Фандом: Haikyuu! Дайчи и Суга уже много лет вместе, но неожиданно у них заводится котик.
Добавить в моё избранное
89 мин, 41 сек 20496
— У тебя лишь файл на экране, а я с ними вживую работаю. Кому виднее, а?
— Они вдвоем с первого курса колледжа. И все это время даже живут вместе. И видел бы ты, какая у Дайчи пачка выговоров — от мелочей до серьезного. Когда речь о Суге, для него не существует ни правил, ни законов, ни препятствий, — он нарушит что угодно и переступит через кого угодно.
— Прекрасно. Ну и что?
— А то! — злится Бокуто. — Что ты сам не понимаешь, куда лезешь! И не обольщайся тем, что они не грохнули тебя на том заброшенном заводе. Кенма мне все рассказал. Просто в этот раз что-то не срослось. Доберутся в следующий.
— Ага, значит, уже не только Дайчи, но и Суга тоже маньяк?
— Дался тебе этот Суга!
Куроо скрипит зубами, едва сдерживаясь, чтобы не гаркнуть «Не твое собачье дело!». Но это же Бокуто, у которого, можно сказать, пожизненный абонемент на право лезть во все, что касается Куроо. И это вполне взаимно.
— Сеанс заботы о моей личной жизни закончен? Или ты еще что-то хотел сказать?
Бокуто молчит какое-то время, похоже, тоже проглатывает лишнее, готовое сорваться с языка.
— Кстати, чем вы там занимались на заводе?
— Ничем, — быстро отпирается Куроо, и тут же понимает, что это он зря, но уже поздно, сказал.
— Ох, Куроо, — стонет Бокуто. — Что, еще и Дайчи?
— Да пошел ты! — Куроо обрывает-таки связь, зашвыривая телефон на кровать.
Бокуто не перезванивает — то ли смирился, то ли, что вероятнее, теперь будет искать более действенные способы разобраться с проблемой — с тем, что он считает проблемой. Кенма старательно изучает потолок.
— Ябеда! — бросает Куроо и сбегает из гостиничного номера.
Ему просто необходимо проветрить голову. И подумать.
Иногда предельно простые действия оказываются неоправданно сложными. Например, когда у выхода на парковку обнаруживается двухметровый перекачанный бугай, весьма хорошо владеющий боевыми единоборствами. Несколько хуже Куроо, но разница в росте и весе полностью это компенсирует, даже с лихвой.
Ему-то всего и надо — благополучно донести чемодан до машины, где ждет Кенма. Вот только предполагалось, что это займет полторы, максимум — две минуты, которые уже давно истекли. И на стоянку оперативно подтягивается остальная охрана с кучей огнестрела.
Куроо, чертыхаясь, ныряет за ближайший автомобиль. У него ничего нет — на входе был металлодетектор, пришлось идти пустым. Но пока он прячется от перестреливающейся с Кенмой охраной, бугай обходит его с другой стороны, и у него тоже оказывается оружие. Ну надо же, получается, он тут ногами махал из чистой любви к искусству? А теперь все, шутки в сторону, и Куроо предлагается сдаться или сдохнуть на месте. Выбор невелик.
Вот только чемодан прикован наручниками к его запястью, а ключей нет. Куроо злобно ухмыляется. Но бугай тут же заламывает ему руку за спину с такой силой, что выворачивает из плечевого сустава. Вот скотина! Куроо плохо видно, но похоже, тот как раз собирается отстрелить ему кисть, чтобы забрать чертовы платы. Куроо дергается, мешая прицелиться, бугай матерится и пытается его зафиксировать — да, сейчас, будто Куроо ему позволит.
И тут расклад резко меняется. До стоянки добирается Сугавара, который вообще должен сидеть на связи в фургоне на соседней улице. Он открывает огонь по охране, вынуждая тех отступить чуть вглубь парковки, и выгоняет четко под обзор Дайчи, сидящего со снайперкой на соседней высотке.
В первые мгновения охрана теряется и попадает в перекрестный огонь из трех точек — Кенма тоже не спит, — и спустя полминуты на ногах остаются только они вчетвером, включая чертова бугая, который, оказывается, еще и умеет быстро соображать. Ну вот кто мог подумать, что у них тут такой элитный спецназ будет парковщиком работать?
Он держит Куроо захватом за шею и вывихнутую руку сверху прихватил, предельно выворачивая и на корню пресекая любые попытки вырваться. Мало того, что Куроо почти не может дышать, судорожными рывками проталкивая воздух сквозь сжатое горло, так еще и от боли в руке темнеет в глазах. Он едва удерживается, чтобы не вырубиться, а вялые попытки врезать здоровым локтем по ребрам или наступить на ногу захватчиком совершенно бессовестно игнорируются. Тот с лету определяет направление снайперского огня и, плотно прикрываясь Куроо, медленно пятится в слепую зону Дайчи.
Суга с Кенмой пытаются этому помешать, перебегая за машинами и пытаясь подкрасться сбоку. И Кенме это почти удается, когда бугай приставляет пистолет к виску Куроо.
— Бросайте стволы и выходите, или он — труп. Быстро!
Ситуация патовая.
