормозам, а Куроо едва не вписывается лбом в приборную панель.
— Какого черта?! — Дайчи открывает дверь и, высунувшись, орет на Кенму.
Тот ошалело мечется взглядом между всеми тремя, все дольше задерживая его на Куроо, и будто не верит своим глазам. А потом резко берет себя в руки, перестает пялиться и практически нормальным тоном отвечает:
— Вы уже почти час не на связи. Приехал проверить, куда подевались.
— Заблудились, — неубедительно врет Сугавара.
— Опаздываем, — Дайчи раздраженно хлопает дверью.
Сугавара газует, а Кенма так и остается стоять у заброшенной заводской проходной.
Вечером того же дня Бокуто орет на него по телефону так громко, что сидящий рядом Кенма все прекрасно слышит. Скривившись, Куроо выслушивает второй заход исключительно заботливых запугиваний на тему, какой Дайчи страшный и невменяемый маньяк, про «уже девять трупов» и«Дайчи тебя убьет».
— Все сказал? — наконец ухитряется вклиниться Куроо.
Бокуто несколько секунд переваривает и понимает, что все старания были напрасны.
— Ты совсем псих, да? Полный отдел народу, я молчу уже о цивилах — их ты тоже категорически не умеешь выбирать, — но почему из всех сослуживцев тебя потянуло именно на него?!
— Вот тебя забыл спросить, с кем мне спать!
— Что вообще на тебя нашло?! Тебе ведь такие даже не нравятся.
— А много ты знаешь, что мне нравится.
— Да уж знаю!
Куроо злобно смотрит на телефон, едва сдерживаясь, чтобы не запустить им в стенку, но все же подносит обратно к уху. Судя по крайне возмущенному сопению в трубке, Бокуто думает о том же. Кенма страдальчески закатывает глаза.
— Куроо, тебе надо валить из его отряда. Срочно, — Бокуто берет себя в руки и возвращается к прежнему обеспокоенно-серьезному тону. — Ну хочешь, я тебя к себе возьму? Сам договорюсь с шефом, ты только заявление о переводе напиши.
Куроо впечатлен. Они оба прекрасно понимают, что эта мера исключительно временная. Постоянно работать вместе им никогда не разрешат, уже пытались, не прокатило. Но то, что Бокуто вообще об этом заговорил, лучше всего остального выдает, насколько он встревожен. И именно это действует сильнее озвученных аргументов. Но Бокуто не хуже него знает, насколько это плохой вариант.
— Да сейчас, — фыркает Куроо. — Пятым колесом в вашу телегу? И не мечтай.
Бокуто сдавленно рычит в трубку.
— Да как тебе вдолбить, упрямцу такому, что это — не шутки?
— Все под контролем. И я сам разберусь, ладно?
— Ты ошибаешься. Савамура — нормальный, ну или очень убедительно кажется таким, но только если дело не касается Сугавары.
— Да знаю я, — отмахивается Куроо, патологическую заботливость Дайчи о Суге не заметит лишь слепой.
— Нет, не знаешь, — припечатывает Бокуто. — Про девять трупов — это все правда. Я попросил Акааши, он взломал их личные дела, полную версию, без купюр, — веско уточняет он.
Страница 5 из 25