Все прекрасно понимают, что если они послушаются, он сначала их перестреляет, за пару шагов выйдет из-под обстрела снайпера, а потом грохнет Куроо. И это не считая проваленной операции и потерянного чемодана с платами.
— Они вдвоем с первого курса колледжа. И все это время даже живут вместе. И видел бы ты, какая у Дайчи пачка выговоров — от мелочей до серьезного. Когда речь о Суге, для него не существует ни правил, ни законов, ни препятствий, — он нарушит что угодно и переступит через кого угодно.
— Прекрасно. Ну и что?
— А то! — злится Бокуто. — Что ты сам не понимаешь, куда лезешь! И не обольщайся тем, что они не грохнули тебя на том заброшенном заводе. Кенма мне все рассказал. Просто в этот раз что-то не срослось. Доберутся в следующий.
— Ага, значит, уже не только Дайчи, но и Суга тоже маньяк?
— Дался тебе этот Суга!
Куроо скрипит зубами, едва сдерживаясь, чтобы не гаркнуть «Не твое собачье дело!». Но это же Бокуто, у которого, можно сказать, пожизненный абонемент на право лезть во все, что касается Куроо. И это вполне взаимно.
— Сеанс заботы о моей личной жизни закончен? Или ты еще что-то хотел сказать?
Бокуто молчит какое-то время, похоже, тоже проглатывает лишнее, готовое сорваться с языка.
— Кстати, чем вы там занимались на заводе?
— Ничем, — быстро отпирается Куроо, и тут же понимает, что это он зря, но уже поздно, сказал.
— Ох, Куроо, — стонет Бокуто. — Что, еще и Дайчи?
— Да пошел ты! — Куроо обрывает-таки связь, зашвыривая телефон на кровать.
Бокуто не перезванивает — то ли смирился, то ли, что вероятнее, теперь будет искать более действенные способы разобраться с проблемой — с тем, что он считает проблемой. Кенма старательно изучает потолок.
— Ябеда! — бросает Куроо и сбегает из гостиничного номера.
Ему просто необходимо проветрить голову. И подумать.
Иногда предельно простые действия оказываются неоправданно сложными. Например, когда у выхода на парковку обнаруживается двухметровый перекачанный бугай, весьма хорошо владеющий боевыми единоборствами. Несколько хуже Куроо, но разница в росте и весе полностью это компенсирует, даже с лихвой.
Ему-то всего и надо — благополучно донести чемодан до машины, где ждет Кенма. Вот только предполагалось, что это займет полторы, максимум — две минуты, которые уже давно истекли. И на стоянку оперативно подтягивается остальная охрана с кучей огнестрела.
Куроо, чертыхаясь, ныряет за ближайший автомобиль. У него ничего нет — на входе был металлодетектор, пришлось идти пустым. Но пока он прячется от перестреливающейся с Кенмой охраной, бугай обходит его с другой стороны, и у него тоже оказывается оружие. Ну надо же, получается, он тут ногами махал из чистой любви к искусству? А теперь все, шутки в сторону, и Куроо предлагается сдаться или сдохнуть на месте. Выбор невелик.
Вот только чемодан прикован наручниками к его запястью, а ключей нет. Куроо злобно ухмыляется. Но бугай тут же заламывает ему руку за спину с такой силой, что выворачивает из плечевого сустава. Вот скотина! Куроо плохо видно, но похоже, тот как раз собирается отстрелить ему кисть, чтобы забрать чертовы платы. Куроо дергается, мешая прицелиться, бугай матерится и пытается его зафиксировать — да, сейчас, будто Куроо ему позволит.
И тут расклад резко меняется. До стоянки добирается Сугавара, который вообще должен сидеть на связи в фургоне на соседней улице. Он открывает огонь по охране, вынуждая тех отступить чуть вглубь парковки, и выгоняет четко под обзор Дайчи, сидящего со снайперкой на соседней высотке.
В первые мгновения охрана теряется и попадает в перекрестный огонь из трех точек — Кенма тоже не спит, — и спустя полминуты на ногах остаются только они вчетвером, включая чертова бугая, который, оказывается, еще и умеет быстро соображать. Ну вот кто мог подумать, что у них тут такой элитный спецназ будет парковщиком работать?
Он держит Куроо захватом за шею и вывихнутую руку сверху прихватил, предельно выворачивая и на корню пресекая любые попытки вырваться. Мало того, что Куроо почти не может дышать, судорожными рывками проталкивая воздух сквозь сжатое горло, так еще и от боли в руке темнеет в глазах. Он едва удерживается, чтобы не вырубиться, а вялые попытки врезать здоровым локтем по ребрам или наступить на ногу захватчиком совершенно бессовестно игнорируются. Тот с лету определяет направление снайперского огня и, плотно прикрываясь Куроо, медленно пятится в слепую зону Дайчи.
Суга с Кенмой пытаются этому помешать, перебегая за машинами и пытаясь подкрасться сбоку. И Кенме это почти удается, когда бугай приставляет пистолет к виску Куроо.
— Бросайте стволы и выходите, или он — труп. Быстро!
Ситуация патовая.
Все прекрасно понимают, что если они послушаются, он сначала их перестреляет, за пару шагов выйдет из-под обстрела снайпера, а потом грохнет Куроо. И это не считая проваленной операции и потерянного чемодана с платами.
Страница 6 из 25
